Ложный рассвет - Том Лоу

– В чем дело, Макс? – спросил я. – Учуяла что? Давай-ка посмотрим…

Нашлась и вторая примета взлома: фотография Шерри стояла слегка не на месте. Взломщика выдал тонкий слой пыли. Если бы не Ким и не Макс, я бы и не узнал, что кто-то побывал на «Юпитере».

Я обыскал всю лодку. Вроде бы все на месте. Нашлось, правда, еще несколько следов вторжения, однако взломщики ничего не украли. Собираясь проверить верхнюю часть судна, я гадал: зачем неизвестные проникли на борт? Если мотив – не кража, то что тогда?

В иллюминатор по левому борту я заметил ноги в шлепанцах, а через пару секунд Ник Кронос утробно прокричал:

– Прошу разрешения подняться на борт!

Неторопливо, с ленцой ко мне спустился Ник: густые кудри, усы, веселые темные глаза и кожа цвета олифы. Жизнь и работа в море придали его телу Геркулесовы пропорции, а духу – твердость и несгибаемость, как у Ясона. Ник напоминал этакого ковбоя греческого происхождения: за ним тянулась череда бывших жен, детей, подружек и кредиторов. Зато он, как сенбернар, всегда оставался верен и предан друзьям, среди которых мне выпала честь быть.

Двигался он сегодня плавно и медленно, а значит, страдал похмельем. Ладно, подожду пару минут, а потом расспрошу, не видел ли он кого поблизости от «Юпитера».

Виляя хвостом, Макс бросилась ему навстречу, поприветствовать. Ник одной рукой оторвал ее от пола, точно великан – игрушку, и поднял над головой:

– Эй, сосиска, идешь со мной в море?! Буду кормить тебя осьминогами, давать погрызть морских звезд и лаять на дельфинов. Вот это будет жизнь, да-а-а-а!

Он закружился, подняв Макс еще выше в греческом танце. Такого возбуждения мочевой пузырь Макс не выдержал, и такса пустила струйку на руки Нику. Я заорал, а Ник лишь рассмеялся.

– Сосиска! Смотри, что натворила! – Ник поспешно опустил Макс на пол, словно десятифунтовый тлеющий уголек. Макс грустно посмотрела на него пьяными от головокружения глазами. – Не тушуйся, малютка, я всегда так действую на женщин.

– Сейчас принесу полотенце, – предложил я.

– Нет, Максин хотела мне что-то сказать.

– Да, и что же?

– Она так ненавидит меня, что даже обоссала, или же хотела сообщить: «Никки, дружок, тебе пора помыться, и вот тебе лишний повод».

Взглянув на Макс еще раз, он снял рубашку и, выйдя на кормовую платформу, скинул шлепанцы и нырнул в воду. Отплыв от лодки футов на пятьдесят, перевернулся на спину и прокричал:

– Хороша ванна!

Затем снова лег на грудь и поплыл к «Юпитеру», словно олимпиец.

Я бросил ему полотенце.

– Тебе повезло, что прилив. Иначе моча Макс оказалась бы чище, чем вода в бухте.

– Да мне как-то по барабану. По крайней мере, я не заморачиваюсь. – На шейной цепочке Ника поблескивал золотой крестик.

– Ник, ты никого не видел на моей лодке? Или поблизости от нее?

– Дай-ка подумать… Я только сутки как вернулся, а вчера перебрал узо^[8] и заснул как мертвец. – Он на мгновение прикрыл глаза. – Я шел против течения и заметил двух посторонних – никогда прежде их здесь не встречал: мужик – лысый, что твое колено, и баба – лица не видел, зато попка у нее что надо.

Я рассказал про убийство, про детектива Слейтера и то, каким боком я в этом деле замешан. Ник посмотрел на меня такими темными глазами, что я даже не разглядел зрачков.

– Пива хочешь? – спросил он.

– Как по мне, для пива еще рановато.

– Порыбачь вместе со мной, хлебни соли и лиха, твое время мигом выровняется по сумеречной зоне. – Сказав это, он удалился на камбуз; Макс шла за ним, виляя хвостом. Вернулся Ник с бутылкой «Короны», откупорил ее и сделал большой глоток. – Значит, какой-то хрен стоячий нацелился на твой зад? Ты обнаружил полумертвую девку, а он решил, будто это ты ее… Что у него в башке творится?

– Не знаю, зато догадываюсь, кто вломился ко мне на «Юпитер».

– Украли чего?

– Непохоже. Вроде ничего не пропало, только вещи не на месте.

Ник присел на диван, откинулся на спинку и, усадив Макс к себе на колени, положил ноги в шлепанцах на лакированный кипарисовый столик. Отставив пиво на крышку, поковырял ссадину на руке.

– Думаешь, к тебе на лодку лысый коп забрался?

– Скорее всего. Только почему не обыскать мой дом? Он ведь ближе к месту преступления?

– Может, он и там побывал? Просто ты этого еще не заметил.

– Или была другая причина, по которой он заглянул на «Юпитер».

– Какая? – спросил Ник, допивая пиво.

– Он тут не искал ничего.

– То есть?

– Может, он, наоборот, что-нибудь тут оставил?