Сломанные девочки - Симона Сент-Джеймс

– Что ж, девочка, ты отправляешься в карцер. Ты меня слышишь? Вперед, шевелись.

Сисси снова перевела взгляд на Соню. Та все смотрела в одну точку. Кожа ее посерела.

Сисси увидела, как Роберта поднялась из-за стола в другом конце столовой и начала проталкиваться к Соне, лицо которой одеревенело от страха.

– Кейти, – воскликнула Сисси, перекрикивая шум, – кажется, Соне плохо!

Кейти дотронулась до ее запястья:

– Скорее.

Она поднялась с места, и Сисси последовала за ней, огибая вспотевших, возбужденных девочек.

Роберта подходила с другой стороны, но медленнее, потому что застряла в толпе хоккеисток.

Кейти привычно проталкивалась вперед, задевая учениц в шерстяной школьной форме локтями и коленями. Снеси шла за ней, и у нее перед глазами стояло землистое лицо Сони. «С ней что-то не так. Как мы могли этого не замечать? Как мы раньше не увидели, что с Соней что-то не так?»

Соня неподвижно стояла у окна. Кейти добралась до нее и взяла за руку. Снеси, не думая, сделала то же самое, так что теперь Соня была под их защитой с обеих сторон.

Когда Снеси была маленькой и училась в своем первом интернате, ее богатый отец прислал ей рождественский подарок – куклу-пупса. У нее были жутковатые стеклянные глаза, прочная голова и твердые ладошки с крохотными пальчиками. Сейчас рука Сони напоминала Снеси одну из этих ладошек – она была маленькой, ледяной, зажатой, одновременно живой и неживой. Снеси крепко держала ее, пока они с Кейти осторожно выводили подругу из зала. Краем глаза она заметила, что Роберта идет за ними широкими шагами, быстро сокращая расстояние. Ее коса болталась из стороны в сторону, а на лице была написана тревога.

Соня не сопротивлялась и не издавала ни звука. Ноги ее шагали в такт шагам Кейти и Снеси, но руки были неподвижны. Они вышли из зала на сырой воздух и вчетвером направились в сторону Клейтон-холла. Снеси понятия не имела, что с Соней, но внезапно поняла, что говорит ей:

– Все хорошо. Все будет хорошо.

– Может, отвести ее в лазарет? – спросила Роберта. Лазарет находился через двор от них в учительском корпусе.

– Нет, – ответила Кейти ровным голосом. – Незачем ее вести к сестре Хедмейер, она все равно не поможет. Просто доведем ее до спальни. Шевелитесь.

– Нужно кому-то сказать, – предложила Снеси.

– Кому? – Кейти повернулась к ней, не сбавляя шага. Глаза у нее были такие злые, что Снеси почувствовала, как бледнеет. – Леди Ку-ку? Миссис Пибоди? Сказать про вот это все? Ты с ума сошла, что ли? Они ее накажут.

– Заткнись, Кейти, – сказала Роберта. – Она просто хочет помочь.

Сисси посмотрела на пепельно-серое лицо Сони, на ее полуприкрытые глаза. Она не понимала, что происходит. Как всегда. Она такая дурочка.

– Что с ней?

Никто не ответил. Они зашли в Клейтон-холл и помогли Соне подняться по лестнице на третий этаж. Соня пыталась идти между ними, но ноги у нее подгибались, а голова клонилась вниз. Она сказала что-то по-французски, какую-то заученную фразу, которая сорвалась с ее губ автоматически.

Никто из девочек не знал французского, но Сисси наблюдала за лицом Сони до тех пор, пока все четверо не добрались до четвертого этажа.

– Мне кажется, она молится.

– Ничего подобного, – ответила Кейти.

В спальне они уложили Соню на ее кровать поверх покрывала и сняли с нее туфли. Соня снова что-то пробормотала, и на сей раз это были английские слова вперемешку с французскими. Сисси наклонила голову к ее губам и расслышала: «Пожалуйста, я не хочу туда. Не надо. Я не буду шуметь».

Она говорила едва слышно. Наконец в какой-то момент Соня перекатилась на спину, и закрыла лицо руками, словно отгораживаясь от остальных девочек.

Ее худые коленки торчали вверх из-под задравшейся юбки.

Роберта сидела на краю кровати. Кейти стояла, глядя на Соню сверху вниз, и лицо ее было непроницаемым и темным. Затем она сказала:

– Я схожу за водой. – И вышла из комнаты.

Сисси посмотрела на Роберту: красивое удлиненное лицо, завязанные на затылке светлые волосы. Когда Роберта смотрела на Соню, она выглядела взволнованной и одновременно понимающей. Вряд ли кто-то сейчас хотел разговаривать, но Сисси не могла сдержаться.

– Как ты поняла, что происходит? – спросила она. – И откуда ты знала, что делать?

– Я не знала, – покачала головой Роберта.

– С ней уже случалось такое раньше, и ты это видела?

Пауза продолжалась на долю секунды дольше, чем следовало.

– Нет.

Лицо Роберты медленно менялось, словно закрываясь, с него исчезли эмоции. Она стала бесчувственной, как статуя. Может быть, после того как дядя Роберты пытался совершить самоубийство, у нее самой были такие же припадки? Может быть, за ее тихим поведением, ее уверенностью в себе скрывалось что-то еще?

– Что это означает? – спросила Сисси. – Она заболела?

– Заткнись, Сисси.

Но она не могла. Когда Сисси боялась или нервничала, она всегда много болтала.

– Кейти тоже знала, что происходит. Она это уже видела.

– Нет. – Кейти стояла в дверях со стаканом воды в руках. – Я импровизировала. С ней случилось что-то вроде шока, и она почти что упала в обморок. Нужно было увести ее оттуда, пока учителя не заметили. Выпей, Соня.

Она присела, отвела одну ладонь от лица Сони, запрокинула ее голову назад и посмотрела ей в глаза.

– Слушай сюда, – четко сказала Кейти. – Люди видели, как мы уходили из зала. Если ты не возьмешь себя в руки, будет плохо. Когда падаешь в обморок, тебя наказывают. Так что вставай.

Сисси открыла рот, чтобы сказать, что так нельзя, но, к ее удивлению, Соня перекинула ноги через бортик кровати и села. Она покачнулась, но затем протянула руку.

– Дайте воды, – сказала она скрипучим голосом, в котором французский акцент слышался сильнее обычного.

В двери постучали.

– Леди!

Это была Леди Ку-ку.

– Что у вас происходит?

Кейти кивнула Роберте, та поднялась и отперла замок.

– Ничего, мисс Лондон, – ответила она. – У Сони закружилась голова, но сейчас она в порядке.

Соня в этот момент пила воду, но сумела отставить стакан и посмотреть на учительницу:

– Я боюсь вида крови, – сказала она.

Леди Ку-ку провела рукой по своим растрепанным волосам.

– Послеобеденные занятия начинаются через 20 минут, – сказала она. – Отсутствующие будут подвергнуты наказанию. Это понятно?

– Да, мисс Лондон, – ответила Сисси.

Учительница бросила беспомощный взгляд в один конец коридора, затем в другой и направилась к лестнице.