Охота без милосердия - Михаил Март

– Поздновато приехали, мистер Эйслер. Заваруха уже кончилась. Еще месяц назад здесь был фейерверк, а сейчас публика умирает со скуки. Только и разговору о том, что Рузвельт надрывает пупок, чтобы выйти из кризиса.

– Вы считаете, что с Дэйтлоном покончено?

– Нет. Я так не считаю. Мое мнение особое. С Дэйтлоном покончить нельзя. Я так думаю, что он остался один. Никому не известно, скольких его рейнджеров перебили во время большой охоты. Такая ситуация может его заставить уехать из страны.

– Я читал ваши репортажи, мистер Кэрр, в них есть проблески здравого смысла, но сейчас вы меня удивили.

– Напрасно, мистер Эйслер. Я еще не поставил точку. Главный репортаж впереди.

Бармен поставил возле Кэрра две рюмки. Одну он выпил сразу, вторую взял в руки, но не торопился ее прикончить.

«Все же удобно иметь другое лицо, – подумал Крис. – Но как вернуть то, которое потерял? Человек без лица – это все, чего он добился!» – вот что его испугало. – «Сколько труда, энергии, напряжения и в итоге? Фильм с обрезанной концовкой. Они ему не простят этой ошибки».

– Вы недовольны таким оборотом, мистер Кэрр?

Репортер усмехнулся.

– Конечно. Я часто в своих репортажах сравнивал войну гангстеров и полиции с футбольным матчем. Когда играют две команды в полную силу, то болельщики на стадионе замирают. Мы видели, как тренированная знаменитая сильная команда проигрывает неизвестной, но ловкой и хитрой команде новичков. Но зрителя нельзя обманывать. Он должен точно знать, кто выиграл, а кто проиграл. А в данном случае на арену выходит судья и говорит: «Команда новичков, ведущая со счетом десять ноль, на второй тайм не выйдет. Победа присуждается команде профессионалов!» Абсурд Нонсенс! И просто глупость.

– Ваши друзья уже говорили о развязке, но они приводили в пример синематограф.

– Репортерская гордость. Не хотят использовать термины коллег. Но суть одна, как ни крути! Дэйтлон ушел с поля непобежденным, но он всенародно признан трусом! Закономерное заключение.

– Да вы жестокие люди! Компромиссов для вас не существует.

– Конечно. О каких компромиссах могла идти речь, когда Дэйтлон полгода назад захватил арсенал с оружием на целый полк агентов ФБР? Он что, в тот момент готовился к компромиссам? Сказал "а", скажи и "б".

– Но Дэйтлон не может победить всю страну.

– Конечно. Я ответил вам на заданный вопрос. Ответил, как болельщик. А вы рассуждаете, как адвокат Дэйтлона. Но мне кажется, что он не нуждается в адвокатах. Кроме него, никто его вопросов не решает.

– Вы перегибаете палку. Я не на стороне Дэйтлона. Я сбоку.

– Я тоже. Но сейчас ситуация изменилась. Дэйтлона нет. Он прошел, как ураган в ясную погоду, и вновь наступила тишина. Многие стали задаваться вопросом, а был ли он вообще. Дэйтлон – это явление. Он может быть очень убедительным, осязаемым, видимым, а может превратиться в мираж, в туман. Чтобы эта легенда продолжала жить, она требует постоянного присутствия. Но это невозможно. Это чревато неизбежной гибелью. Дэйтлон не глуп и знает, что у него есть выбор. Либо уйти, но как мираж, либо жить, но недолго и погибнуть.

– Любопытная трактовка. Ну что же, всего наилучшего. Удачи вам. Извините, но меня заждалась моя дама.

Дэйтлон встал с табурета и направился к столику, где его ждала обиженная Шерри.

Сделав несколько шагов, он остановился и, оглянувшись, сказал:

– Извините, мистер Кэрр, на секундочку.

Кэрр удивился, но, остановив друзей, подошел к новому знакомому.

– Я бы хотел попросить вас об одолжении. Вы не могли бы мне подарить один номер с интервью?

– Сожалею, мистер Эйслер, но у меня всего три экземпляра, и я не могу этого сделать.

– Хорошо. Я открою вам один секрет. Если моя наводка сработает, то вы мне подарите газету с интервью. Но вы никому ничего не должны говорить. Хорошо?

– Я не разглашаю чужих секретов.

– Отлично. Меня вызывают на утро в Холдинг-банк. Мы установили там новую систему сигнализации.

– Я читал об этом.

– Прекрасно. Но Дэйтлон решил, что ему плевать на сигнализацию. Он в городе и завтра в девять утра возьмет этот банк. Берите фотоаппарат и подстерегайте его в машине напротив банка. Таких кадров никто не имел и иметь не будет. Только не спрашивайте меня, откуда у меня эта информация. Я тоже не привык выдавать чужие секреты. Но помните, если у вас все получится, то один экземпляр газеты с интервью мой.

– Согласен. Но как я вам его передам?

– Я сам вас найду, либо кто-нибудь из моих приятелей попросит у вас этот экземпляр для меня.

– Хорошо. Такая сделка меня устраивает.

Дэйтлон похлопал Кэрра по плечу, улыбнулся и вернулся за свой столик.

Кэрр пил виски и наблюдал, как Эйслер со своей дамой покидают ресторан. Он не мог понять чувств, которые одолевали его. Разговор с Эйслером, обычная болтовня, но что-то она ему напоминала. Настрой! Неуловимая волна недоговоренности. Кэрр решил вернуться домой, и перечитать интервью с Дэйтлоном.