Занавес упал - Дмитрий Видинеев

Заметила Константина. С кислой миной он стоял под навесом подъезда, прячась от солнечных лучей.

— Решил поприсутствовать? — спросила Дарья, поднявшись по ступеням.

— Ага. Мне просто стало любопытно, что это за экстрасенс такой. Знаешь, какую сумму Роза отвалила, чтобы попасть на прием без записи?

Дарья дернула плечами.

— Да мне фиолетово, если честно. Беднее она уж точно не станет.

— Здесь ты права, — горестно вздохнул Константин. — Беднее не станет. Зато я скоро стану злой как черт.

Он открыл дверь, пропуская Дарью в здание.

* * *

Офис находился на втором этаже. В просторной светлой приемной в шикарных кожаных креслах сидели две пожилые, судя по одежде и обилию побрякушек, далеко не бедные дамы. Обе листали журналы, коих на столике в центре помещения было немало. Роза стояла возле ведущей в кабинет экстрасенса двери и о чем-то беседовала с яркой девицей. Заметив Дарью, тут же прервала разговор и буркнула недовольно:

— Вот и она, не прошло и года.

Дарья покосилась на красивые часы на стене, причудливые стрелки которых показывали пять минут второго. Опоздала. Ну и ладно. Оправдываться и извиняться она не собиралась.

Роза смерила ее критическим взглядом: белые теннисные туфли, джинсы, невзрачная блузка, распущенные рыжие волосы. И неодобрительно покачала головой. В иное время упрекнула бы, но сейчас на это не было времени.

Владимир Рар принял их вполне радушно, со сдержанной, соответствующей печальным обстоятельствам улыбкой.

— Прошу вас, проходите, присаживайтесь. — Он привстал из-за массивного стола и жестом указал на кресла.

Дарье его внешность показалась забавной: невысокий, с пухлыми, как у хомяка, щеками и с двойным подбородком. Объемный живот выпирал из-под желтой рубашки. Шеи, казалось, не было и в помине, а пышные усы выглядели как нечто инородное, по какому-то недоразумению случайно попавшее на это лицо.

А еще она с удовлетворением отметила, что у Рара хватало здравого смысла не украшать свои пухлые пальцы печатками с изображением мистических знаков. Да и в кабинете не было зловещей атрибутики — хрустальных шаров, черепов, книг с пентаграммами на обложках. На стенах висели дипломы в тонких металлических рамках, а на столе между компьютерным монитором и аккуратной стопкой журналов стояла бронзовая статуэтка вставшего на дыбы единорога.

Да, Рар не использовал внешние эффекты для обработки не самых умных, но впечатлительных особей, и Дарье это внушало некоторое доверие. Насмотрелась она по телевизору на обвешанных цепями колдунов с мрачными глазами, на якобы потомственных ведьм, размалеванных, точно шлюхи, и с хрустальными шарами в обнимку. И ведь им не было никакой разницы, как себя обзывать: ведьмы-колдуны-экстрасенсы-парапсихологи-шаманы — и все это едва ли не в одном флаконе. К таким у Дарьи было нулевое доверие. Она называла их «шутами» и обычно, если на экране возникали подобные субъекты, спешила переключить канал, лишь бы не слышать изрыгаемую из их ртов ересь.

Рар уже был в курсе дела, но Роза все же решила коротко обрисовать ситуацию. Он внимательно слушал и кивал, переводя поочередно взгляд с одного посетителя на другого. Дарья рассматривала дипломы на стене, а Константин сидел с таким видом, будто явился в логово злейшего врага.

— Ясно, — проронил экстрасенс, когда Роза закончила. — Фотографию принесли?

— Конечно, Владимир Борисович.

Дарья подумала, что свекровь всю свою заносчивость оставила за порогом кабинета. Ну и слава богу.

Роза достала из сумочки фотографию Артура и положила на стол. Рар несколько секунд пристально глядел на снимок, после чего сделал глубокий вдох, выдох и принялся энергично тереть друг о друга свои пухлые ладони. При этом он, нисколько не смущаясь, пыхтел как паровоз.

Дарья разволновалась, остатки скептицизма куда-то улетучились, и она с надеждой подумала, что прийти сюда было не такой уж и плохой идеей. А вдруг этот человек с забавными усами действительно что-то выяснит? Как выразился Андрей Петрович Вяземский: «Не все из них шарлатаны».

Владимир Рар затаил дыхание и медленно провел ладонью над фотографией, еще раз и еще… Прошло не менее минуты, прежде чем он нарушил тишину:

— Тепло. Ощущаю тепло.

Роза подалась вперед, глаза вспыхнули.

— Мой сын жив?!

— Определенно. — Рар позволил себе улыбку, которая почти затерялась под усами. — Определенно. И могу с точностью сказать, что он не при смерти. Ощущение тепла ровное, но… была небольшая волна прохлады…

— Что это значит? — Дарья всего на миг опередила Розу с этим вопросом.

Рар переплел похожие на сардельки пальцы, сложив руки на столе.

— Это значит, что, возможно, у него травма. В точности не могу сказать. Это может означать что угодно: колики, головная боль, несварение желудка… да любой разлад в организме. Но я все-таки склоняюсь к травме.

— Главное — живой, — прошептала Роза, нервно вращая перстень на пальце.

Дарья решила верить Рару, и это решение далось ей с удивительной легкостью, без внутреннего спора. Устала от тревожных мыслей, а экстрасенс предлагал ценный товар — оптимизм. Грех отказываться. Она мельком глянула на Константина и заметила, что тот снял с себя маску непробиваемого скептика. Уверовал? Это вряд ли, но задумался: а вдруг?

— Ну а теперь, — Рар поднялся с кресла, — попробуем определить направление и расстояние. Но хочу предупредить, — он выставил перед собой указательный палец, — успех будет зависеть от вас.

— Что мы должны делать? — решительно спросила Роза. Судя по суровому блеску в глазах, она готова была сейчас вступить в схватку с самим дьяволом.

— Вы должны думать об Артуре, — ответил Рар. — Должны сосредоточиться как следует и усиленно думать. — Он уставился на Константина: — А вы должны покинуть кабинет, таковы правила.

Начальник охраны сердито сдвинул брови.

— Что еще за правила?

— Мои правила! — В голосе экстрасенса проскользнули резкие нотки. — Извините уж, но вы — Фома неверующий, и ваша энергетика будет только мешать.

— Выйди, Костя! — нетерпеливо сказала Роза.

Он поднялся с кресла, набычился и пошел к двери, бубня себе под нос что-то нечленораздельное.

— Не держите зла, — уже мягко бросил ему вслед экстрасенс. — У вас хорошая энергетика, сильная, такая бывает у лидеров.

— Я и есть лидер, — сердито буркнул Константин, открывая дверь. — Лидер кучки олухов.

Дарья несвоевременно в очередной раз отметила, что есть в нем что-то гангстерское, свирепое и в то же время — романтичное. Вот за кого нужно было выходить замуж, за человека с сильной энергетикой, а не за напыщенного слизняка. И да, несмотря на обстоятельства, она не ощутила стыда за такие мысли.