Экспаты - Крис Павон

Свою парижскую свободу Кейт потратила на район Марэ. Декстер согласился, что она имеет полное право посмотреть кое-какие города самостоятельно, одна. От путешествия не получишь никакого удовольствия, если не в состоянии делать что хочется; тогда оно превращается просто в еще один вид работы, только в другом месте.

Две недели назад, в Копенгагене, Кейт провела отведенные ей часы, бродя по бутикам в центре города. Теперь, попав в магазин «Village St-Paul», она приобрела набор старинных чайных полотенец, украшенное гравировкой ведерко для льда и эмалевую солонку — истинная домохозяйка, слегка помешанная на французском антиквариате. Еще она купила пару туфель с тряпичным верхом и на толстой резиновой подошве, чтобы уберечь ступни от булыжных мостовых Люксембурга, да и Парижа тоже. От этой булыжной Европы.

Небо было ярко-синее с высоко плывущими пушистыми облаками — бабье лето, семьдесят градусов по Фаренгейту. То есть двадцать один по Цельсию, теперь надо мыслить именно такими категориями.

Кейт все еще привыкала к обычаю бродить по незнакомому городу просто так, без всякой цели и не беспокоясь, что кто-то — в силу любых, самых разных причин — вознамерится ее убить.

Она возвращалась к реке, на встречу с собственным мужем и детьми, назначенную на Ile St-Louis.[19]Она уже соскучилась по ним, четыре часа пробыв в одиночестве; видела перед собой их лица, глаза и улыбки, их тонкие ручонки. В этой своей новой жизни Кейт много времени тратила на то, чтобы как-то от них отвязаться, но все остальное время с нетерпением стремилась вновь с ними воссоединиться.

Она наконец добралась до brasserie,[20]сунулась внутрь, но своих не увидела. Села за столик снаружи и прищурилась на солнце. И заметила их — они шли со стороны Ile de la Cite,[21]за их спинами возвышался Notre Dame[22]с его горгульями и вознесшимися ввысь контрфорсами, там по пешеходному мостику, соединяющему один остров с другим, бегали мальчишки, сновали туда и сюда прохожие и велосипедисты, а также спущенные с поводков джек-рассел-терьеры.

Кейт встала и окликнула их, помахав рукой. И они побежали к ней, бросились в объятия, стали целовать.

— Мама, посмотри! — Джейк протянул ей пластиковую фигурку Бэтмена.

— Йах! — заорал Бен, слишком возбужденный, не в силах сдержаться. — Смотри! — У него в руках был Спайдермен.

— Мы там наткнулись на магазин комиксов, — признался Декстер. — И не смогли устоять. — Он словно извинялся, стыдился, что купил детям эти ужасные пластмассовые изделия, изготовленные где-то в Юго-Восточной Азии по американской лицензии.

Кейт только плечами пожала: она не собиралась критиковать его за то, как он провел день с детьми.

— Но мы еще и в книжный магазин заходили, правда, ребята?

— Ага, — подтвердил Джейк. — Папа купил нам «Небольшого принца».

— «Маленького принца».

— Точно. Это совсем маленькая книжка, мамочка. — Никакого уважения!

— Да я не о том. Книга называется «Маленький принц». Магазин «Шекспир и компания».

— Ага, — снова подтвердил Джейк. Он вообще легко со всем соглашался. — А когда мы будем ее читать? Прямо сейчас?

— Ну не прямо сейчас, милый, — ответила она. — Может, попозже.

Джейк вздохнул с глубочайшим разочарованием, какое маленький мальчик испытывает сотни раз на дню и по любому поводу, буквально по всякому. Или вообще без повода.

— Monsieur? — Официант подошел к Декстеру, и тот заказал себе пиво. Официант посторонился, пропуская русскую пару среднего возраста, бесцеремонно вылезавшую из-за стола. Женщина была нагружена покупками из непомерно дорогих бутиков рю Сент-Оноре, находившихся в миле отсюда. Эти люди явно забрались слишком далеко, совсем не туда, куда надо.

— Et pour les enfants? — спросил официант, не обращая на русских внимания. — Quelque chose a boire?[23]

— Oui. Deux Fanta, orange, s’il vous plait. Et la carte.

— Bien sur, madame.[24]

Официант подал им два меню в кожаных переплетах и снова отошел, шаркая подошвами, теперь уже к другой паре, устраивающейся за соседним столом.

Даже не считая вчерашнюю закуску — устриц, которых Джейк обозвал «здоровенной серой соплей, плавающей в слизи», — здешняя еда не имела у детей никакого успеха. И сейчас Кейт надеялась, даже молилась, чтобы блюда в этой пивной оказались приемлемыми для них. Она изучала меню, лихорадочно бегая глазами по строчкам.

Мужчина за соседним столом заказал выпивку, женщина добавила: «La meme chose».[25]Голос показался знакомым. Кейт повернулась в ту сторону и увидела потрясающе красивого мужчину, сидевшего лицом к ней, его спутница расположилась лицом к Декстеру. Обе женщины были в темных очках. Два этих обстоятельства, а также внимательное изучение меню — Кейт как раз склонялась в пользу тушеной свиной ножки, которую здесь подавали под всегда желанным яблочным соусом, — послужили причиной, что ей потребовалась целая минута, прежде чем обе женщины, сидящие боком друг к другу, поняли, с кем соседствуют.