Дикая тварь - Джош Бейзел

Макквиллен позвал меня таким тоном, что я испугался, будто он что-то нашел в моче Дилана. Но, когда мы оказались в кабинете напротив – совершенно пустом, даже без стола, – выяснилось, что он просто ужасно зол.

– Доктор, если вы намерены вести себя, как болван, я смею надеяться, что вы избавите от этого зрелища моих пациентов. – Я испытываю облегчение и смущение одновременно. – Вы расспрашивали Дилана о чудовище в озере Уайт, – говорит Макквиллен.

– Ну да, типа того.

– С какой стати?

– Я слыхал о чудовище. А теперь Дилан упомянул о нем.

– От кого же вы слыхали о чудовище?

– От парня по имени Реджи Трегер.

– При каких обстоятельствах?

Я не вижу причин лгать ему:

– Он прислал видеозапись человеку, который нанял меня, чтобы я выяснил, существует ли чудовище.

Макквиллен прислоняется к косяку:

– О Господи! Неужели опять?

– То есть?

– И на этот раз его рекламирует Реджи Трегер?

– Он организует экспедицию для состоятельных людей, желающих увидеть чудовище. Что значит “опять”? Такое уже бывало раньше?

Макквиллен зажмуривается, лицо его искажает гримаса сильнейшего разочарования.

– Кое-кто в Форде пытался устроить мистификацию чудовища несколько лет назад. Они хотели не организовать экспедицию, насколько я знаю, а всего лишь распространить слух, что есть какое-то существо. Озеро Уайт они выбрали, потому что оно труднодоступно и не нанесено на карты. Единственное, что было разумного в этой затее.

– В чем была цель?

– Форд – шахтерский городок. В две тысячи шестом году Норвил Роджерс Форд Девятый – или какой он там был – продал рудник, чтобы купить недвижимость в Северной Флориде. Компания, купившая рудник, сразу же закрыла его – их единственный интерес был в хеджировании на случай, если богатая гематитовая руда когда-нибудь снова вырастет в цене. Но этого не будет. Теперь китайцы умеют получать железо из грязи. Им ни к чему платить миннесотским горнякам, чтобы те добывали его в чистом виде.

Все, что осталось Форду, – это расположение на границе Баундери-Уотерс. Теперь на берегу озера ничего строить нельзя – владение Реджи досталось ему от деда, – но можно попробовать использовать лицензию рудника. И даже если из этого ничего не выйдет, там огромная территория на суше. Туризм – последняя надежда этого города. Кое-кто думал, что ради этого можно обманывать.

– И Реджи был среди них?

– Я никогда не слышал, чтобы он в этом участвовал, хотя так или иначе вовлечено оказалось большинство населения. Могу сказать, что я никогда не слышал о планах Реджи водить экспедиции на озеро Уайт. Такое я бы запомнил. Я даже никогда не видел его в каноэ.

– Так что случилось? Почему мистификация не сработала?

– Множество дураков приложили множество усилий, чтобы она сработала. Но в тот момент, когда они уже собирались явить свое чудище миру, двое подростков погибли на озере Уайт, катаясь на каноэ. Не знаю, увидели заговорщики в том кару Божью или просто поняли, что было бы ужасно пошло раскручивать выдуманное чудовище при таких обстоятельствах, – как бы то ни было, в итоге люди опомнились и проект положили на полку.

– У Реджи есть неоконченный документальный фильм о чудовище. Там есть фрагмент под названием “Запись доктора Макквиллена”…

Доктор качает головой:

– Конечно, есть. Если вы смотрели эту запись, то могли заметить, что на ней щука хватает гагару. Причем не такая уж крупная щука. Я действительно снял эти кадры. Но я определенно не давал этим идиотам разрешения использовать запись, не говоря уж том, чтобы где-то упоминать мое имя.

– Там еще был человек…

– …который утверждает, что чудовище откусило ему ногу. Да, эту часть я тоже видел. Этот фильм планировалось использовать в рекламной кампании два года назад. Видимо, Реджи с тех пор ничего нового туда не добавил.

– Так… что насчет того человека?

– С ногой? Если вы поверили его рассказу, предлагаю вам записать его и послать в “Медицинский журнал Новой Англии”. Уверен, вы будете первым.

– Вы его знаете?

– Даже если б я его знал и он был бы моим пациентом, я не сплетничал бы о нем. Но могу сказать положа руку на сердце: я никогда не лечил никого с раной, нанесенной озерным чудищем. А теперь позвольте задать вопрос вам. О чем, черт побери, думает человек, который считает, что имеет отношение к науке, отправляясь в экспедицию для наблюдения сказочного существа? Ладно, не отвечайте – я вижу, у вас нет внятного ответа. О чем он, черт побери, думает, подогревая фантазии Дилана Арнтца о том, что случилось с его друзьями два года назад? – Как будто на этот вопрос у меня есть внятный ответ. Макквиллен продолжает: – Я буду вам крайне признателен, если вы оставите свою бредятину при себе. У меня есть телефон, и иногда я беру трубку. Если у вас появятся еще какие-нибудь нелепые вопросы, пожалуйста, подумайте, прежде чем звонить мне. Если же вы все-таки не сможете устоять перед этим соблазном, я постараюсь вам ответить. А сейчас я вас выпровожу. С мистером Арнтцем я закончу самостоятельно.

* * *

– Дилан, заезжий доктор уходит, – сообщает доктор Макквиллен, проводя меня мимо смотрового кабинета.

– Пока, чувак, – отзывается Дилан сквозь стиснутые зубы.

– Береги себя, Дилан, – говорю я. А Макквиллена спрашиваю: – Как его моча?

– Не осквернена.

Мы выходим в приемную и оба замираем.

Весь свет, кроме лампы на стойке администратора, погашен.

Вайолет ушла.