Призраки прошлого - Питер Джеймс

— Меня зовут Гедеон, совсем как одного из персонажей Ветхого Завета.

Чарли улыбнулась:

— Вы отлично поработали с живой изгородью.

— Я постарался, чтобы она выглядела получше к вашему приезду, — сказал садовник, явно довольный комплиментом. — Прежняя хозяйка вообще не хотела, чтобы здесь что-нибудь делали.

— А почему?

— Не знаю, я ее и видел-то всего несколько раз. Старуха оставляла мне деньги возле черного хода, чтобы я подстригал кусты и траву.

— И что, она никогда не выходила из дому?

— Не-а, ей все сюда доставляли. Мисс Делвин была, как говорится, затворницей.

— А почему она так странно себя вела?

— Между нами говоря, старуха правильно делала, что не высовывалась наружу: не дай бог никому увидеть такое страшилище! Вы меня извините, я прекрасно понимаю, что и сам далеко не Аллен Делон, но она выглядела просто отвратительно. — Парнишка покосился на дом. — А нет ли в саду какой-нибудь работы для меня?

Работы обнаружилась просто уйма. Они прошлись по территории усадьбы и договорились, что Гедеон устроит делянку между ручьем и изгородью и разобьет палисадник при кухне. Он сказал, что на такой влажной и песчаной почве все должно хорошо расти. И посоветовал Чарли купить семена капусты, белокочанной и брокколи, а также пообещал ей принести немного лука-порея. Он заверил хозяйку, что совсем скоро они будут есть овощи с грядки.

Чарли, которая только что прочитала взятое в библиотеке пособие по разведению домашней птицы, принялась с видом знатока рассуждать о курах. Гедеон знал, где можно приобрести хороших несушек, но посоветовал сначала укрепить курятник, чтобы сделать его недоступным для лисиц. Он обещал заняться этим немедленно и сказал, что его услуги стоят три фунта в час. Чарли оплатила ему работу по приведению в порядок живой изгороди, чем садовник якобы занимался целых восемь часов, что выглядело почти правдоподобно.

Она попыталась выудить из молодого человека побольше сведений о Нэнси Делвин, но Гедеон, похоже, не хотел говорить о ней. За десять лет он видел прежнюю хозяйку буквально считаные разы, но с него и этого было достаточно. Подробности он сообщать не пожелал.

Телефонист оказался прав: плита действительно разогрелась, дым исчез вместе с затхлыми запахами, и кухня заполнилась ароматом китайских приправ, лежавших в картонных коробочках. Чарли целых три часа потратила, открывая и распаковывая ящики и двигая туда-сюда мебель. В любом случае все придется потом снова переставлять: скоро начнут работать маляры и обойщики, надо будет расстилать ковры… Ладно, по крайней мере на первое время сойдет, теперь их новое жилище приобрело более или менее сносный вид.

* * *

Первой, как только телефон заработал, позвонила Лора.

— Твои цветы великолепны, — сказала Чарли подруге, гладя лепестки розовой орхидеи.

— А ты уже обновила зеленые сапоги?

— Сейчас слишком жарко.

— Тебе повезло, что ты не в Лондоне. Здесь духотища! Покупателей в магазине совсем нет, никто не покупает зимнюю одежду. Как прошел переезд?

— Отлично. Я хотела пригласить тебя на день рождения Тома — через две недели в субботу. Если будет еще тепло, устроим в саду барбекю.

— А нет ли у вас там симпатичных холостяков?

— Наш сосед очень даже ничего.

— В самом деле? А он не женат?

— Мне кажется, что нет. Я уточню и, если это правда, обязательно его приглашу.

— Тому, если не ошибаюсь, исполнится тридцать восемь?

— Да, и это его не слишком радует. Он опасается кризиса среднего возраста.

— По-моему, это ему пока не грозит.

Стук молотков разносился по дому.

— Лора, — решилась спросить Чарли, — а ты не знаешь, когда Флавия Монтессоре собирается вернуться в Англию?

— Да вроде бы через месяц, — ответила подруга с удивлением. — А что такое?

Чарли поиграла зеленой биркой, свешивавшейся с телефона.

— Я… да ничего особенного, я просто поинтересовалась, только и всего.

За окном послышался стук и показались ступеньки алюминиевой стремянки.

— Помнишь, я тебе рассказывала, что оказалась в какой-то машине?

— А, под гипнозом? Ну да.

— И я жевала резинку. А потом вытащила ее изо рта и прилепила под дверцу бардачка…

Кто-то поднялся по лестнице мимо окна.

— Ну так что же?

— Понимаешь, я нашла… — Голос Чарли стих, и она почувствовала себя глупо.

— Нашла что? Чарли, что ты нашла?

Лестница затряслась.

— Говоришь, она вернется через месяц… То есть в октябре?

— Обычно Флавия звонит мне. Я дам тебе знать. Да в чем дело?

Чарли внезапно вспомнила миссис Леттерс из «Розового коттеджа» и подумала, что старуха вела себя очень невоспитанно.

— Если тебе срочно надо, — продолжала Лора, — то я знаю одного весьма неплохого специалиста, Эрнеста Джиббона. Он частным образом проводит сеансы ретрогипноза.

«Ну и люди. Мне, между прочим, пришлось свернуть с дороги, чтобы передать миссис Леттерс сообщение от супруга, а она, видите ли, поворачивается спиной и захлопывает дверь. Очень грубо, невоспитанно и… странно. А ведь та женщина выглядела расстроенной. Расстроенной чем-то гораздо более значительным, нежели опоздание мужа».

— Могу дать тебе телефон Джиббона, — предложила Лора. — Он живет на юге Лондона.

— А он действительно хороший специалист?

— Просто великолепный. Попробуй к нему сходить, и сама убедишься.

— Возможно, я так и сделаю, — сказала Чарли, рассеянно записывая номер на обороте какого-то конверта.

* * *

Приехав домой вечером, Том переоделся в тенниску и джинсы. Он согласился, что Гедеон запросил вполне приемлемую плату — три фунта в час, но заявил, что лужайку приведет в порядок сам, потому что прелесть жизни в сельской местности отчасти состоит в работе в саду.

Том сходил в амбар, выкатил оттуда огромную старую газонокосилку и сумел запустить ее. Взгромоздившись на сиденье, он с ужасным грохотом повел ее по гравию к ручью. Двигатель испускал черный дым, и косилка некоторое время нормально стригла траву, но потом вдруг начала подпрыгивать, подбрасывая Тома, как циркового клоуна. В конце концов раздался резкий стук, двигатель заглох и больше уже не заводился. Том слез на землю, корчась от смеха, и Чарли почувствовала, едва ли не впервые после переезда, что все у них будет нормально.

— Давай найдем какую-нибудь забегаловку, — предложил муж. — Я бы не отказался от пива и бифштекса.

— Хью Боксер, наш сосед, говорил, что есть здесь лучше всего в «Святом Георгии и драконе».