Маргаритки - Кристина Ульсон

«Например, о наркозависимости дочери», — мысленно добавил Алекс.

— А почему? — спросил Юар. — Почему они перестали быть друзьями?

— Ну, разумеется, они остались друзьями, но уже не такими близкими, — ответил настоятель. — Почему? Я толком не знаю. Но несколько лет назад они разошлись, и после этого все стало по-другому. Затем Свен и Элси досрочно вышли на пенсию, а покинув приход, они стали еще меньше общаться с Якобом и Марьей.

Юар снова что-то пометил в блокноте.

— А что с их другой дочерью, Юханной? У нее тоже были проблемы? — задал вопрос Алекс.

Настоятель покачал головой.

— Нет, вот уж нет, — ответил он. — О ней я слышал только хорошее. С другой стороны, — добавил он с сомнением в голосе, — о ней до меня доходило немного меньше сведений. Она рано дала понять, что, в отличие от остальной семьи, не интересуется церковью, что вообще не верит в Бога, и по этой причине она несколько отдалилась от них всех.

— А чем она теперь занимается? — полюбопытствовал Алекс.

— Она юрист, — ответил Рагнар. — Большего я, к сожалению, не знаю.

— И вам неизвестно, как мы могли бы найти ее?

— Нет, к сожалению, нет.

На некоторое время все замолчали. Алекс отпил кофе, пытаясь подытожить все то новое, что услышал. Большая часть выглядела вполне логично. Якоб не отменил ужин с Элси и Свеном по той простой причине, что иначе Марья заподозрила бы неладное. А то, что разговор с ним по телефону произвел такое умиротворяющее впечатление на настоятеля, объяснялось решимостью Якоба убить жену и покончить с собой.

Смущало комиссара только одно — дочь Альбинов, Юханна. Неужели она настолько отдалилась от семьи, что Якоб посчитал возможным оставить ее без родителей? Надо найти ее как можно скорее.

Он решил задать еще один, последний вопрос:

— Допустим, мы не поверили, будто Якоб был болен до такой степени, чтобы лишь жизни жену и себя. Кто еще в таком случае мог бы сделать это? Вы можете вообразить себе другого потенциального убийцу?

Рагнар наморщил лоб.

— Вы спрашиваете, были ли у Якоба и Марьи такие недруги, которые могли убить их?

Алекс утвердительно кивнул.

— Понятия не имею.

— Якоб ведь весьма активно занимался вопросами беженцев… — начал Юар.

— Да, возможно, это создавало ему проблемы, — ответил Рагнар. — Но мне о них ничего не известно.

Встреча на этом завершилась. Мужчины допили кофе, доели плюшки и поговорили о том, что снег причиняет столько неудобств. После этого пожали руки и разошлись.

— Боюсь, настоятель прав в своей оценке событий, — задумчиво произнес Алекс, когда они ехали в машине обратно на Кунгсхольмен. — Нам необходимо разыскать дочь и сопоставить эту историю с ее версией. Кроме того, мы должны поговорить с лечащим врачом Якоба.

Но и несколькими часами позже, когда Алекс и Юар уходили домой с работы, им так и не удалось разыскать никого из тех, с кем они желали встретиться. И как бы Алексу ни хотелось думать, будто все под контролем, нарастало ощущение, что дело обстоит совсем иначе.

* * *

Фредрика Бергман бежала изо всех сил. Прикрывая рукой живот, она бежала через темный лес быстрее, чем когда-либо в жизни. Длинные ветки деревьев хлестали ее по лицу и телу, ноги проваливались в мягкий мох, волосы слиплись от жаркого летнего дождя.

Ее преследователи были уже близко. Она знала, что проиграет. Они кричали ей:

— Стой, Фредрика! Ты знаешь, что тебе не уйти! Остановись сейчас же. Ради ребенка!

Слова только подстегивали ее. Им нужен ребенок, это ради него они за ней гонятся. Один из мужчин держал нож с длинным блестящим лезвием. Настигнув ее, они вспорют ей живот, вынут ребенка и оставят ее умирать в лесу. Точно так же, как они поступили со всеми другими женщинами, лежащими навзничь между деревьев.

Силы оставляли ее, и она уже совсем отчаялась. Ей придется умереть в лесу, и спасти своего нерожденного ребенка она не в силах. Она захлебывалась от плача, ее шаги, быстрые и широкие вначале, делались все короче и медленнее.

Наконец она споткнулась о корень дерева и сильно ударилась о землю. Упала на бок, ребенок внутри живота застыл, перестав шевелиться.

Через несколько секунд они стояли вокруг нее, высокие темные силуэты. Каждый с ножом в руке. Один присел рядом с ней на корточках.

— Ну, Фредрика, — прошептал он, погладив ей лоб, — зачем все усложнять, когда все можно сделать так просто!

Они собрались вокруг ее обессилевшего тела, перевернули на спину, крепко удерживая.

— Дыши, Фредрика, дыши, — произнес голос, и одновременно один из ножей взметнулся вверх.

Она закричала изо всех сил, пытаясь вырваться.

— Фредрика, черт побери, ты меня до смерти перепугала, — вскрикнул знакомый ей голос.

Она заставила себя открыть глаза и растерянно огляделась. Сильные руки Спенсера крепко держали ее, ногами она запуталась в одеяле. Кожу покрывал пот, по щекам текли слезы.

Спенсер, почувствовав, что она расслабилась, присел на край кровати и тихо обнял ее.

— Боже мой, что со мной творится? — прошептала Фредрика и всхлипнула, уткнувшись ему в шею.

Спенсер молчал, продолжая крепко обнимать ее.

— Прости, что не пришел раньше, — тихо сказал он, — прости меня.

Фредрика все еще не могла вспомнить, что они договаривались о встрече. Переполненная бесконечной благодарностью, что Спенсер рядом, она просто сидела и молчала.

— Который час? — наконец спросила она.

— Половина двенадцатого, — вздохнул Спенсер. — Самолет из Мадрида опоздал.

Память постепенно прояснилась. Спенсер был в Мадриде на конференции. Он должен был прилететь уже в половине седьмого, и они собирались поужинать вместе. А он добрался лишь к полуночи и вошел, открыв дверь своим ключом. Раньше, до ее беременности, они всегда встречались в старой квартире отца Спенсера, но теперь, с учетом нынешнего состояния Фредрики, они все больше виделись у нее дома. Новые задачи требовали новых решений.

По ее щекам текли слезы разочарования.

— Я настолько устала от всего этого. Я думала, что беременность принесет гармонию и радость. Какая глупость!

Спенсер слегка улыбнулся — той своей улыбкой, делавшей его самым желанным мужчиной на свете.

— Глупость? — Он ухмыльнулся и начал снимать с себя верхнюю одежду.

Он прошел в коридор.

— Ты разве не разделся? — задала Фредрика глупый вопрос.

— Нет, ты тут такое устроила, когда я вошел, что я бросился к тебе.

Он быстрыми шагами вернулся обратно. С всклокоченными волосами и усталыми глазами. Давно не мальчик. Который скоро станет отцом в первый раз в жизни.