Инстинкт - Бен Кей

«Спартан» вновь шел на посадку. При виде уже различимых деревьев солдаты побросали глянцевые журналы и айподы. Сердце Лоры забилось учащенно. Она пыталась как можно лучше рассмотреть все, что открывалось ее взору из иллюминатора, но, даже когда самолет вышел из облаков, она видела только джунгли — густую темную зелень с разбросанными там-сям пятнами тумана, который льнул к листве, словно пряди белой кошачьей шерсти. Да, это могла быть Венесуэла. И там, внизу, должен находиться Эндрю.

Самолет остановился, добежав до самого края полосы, и солдаты тут же попрыгали на землю и разлеглись на траве, постанывая от наслаждения — они возвращались к нормальной жизни. Несмотря на стремление как можно скорее увидеть сына, Лоре пришлось покидать «Спартан» последней — военные и не думали уступить ей дорогу, полагая дела и желания этих гражданских куда менее важными, чем их комфорт.

Первым ощущением Лоры была жара. Солнце жгло лицо. Такой тяжелый густой воздух она вдыхала только во время экспедиции в Эквадор, где они искали образцы красных муравьев. Прикрыв глаза ладонью, она высматривала Уэбстера, который в это время стоял у кабины пилота и проверял запись в бортовом журнале. Увидев Лору, он поторопился дочитать страницу до конца и вернул журнал Мэдисону.

— Еще раз примите мои извинения. Ваш сын здесь, — сказал он и повел Лору к невзрачному белому зданию в пятидесяти метрах от посадочной полосы.

Как только они подошли ближе, дверь открылась и на пороге появился Эндрю. Мальчик крутил головой, пытаясь найти маму. Лора столько думала о сыне за последний день, что при виде мальчика едва не задохнулась от нахлынувших чувств.

— Эндрю! — закричала она.

Он не сразу ее увидел — между ними стояли люди. Но вот открылся просвет, Лора бежала к нему, и он бросился ей навстречу.

Только их крепкое объятие позволило Лоре удержаться на ногах.

— Слава богу, ты в порядке, — шептала она.

Эндрю долго прижимал к себе мать, а потом не отпускал ее руку.

— Они ничего с тобой не делали?

— Нет, мама, все хорошо.

— Вот и славно, — сказала она, обняв сына за плечи.

— Где ты была? Они мне только сказали, что ты им помогаешь разобраться с какими-то насекомыми, и больше ничего.

— Я тебе потом расскажу. — В ее голове звучала настороженность.

— Ладно, мама, — сказал Эндрю, чуть помолчав, чем дал понять, что понимает серьезность момента. Он поднял глаза и прищурился от яркого солнечного света. — Я по тебе скучал.

— И я скучала. — Лора стиснула ладонь сына.

Следом за Эндрю из дома вышел мужчина в черных хлопчатобумажных брюках и чересчур просторной белой рубашке. Подобная одежда казалась тут неуместно официальной. Он стоял чуть в стороне, ожидая благоприятного момента для примирения с Лорой, но и проявляя нетерпение. Уловив паузу в разговоре матери и сына, он сделал шаг вперед, так что его тень попала в поле зрения Лоры и заставила ее, освободив плечи Эндрю, снова встретиться глазами с этой неловкой принужденной улыбкой.

— Господин Бишоп, — сказала она, словно загоняя иголки под его ногти.

— Доктор Трент, — сказал он ровным тоном, — добро пожаловать в БРЭВИС.

— Благодарю вас, но мы здесь не останемся.

Бишоп кивнул с видом глубокого раскаяния.

— Я сожалею, что вынудил вас приехать, применив такой способ. Уверяю вас, будь в моем распоряжении какой-либо другой…

— Какой-либо другой? — Ее слова, казалось, дымились от гнева. Лора перевела глаза на сына, и тот ответил ей своим — недоуменным — взглядом.

— Доктор Трент, мне очень, очень жаль. По размышлении я понял, что был неправ. Разумеется, вы с сыном можете вернуться домой следующим же рейсом, и мы больше никогда вас не побеспокоим.

— Невероятная любезность с вашей стороны.

— Но уж раз вам придется немного подождать, может быть я смогу как-то загладить свою вину…

— Господин Бишоп, я буду крайне удивлена, если вам известен способ, как можно загладить вину перед нами с Эндрю за то, что нам пришлось пережить в эти два дня.

— Понимаю вас. В вашем положении я и сам испытывал бы такие же чувства. Вы можете ожидать и здесь, вам принесут сюда еду и напитки. Должен лишь предупредить, что заправка самолета займет время, да и пилот должен отдохнуть после долгого перелета. А провести несколько часов на сорокаградусной жаре…

Лора пристально и хмуро смотрела на Бишопа. Немилосердное солнце жгло светлую кожу англичанки, и она уже успела это почувствовать. Плотная влажная атмосфера затрудняла дыхание. Лора перевела взгляд на сына и поняла, что они не выдержат ожидания на открытом воздухе, а мысль о том, чтобы еще несколько часов просидеть в самолете, повергла ее в дрожь.