И приидет всадник… - Роберт Липаруло

— Пип, дай мне твой пистолет!

— Мой пистолет?

— Люко?.. — Рендалл подался вперед.

Люко нетерпеливо пощелкал пальцами. Пип достал из наплечной кобуры полуавтоматический пистолет и, поколебавшись, вручил его Люко.

— Люко! — резко сказал Рендалл. — Что ты делаешь? Это не…

— Тихо! — оборвал его Скарамуцци и отошел от машины к обочине.

— Эй! — крикнул он мальчишкам.

Те повернулись в его сторону. Самому старшему на вид лет четырнадцать, младшему — десять. Не долго думая, мальчишки быстро скрылись за кустом.

Люко достал из кармана платок и тщательно протер пистолет. Затем вынул магазин, протер и его и вставил обратно. Рендалл был уверен: выяснить, кто хозяин пистолета, невозможно. Таков был стиль Люко.

Люко снова посмотрел вверх и увидел, что мальчишки смотрят на него из своего укрытия. Он подождал, пока проедет потрепанный семейный «пежо». Больше машин поблизости не было. Люко поднял пистолет над головой и помахал им в воздухе, затем бросил его на насыпь в направлении потрясенных мальчишек.

Рендалл укоризненно покачал головой. Он вынул из нагрудного кармана потертый серебряный портсигар, достал из него самокрутку и прикурил от старой бензиновой зажигалки «Зиппо». Наклонившись к открытой двери, он выпустил в нее струю дыма и взглянул на Люко — тот стоял спиной к машине, уперев руки в бока, и смотрел, что будут делать дети. Священник повернулся к Пипу — тот снова отрешенно уставился в свое окно.

Левая нога Пипа была короче правой — результат несчастного случая в детстве. Он сидел, положив короткую ногу на длинную, и Рендаллу было видно, что к левой подошве Пипа примотаны скотчем две книги в бумажной обложке.

— Пип! — негромко позвал Рендалл.

Ответа не последовало.

Наклонившись, Рендалл потрогал Пипа за ботинок.

Тот продолжал молчать.

Рендалл, вздохнув, откинулся на спинку сиденья. За последние несколько месяцев они с Пипом сдружились. Только в разговорах они то и дело возвращались к одной и той же теме: рабскому положению Пипа при Люко, который «дружил» с ним таким образом уже тридцать лет. Рендалл побуждал Пипа — в последний раз не далее как сегодня утром, по телефону — выйти, наконец, из тени Люко. Тот, совершенно очевидно, пытался сейчас отогнать болезненные для себя воспоминания и боролся с сомнениями.

— Пип! — окликнул снаружи Люко.

Тот быстро повернулся, стараясь не встречаться взглядом с Рендаллом.

— Да?

— Что это за калибр, девятка?

— «Лама», да, девять миллиметров.

— Дай-ка одну коробку.

Пип вытащил коробку патронов из удобного тайника в подлокотнике дивана и подал. Люко кинул на насыпь и ее. Когда коробка ударилась о землю, патроны разлетелись во все стороны. Люко указал мальчишкам на сокровище, которое он им оставлял, покивал и забрался обратно в лимузин.

— Святой отец, прошу вас, — сказал он, сердито посмотрев на сигарету Рендалла.

Рендалл глубоко затянулся и выбросил окурок в еще приоткрытую дверцу.

— Поехали, Тулио, — сказал Люко водителю, захлопывая дверцу, и добавил с широкой улыбкой, обращаясь к Пипу: — Больше они не будут швыряться камнями!

Тот неопределенно кивнул. Когда они немного отъехали, Рендалл, вытянув шею, посмотрел назад. Он успел заметить, как первый из мальчишек покинул укрытие и бегом спускается к подарку, оставленному Люко. За ним последовали остальные, а потом «мерседес» свернул за очередной холм, и ребятишки скрылись из вида.

Люко с довольной улыбкой положил ногу на ногу и принялся стирать платком пыль с ботинка.

— Когда-нибудь один из этих мальчишек тебя застрелит, — произнес Рендалл.

Улыбка исчезла с лица Скарамуцци. Рендалл встретился с ним взглядом и сухо рассмеялся:

— Послушай, Люко, это не предсказание. Просто сарказм.

— У тебя несмешные шутки.

— У тебя тоже. Ты предназначен для большего, — по-отечески пожурил его Рендалл. — К чему была эта возня с малолетними проказниками?

— Для развлечения, — пожал плечами Люко и повернулся к Пипу. — Наверно, сегодня придется возвращаться через Мево-Модиин. — Он снова улыбнулся. — Я слышал, на шоссе № 1 совсем недавно стало чуточку опаснее.

Он отряхнул платок о чистый ботинок, переложил ноги и принялся за второй.

— Итак, отче, сколько времени вы сможете уделить нам в этот раз? — спросил он немного погодя.

— Улетаю сегодня вечером.

Лицо Скарамуцци омрачило беспокойство.

— А как же?..

— К собранию я вернусь, не волнуйся. — Отец Рендалл сделал большой глоток, закрыл глаза и откинулся на подголовник. Неделя обещала быть напряженной.