Строгая изоляция - Шон Блэк

Кэрри смотрела прямо в камеру номер два.

— Это кошмар для всех родителей. Преступление, которое затрагивает все общество. Ваш сын или дочь похищены неизвестными. Кто в силах представить себе страдания любящего отца, — картинка сменилась крупным планом неловко выглядящего Ричарда Халма, он в сотый раз поправлял галстук, — для которого кошмар стал реальностью? Через несколько секунд мы поговорим с доктором Ричардом Халмом. Его семилетний сын Джош исчез после того, как вышел с предрождественского праздничного вечера в нашем городе, в Верхнем Ист-Сайде. Вчера было найдено тело, которое, как предполагают, принадлежит няне Джоша, русской девушке Наталье Веровской. Но до настоящего момента по-прежнему не найдено никаких следов маленького Джоша. Сегодня Ричард Халм расскажет об исчезновении своего сына и о том, какую роль в похищении ребенка могла сыграть работа отца в должности старшего научного сотрудника фирмы «Медитек». Компании, имеющей неоднозначную репутацию. Далее в программе, сразу после этого сообщения.

Тизер закончился, и они поставили рекламу. Кэрри повернулась к сидящему рядом пепельно-бледному Ричарду.

— Я не соглашался говорить о «Медитек».

— Ну, тогда просто не отвечайте на эти вопросы, — в ее голосе прорезались стальные нотки.

— Но я буду выглядеть как человек, которому есть что скрывать.

— О, неужели? — парировала она.

Ричард отвернулся.

Кэрри наклонилась к нему:

— Я здесь, чтобы помочь вам найти сына. Но кроме этого, я собираюсь раскопать эту историю до самого конца. С вами или без вас.

Как только рекламная пауза закончилась, Кэрри начала излагать хронологию событий, связанных с исчезновением Джоша, сознавая, что Ричард изо всех сил старается не потерять самообладание. Камера медленно придвигалась к нему.

— Каждое утро я просыпаюсь будто под водой, — сказал Ричард надтреснутым голосом. Кэрри сочувственно кивала. После следующей паузы она собиралась сделать свой ход и перейти к «Медитек» и защитникам прав животных. Лок подбросил ей пару вопросов, которые хотел озвучить, например, почему «Медитек» так легко отпустила Ричарда? Оба знали: у Ричарда нет ответов на эти вопросы, но если задать их в прямом эфире, можно рассчитывать, что остальные СМИ тоже начнут копать.

Едва наступил перерыв, Кэрри услышала голос своего продюсера, Гейл Рейндл, склонившейся у нее над ухом:

— Нужно кое-что обсудить, пока не пошло новое включение. Я иду вниз.

Кэрри убедилась, что ее ассистент следит за водой в стакане Ричарда, и направилась к дальней части студии, на встречу с Гейл.

Гейл задвинула Кэрри в угол.

— Не задавай вопросы о «Медитек».

— Почему?

— Не спрашивай.

— Это полная чушь, — высвободилась Кэрри. — Можешь не говорить, я и так знаю: один из этих деятелей сидит на телефоне и орет, чтобы мы убрали из эфира упоминания о «Медитек». Чертовы пиарщики.

Гейл проигнорировала замечание.

— Слушай, твой материал и так прогремит на всю страну. Мы ничего не потеряем, если не будем спрашивать о «Медитек».

— Хочешь сказать, ничего, кроме правды?

Гейл иронически фыркнула.

— Ты рвешься вперед, словно какая-нибудь журналистка-первокурсница из Колумбийского.

Кэрри ощетинилась:

— Нет, я собираюсь раскопать все до конца. Как, интересно, мы можем не упомянуть, что он работал на ту самую компанию, перед штаб-квартирой которой на днях застрелили несколько человек? Мы будем выглядеть как идиоты.

— Ладно, скажи об этом, когда вернешься, а потом сразу меняй тему.

— На какую?

— Придумай что-нибудь.

Гейл исчезла, шурша черным кашемиром и оставив слабый запах «Шанель № 5». Кэрри быстрым шагом направилась к своему месту.

Когда внимание всей страны вновь обратилось на нее, Кэрри была готова:

— Ричард, еще несколько недель назад вы работали на корпорацию «Медитек».

— Да, это так.

— Сколько вы проработали у них?

— В общей сложности около шести лет.

— И чем вы занимались?

— Я работал во многих областях.

— И вам приходилось ставить опыты над животными?

Ричард решительно ответил:

— Да. Я считал, что польза для людей перевешивает страдания, причиненные животным.

— Но сейчас вы покинули «Медитек»?

— Да, за несколько недель до исчезновения Джоша.

В ее наушнике послышался голос Гейл, задыхающейся после пробежки: «ОК, а теперь переходи к ребенку».

— Над чем именно вы работали в «Медитек»?

— Я не могу обсуждать подробности. Это конфиденциальная информация.

Снова Гейл: «Кэрри, прекращай немедленно».

Кэрри улыбнулась Ричарду и задала следующий вопрос, который был ответом Гейл и тому мудаку в костюме, решившему влезть не в свое дело:

— Понимаю, и ваша лояльность похвальна, особенно в свете того, что ваш прежний работодатель не собирается помогать вам в поисках сына. Это так?

На этот раз Ричард явно колебался, но все же ответил:

— Да… это так.

Едва начался следующий перерыв, Гейл двинулась в сторону Кэрри. Та собралась, приготовившись к бою. Гейл Рейндл в атакующем режиме заслуживала внимания.

Вместо этого Гейл, уставившись в пол студии, сказала:

— Завязывай это дело с Халмом.

— Но у меня еще десять минут.

— Знаю, но у нас звонок. Я хочу, чтобы ты пустила его в прямой эфир.

Сердце Кэрри забилось быстрее.

— Мы получили указание?

— Каждый чудила от Лонг-Айленд до Лонг-Бич пытается перекрыть нам кислород, но тут дело в другом. Это генеральный директор «Медитек», и он хочет прояснить несколько моментов.

Кэрри приложила уйму сил, чтобы скрыть улыбку. Не при мысли о рейтингах, которые подскочат до небес, а вспомнив то, что напоследок сказал ей Лок, когда предложил организовать интервью с Ричардом Халмом.

«Давай посмотрим, что выйдет, если потыкать палкой в разные норы».

Краем глаза Кэрри заметила, как ее ассистент уводит Ричарда. Когда помощник режиссера закончил обратный отсчет, она уже смотрела в камеру.