Старые кости - Дуглас Престон

– Мне с кем-нибудь попрощаться от твоего имени? – с многозначительной усмешкой поинтересовался Скип. – Может, что-нибудь передать Моррису?

– Этой заумной канцелярской крысе из Лос-Аламоса? Я с ним уже несколько месяцев не общалась.

– Канцелярской крысе? Не слишком ли сурово? Между прочим, парень ядерный инженер.

Скип рассеянно играл с собакой.

– А как насчет профессионального скалолаза? Ну, того самого, который в прошлом году возглавлял экспедицию на гору Чогори.

– Ты про Паркера Фремптона? Да у него обхват бицепсов больше, чем коэффициент интеллекта!

– Ясно. Значит, ядерный инженер слишком умный, а скалолаз слишком тупой.

– Скип, не начинай.

– А я ничего не начинаю. Просто говорю…

– Знаю я твое «просто». И вообще, у нас полно дел.

– Ты молодая – ну, относительно. Безусловно, привлекательная. Но, как твой брат, предупреждаю: если внимательно приглядеться к любому парню, всегда найдется причина, почему этот бедолага тебе не подходит.

Вместо ответа Нора молча принялась собирать вещи с пола.

– Слушай, я понимаю – ты до сих пор горюешь по мужу. Мне и самому его не хватает. Но уже шесть лет прошло. Пора двигаться дальше. Это не значит, что ты его предаешь или не любишь. Он бы и сам хотел, чтобы ты была счастлива! Жизнь состоит не только из твоей работы, этих четырех стен и сюсюканья с Митти. Билл бы то же самое сказал, будь он жив.

Нора залилась краской:

– Вот именно – «бы». Займись-ка лучше своими делами. Тебе, по-моему, с блондинистой барменшей из таверны «Девушка-ковбой» проблем хватает. Правду говорят – думай головой, а не одним местом.

– Вечно ты прохаживаешься насчет Джорджетты! Мы с ней просто друзья!

– Скажи это ее бойфренду.

Далее последовала буря возражений и оправданий. Норе оставалось только радоваться, что брата так просто отвлечь.

Скоро все было проверено, упаковано и готово к отъезду. Митти разволновался еще сильнее: скулил, при любой возможности тыкался в ладонь Норы холодным, мокрым носом.

– Запомни, – повторяла она Скипу, – одна порция корма утром, одна вечером. Обязательно смешивай с сырым яйцом. Два раза в неделю – сырой гамбургер. Время от времени давай ему грызть говяжью мозговую кость, только настоящую – никаких жевательных игрушек…

– Твой пес питается лучше, чем я.

– Естественно. Еще не хватало, чтобы ты его пивом поил.

Скип развел руками, показывая, насколько глубоко оскорблен:

– Как ты могла подумать…

Нора глянула на часы:

– Пора идти. Нас ждут в институте через полчаса.

Скип помог ей убрать рюкзак и сумку в багажник и сел за руль.

– Погоди. Еще раз попрощаюсь с Митти.

– Какую-то собаку любишь больше, чем брата!

Нора вернулась в дом, обняла Митти, велела ему быть хорошим мальчиком и пообещала, что скоро вернется. Она вышла за дверь, и уже через несколько секунд пес показался в окне. Упершись передними лапами в стекло, он с поникшим хвостом и грустными глазами смотрел ей вслед.

– Не волнуйся, собаку мне доверить можно, – сказал Скип, когда Нора села в машину. – И дом тоже. Буду гулять с Митти каждый день. – Скип похлопал себя по животу. – Заодно лишних пять фунтов сброшу.

– Если хочешь похудеть, просто не увлекайся пивом. Ну и Джорджеттой…

– Ты прямо как строгая училка! Надолго ты в эту свою экспедицию? На четыре недели? А до восьми растянуть никак нельзя?

Они ехали по узким извилистым улочкам предрассветного Санта-Фе, пока не добрались до окраины города, где располагался кампус института площадью в двадцать акров. Здания из кирпича-сырца разместились в живописном окружении садов и сосен. Скип въехал в ворота. На главной парковке уже ждал с включенным двигателем фургон института, на котором они поедут на раскопки. Скип встал рядом с ним и вытащил вещи Норы. Два ассистента взяли сумки и погрузили в кузов. Рядом стоял Джейсон Салазар, ради такого случая нарядившийся в хаки и холстину в стиле Индианы Джонса. Поля его австралийской ковбойской шляпы задорно торчали кверху. Рядом Нора заметила Клайва Бентона. Историк одет в джинсы и еще одну уродливую рубашку – на этот раз с крошечными светоотражающими «огурцами»-пейсли на зеленом фоне. Черные волосы выбивались из-под бейсбольной кепки «Ориолс». Бентон разговаривал по мобильному телефону. Вид у него был одновременно и взволнованный, и оживленный. Он уже десять дней крутился в институте. Клайву настолько не терпелось отправиться в дорогу, что Нору это уже начало раздражать.

В стороне с вейпом в руке смущенно топтался тощий светловолосый Брюс Адельски, аспирант Норы из Университета Нью-Мексико. Он нервно затянулся. Адельски беспокоился, сможет ли выживать в дикой природе, но он – один из самых многообещающих студентов Норы. К тому же для получения степени ему необходим опыт полевых работ.

– В экспедицию такие штуки брать нельзя, – произнес Клайв, закончив телефонный разговор и указав на вейп Адельски. – Это путь для сильных духом и телом, а не для сосунков.

– Серьезно? – спросил Адельски, еще раз по-быстрому затянулся и сунул вейп обратно в карман.

– А ты как думал? Доберемся до места – дам тебе одну из моих сигар.

– Фу! – скривился Адельски. – Они у тебя такие же древние, как твоя рубашка.

– Ну ладно, – перебила Нора, оглядываясь по сторонам. – Садимся в фургон и выезжаем.

Тут из старого корпуса вышла сама Джилл Фьюджит собственной персоной. Президент института и сегодня не изменила себе: энергичная деловая манера, безупречная прическа. Однако Нора заметила, что в такой день даже Фьюджит не могла скрыть гордость и радостное предвкушение.

– Учитывая ситуацию, я просто обязана вас проводить, – улыбнулась Фьюджит.

Солнце только поднималось над черепичной крышей главного здания. Фьюджит пожала руки всем членам экспедиции, вполголоса произнося воодушевляющие напутствия. Нора села за руль, Клайв влез на переднее сиденье рядом с ней, а Джейсон с Брюсом расположились сзади. Нора уже много раз водила грузовой фургон F350. Когда заводила двигатель, чувствовала себя так, будто снова повстречалась со старым другом. Нора помахала на прощание Скипу и остальным, выехала за ворота и устремилась прочь из города, слившись с потоком автомобилей, едущих по автомагистрали в западном направлении.

– Совсем как переселенцы в старые времена, – произнес Клайв, ткнул пальцем в телефон и с усмешкой убрал его в карман.