Гнетущий страх - Карин Слотер

— Знаешь, — начала Тесса, — я в свое время тоже пользовалась подобными моментами, но никогда не бегала за женатыми мужчинами.

«Хоть бы она наконец заткнулась — нет сил продолжать этот разговор», — с болью подумала Сара. Тесса же тем временем с мягкостью перескочила на другое:

— А Марла, по словам Пенни Брок, растолстела.

— О чем это ты, интересно, беседовала с Пенни Брок?

— О засорившемся сливе у них в кухонной мойке, — ответила сестра, облизывая ложечку. Тесса перестала работать с отцом в семейной сантехнической мастерской, когда ей начал мешать раздувшийся живот, но прочистить вантузом сток она пока еще была вполне способна. — Пенни говорит, она стала здоровенная, как слон.

Сара никогда не думала, что сообщение о раздобревшей сопернице прольет бальзам на ее израненную душу. Стыдно, конечно, так радоваться при мысли о растолстевших бедрах и заднице любовницы Джеффри, но Сара ничего не могла с собой поделать — ощущение триумфа буквально захлестнуло ее.

— Вот ты и улыбаешься, я вижу, — засмеялась Тесса.

Сара изо всех сил старалась выглядеть серьезной, дабы не давать поблажек сестре.

— То, что ты говоришь, просто ужасно!

— С каких это пор?

— С тех пор… — Сара помолчала, подбирая слова. — С тех самых пор, когда это заставляет чувствовать себя полной идиоткой.

— Ну, ты быть то, что ты быть, как сказал бы моряк Папай[1], — заявила Тесса и принялась шумно выскребать ложечкой остатки мороженого из картонного стаканчика. Выбрав все дочиста, тяжко вздохнула, словно ее сей же миг поразил смертельный недуг. — А можно, я доем твое?

— Нет.

— Но я же беременна! — пропищала сестрица.

— А это не моя вина.

Тесса снова взялась за свой стаканчик и, словно это было недостаточным раздражителем, принялась чесать ступню о декоративную накладку из капа на приборной панели.

Проказнице таки удалось достичь желаемого — Сара вдруг почувствовала вину старшей сестры перед младшей. Она попыталась подавить это чувство, проглотив еще немного мороженого, но оно застряло в горле.

— Ладно уж, забирай, большой ребенок. — Сара протянула стаканчик сестре.

— Спасибо! — нежно проворковала Тесса. — Может, нам еще купить, на потом? Только ты сама сходи, ладно? Не хочу, чтобы они думали, будто я эдакая свинюшка-обжора. — И, хитренько улыбнувшись, добавила: — А еще я, кажется, здорово разозлила того юнца за прилавком.

— Не могу себе представить, как это ты умудрилась.

Тесса невинно заморгала.

— Просто некоторые слишком чувствительны…

Сара хлопнула дверцей, обрадовавшись возможности выбраться из машины, и успела сделать несколько шагов, когда Тесса опустила стекло.

— Да знаю я, знаю, — сказала Сара. — Побольше шоколада.

— Само собой, но я о другом. Подожди. — Тесса на секунду умолкла, чтобы слизать мороженое с боковой панели своего мобильника, прежде чем протянуть его сестре через окно. — Это Джеффри.

Сара въехала на посыпанную гравием площадку и припарковалась между полицейским патрульным автомобилем и машиной Джеффри. Звук барабанивших по ее «БМВ» камешков радости ей не прибавил. Единственная причина, по которой Сара поменяла с доплатой свой открытый двухместный кабриолет на более солидную модель, заключалась в намерении вместить в салон детское сиденье. Однако если новая машина будет подвергаться воздействию и Тессы, и окружающей среды, ее придется отправить на свалку еще до появления младенца.

— Вот тут? — спросила Тесса.

— Ага. — Сара вытянула ручной тормоз и посмотрела на высохшее русло реки, простиравшееся перед ними. Джорджия страдала от засух еще с середины 1990-х годов, и огромная река, которая когда-то текла через леса подобно жирной, ленивой змее, теперь усохла до жалкого ручейка. Растрескавшееся сухое дно — вот и все, что от нее осталось, так что бетонный мост в тридцати футах над головой смотрелся совершенно не к месту, а ведь Сара помнила времена, когда с него удили рыбу.

— Тело там? — Тесса указала на группу мужчин, стоявших полукругом.

— Вероятно, — ответила Сара, мысленно прикидывая, не принадлежит ли эта территория колледжу. В округе Грант всего три города: Хартсдейл, Медисон и Эйвондейл. Хартсдейл, где располагался технологический институт, считался жемчужиной округа, и любое преступление, совершенное в пределах городских границ, рассматривалось как наиболее тяжкое, не говоря уже о самой территории колледжа.

— А что произошло? — заинтересовалась Тесса, хотя раньше никогда не вникала в эту сферу деятельности сестры.

— Именно это мне и предстоит выяснить, — напомнила ей Сара, протянув руку к бардачку, чтобы достать стетоскоп. Дотянуться оказалось нелегко, и рука Сары невольно задержалась на животе сестры, буквально на несколько секунд.

— Ох, сестренка! — выдохнула Тесса, хватая Сару за руку. — Я так тебя люблю!

Сара рассмеялась, заметив внезапно появившиеся на глазах сестры слезы, но тут же почувствовала, что и у нее глаза на мокром месте.

— Я тебя тоже люблю, Тесси. — Она сжала ладошку сестры и добавила: — Оставайся в машине. Много времени это не займет.

Сара захлопнула дверцу и увидела Джеффри, шагавшего ей навстречу: темные волосы, еще влажные на макушке, аккуратно зачесаны назад, темно-серый костюм, прекрасно сшитый, тщательно отутюжен, из нагрудного кармана виднеется золотой полицейский значок.

Сара невольно обратила взор на собственное одеяние — спортивные штаны, знававшие лучшие времена, майка с короткими рукавами, которая перестала быть белой еще во времена администрации Рейгана, на ногах кроссовки со свободно завязанными шнурками, чтобы легче было надевать и сбрасывать их, и никаких носков.

— Тебе и не следовало облачаться в вечерний туалет, — пошутил Джеффри, но она почувствовала в его голосе некоторое напряжение.

— Так в чем тут дело?

— Я не совсем уверен, но, кажется, что-то тут нечисто… — Он вдруг замолчал и оглянулся на машину. — Ты что, взяла с собой Тессу?

— Мы просто вместе ездили по делам, и она захотела со мной… — Сара не стала ничего объяснять, да и особенно нечего было. Разве что в настоящий момент в ее жизни не могло быть более важной задачи, чем поддерживать Тессу в состоянии радости и счастья или по меньшей мере не давать скулить и хныкать.

Джеффри все отлично понял.

— Надо полагать, спорить с ней было бесполезно?

— Она обещала сидеть в машине, — сказала Сара, и тут же за ее спиной раздался звук захлопнувшейся дверцы. Обернувшись и уже уставив руки в бока, она услышала:

— Мне надо туда. — И сестрина указана в сторону кучки деревьев поодаль.