Шайка воров с Уолл-стрит - Джеймс Стюарт

13. Несмотря на то что Милкен всегда сторонился репортеров, ему становилось все труднее избегать фотографов и телеоператоров после того, как стало известно, что он находится под следствием. По правую руку от Милкена – глава Ingersoll Publications Ральф Ингерсолл, один из основных его клиентов и рьяных поборников его невиновности. Ингерсолл, выбранный имиджмейкерами Милкена на роль оппонента Джулиани в телепередаче «Ночные комментарии» на канале Эй-би-си, полностью провалил возложенную на него миссию, не к месту употребляя сочиненные ими пропагандистские тезисы.

14. Лайза Энн Джонс убежала из дома и разбогатела, работая на Милкена в Беверли-Хиллз, но ее чрезмерная преданность своему благосостоянию вышла ей боком. После дачи на допросах ложных показаний, призванных выгородить Милкена, она была предана суду по обвинению в лжесвидетельстве. Она стала первой из служащих Drexel, осужденных на волне инсайдерского скандала, и первой начала отбывать тюремное заключение.

15. Лучшим другом Боски на Уолл-стрит был Джон Малхирн. Узнав, что Боски дал уличающие его показания, Малхирн, страдавший маниакально-депрессивным психозом, погрузил в свой автомобиль небольшой оружейный арсенал и поехал убивать Боски. Один из немногих предполагаемых участников преступного сговора, чье дело было доведено до суда, он был осужден, но оправдан по апелляции.

16. Поток критики в прессе и на телевидении в результате объявления о заключенной с Боски сделке о признании вины сразу же сделал Боски национальным символом алчности. Делая в апреле 1987 года заявление о признании вины, он выглядел исхудалым и изможденным. Он надеялся избежать репортеров, незаметно покинув здание федерального суда через боковую дверь, но съемочные группы следили за всеми входами и выходами. Когда он вышел наружу, они бросились к нему и, дабы сэкономить время, стали перелезать через припаркованные автомобили.

17. В феврале 1987 года, после заявления о признании вины и сотрудничества с прокуратурой Деннис Ливайн явился в федеральный суд в Уайт-Плейнс, пригороде Нью-Йорка, где был приговорен к двум годам тюрьмы. Он согласился уплатить штрафы и компенсации в размере 11,6 млн. долларов. «С помощью предоставленной им информации было разоблачено целое „змеиное гнездо“», – сказал судья, выносящий приговор. Слева на фотографии – жена Ливайна Лори, а между ними – один из его адвокатов, Мартин Флюменбаум.

18. Явившись в апреле 1989 года в федеральный суд, чтобы заявить о своей невиновности по вынесении обвинительного акта из 98 пунктов, Милкен вымученно улыбался. По правую руку от него – его жена Лори. Непосредственно за ним – один из его главных «пи-ар» – представителей Кеннет Лерер. По бокам от Лерера – адвокаты Милкена Мартин Флюменбаум (слева) и частично заслоненный Артур Лаймен (справа, седой). За Лерером – брат Милкена Лоуэлл, сообвиняемый по обвинительному акту.

19. Милкен нанял мощнейшую «пиар» – команду из всех когда-либо приглашенных одним обвиняемым. Одним из ведущих стратегов пропагандистской кампании в его защиту была бывший врачиглотерапевт Линда Робинсон, которая в свое время поддержала предвыборную кампанию Рональда Рейгана и привнесла в «паблик-рилэйшнз» характерную для республиканцев агрессивную тактику создания негативного паблисити. Она пользовалась громадным влиянием – как в силу собственного положения, так и благодаря ее могущественному мужу, председателю правления Ame rican Exp ress Джеймсу Робинсону, который заснят рядом с ней на одном из благотворительных празднеств (слева). Гонорары адвокатов и «пи-ар» – агентов Милкена были настолько высоки, что Drexel, которая платила по его счетам, поставила его на «бюджет» в 1,25 млн. долларов в месяц.

20. Первое столкновение Милкена с потенциально враждебной аудиторией имело место на слушаниях в конгрессе, проведенных в апреле 1988 года по инициативе конгрессмена Джона Дингелла. Следуя совету своего адвоката, легендарного Эдварда Беннетта Уильямса (на фото – рядом с Милкеном), Милкен, воспользовавшись Пятой поправкой, отказался отвечать на вопросы. Позднее в том году Уильямс умер, и прилетевший в Вашингтон Милкен плакал на похоронах, закрыв лицо ладонями.

21. Артур Лаймен (на фото – справа от Милкена) занял нишу, образовавшуюся со смертью Уильямса, и стал главным адвокатом Милкена. Более всего известный своей ролью в транслировавшихся по телевидению слушаниях в связи со скандалом «Иран-контрас», Лаймен презирал разговоры об урегулировании и называл Милкена «национальным достоянием». В стане Милкена царило низкопоклонство; консультанты Милкена говорили ему главным образом то, что он хотел услышать.

22. Учитывая вероятность наличия среди присяжных большого числа представителей нацменьшинств, Милкен начал кампанию по завоеванию симпатий негров. На вечеринке, устроенной им в Лос-Анджелесе для чернокожих учащихся неполной средней школы, он провозгласил Джесси Джексона своим «близким другом». На этом снимке Милкен распоряжается на одном благотворительном мероприятии в Лос-Анджелесе.

23. Какое-то время Милкену удавалось удерживать потенциальных свидетелей, по выражению Уильямса, в «укрытии», но затем они один за другим перешли на сторону властей. Первой серьезной утратой стал Джеймс Дал (слева), «Роберт Редфорд в мире облигаций» и главный сейлсмен Милкена. Милкен перестал разговаривать с Далом и перевел его на другой, менее престижный этаж офиса в Беверли-Хиллз. Это, однако, не удержало Дала от дачи показаний против Милкена. За Далом последовал Террен Пейзер (справа внизу) – трейдер, который любил обмениваться с Милкеном панибратским шлепком по ладони, сидя за торговым столом, но при этом тайно хранил уличающие документы, переданные в итоге в прокуратуру в обмен на иммунитет от уголовного преследования. Наиболее ценным сотрудничающим свидетелем по делу Милкена стал Сетраг Мурадян (справа вверху), бухгалтер Боски. Мурадян вел учетные записи по секретному соглашению между Боски и Милкеном.