Край мертвецов - Влад Райбер

Меня это беспокоило. Мёртвые среди живых – это такое, что в голове не укладывается. И ещё неизвестно, чем это может закончиться. Я думал, что если никто с этим не разберётся, тогда я сам подниму шум. Надо было навести порядок.

Похоже, паниковал я один. Другие люди молчали. Возвращённые покойники вели себя тихо, по улицам не ходили. Новой вспышки болезни не было. Зачем зря суетиться? Может, это чудо господне?

Но, к сожалению, я оказался прав. В семье Савиных случилась трагедия… Они с кладбища вернули отца двоих детей, после того, как он месяц пролежал в гробу.

И днём, и ночью мужчина неподвижно стоял у окна и смотрел перед собой. Ему было всё равно открыты шторы или задёрнуты. Все надеялись, что рано или поздно мёртвые придут в себя и будут вести себя как раньше, но ничего не менялось.

Пятнадцатилетний сын подошёл к отцу и стал его теребить:

– Пап, ну хватит тут стоять. Ты меня слышишь? Очнись! Сделай хоть что-нибудь!

И папа сделал. Он развернулся, взревел и впился зубами сыну в руку. Вырвал кусок плоти, а потом опять встал у окна, как будто ничего и не было. Сын упал и задёргался, как в лихорадке.

Пока Савины пытались позвонить в скорую, сын перестал дышать, а потом вдруг воскрес. Поднялся и убежал на улицу, как сумасшедший. Вот и началось…

Был вечер, люди готовились ко сну и тут у мертвецов пошла «цепная реакция». Как только один стал агрессивен, так и другие взбунтовались.

Когда мне об этом сказали, я не поверил. Шёл в магазин и увидел, как несколько машин унеслись подальше от села, и над дорогой повис столп пыли. Со всех сторон слышались беспокойные голоса людей, выли собаки. И прежде, чем я успел спросить, мне крикнули из ближайшего дома:

– Прячься! Беги домой! Мертвецы! Мертвецы нападают!

Это был Дектярёв. Он и рассказал мне о том, что случилось в семье Савиных.

Самое смешное… нет, скорее самое страшное – я с самого начала предполагал, что всё может обернуться именно так. А кому не приходила в голову эта мысль? Мертвецы ожили? А почему не нападают на людей, не едят мозги, не рвут зубами плоть, не пополняют свою численность за счёт убитых, как это показывают в кино? Это настолько избитый жанр, что он стал пародией сам на себя. Как всё это могло случиться в реальности?

Я не мог поверить. Мне были нужны доказательства. Напряжение висело в воздухе, но я не видел поблизости никаких мертвецов. Деревенские улицы были пусты и сумрачны.

Я был неподалёку от дома Исакова. Вот у кого можно спросить. С него всё началось. Он мне скажет есть ли повод для паники или всё это ложные слухи.

Я пошёл к его дому, постучался, крикнул: «Сосед!». Никто не отозвался.

Было не заперто. Я прошёл и услышал плаксивый голос жены Исакова:

– Кто там? – женщина кричала из ванной.

– Что случилось? Почему вы закрылись? – спросил я.

– Помоги мужу! Он в комнате! – только и крикнула она.

Нутро мне подсказало, что лучше бы уносить отсюда ноги, но я пошёл посмотреть, чего так испугалась женщина.

Исаков лежал на полу лицом вниз. В его затылке торчала тяпка. Зубья вошли глубоко в череп. Было ясно, что с такой травмой ему не жить. Над телом склонился его дед. То ли он пытался укусить его за шею беззубым ртом, то ли слизывал кровь.

Я попятился обратно в прихожую, постучался в ванную.

– Это дед его так? Тяпкой в голову! – у меня дрожал подбородок.

– Муж деда хотел заново научить работать инструментами, а он на него напал! – кричала женщина через дверь. – Что там происходит? Он живой?

Я не стал отвечать, а только потребовал:

– Открывайте! Пойдёмте отсюда быстрее!

– Не пойду! Никуда не пойду! – ответила женщина.

Я так и оставил её в доме. Вышел на улицу. Там совсем стемнело. Всё та же суета, крики, гомон. По улицам во мраке ходили и бегали неясные фигуры. Не поймёшь, не то живые, не то мёртвые!

Надо было кому-то звонить, вызывать помощь. Я полез в карман – телефона не было. Дома оставил!

Что же мне добираться в одиночку по улицам? Мой дом не близко. Меня же схватят! Укусят! Обратят!

Надо было найти укрытие и спрятаться. Кто бы меня приютил. Андрюшка! Мой брат. Он жил от Исакова неподалёку.

Я присел, чтобы меня не видели и побежал гуськом вдоль заборов. По дороге я попался на глаза одному мертвецу с прокусанной шеей. Но он на меня не бросился. Видимо только воскрес и ещё не разобрался, что к чему.

Я не стучался через калитку, а сразу сиганул через неё. Подбежал к дому, стучал и в окна, и в дверь:

– Андрюшка! Открой! Помоги! Это я! Твой брат! Пусти меня!

Дверь открылась, меня за воротник схватила здоровая, жилистая рука и втащила внутрь.

Я завопил:

– А-а-а!

Думал меня схватил один из этих. Но то был Андрюшка. Живой и в здравом уме. Он приставил палец к губам и сказал:

– Т-с-с-с! Не ори! Сейчас всех сюда созовёшь.

В его доме не горел свет. Я умолк.

– Лёша, там правда мертвецы ходят? – спросил Андрюшка.

– Правда! – ответил я.

– Ну, дела!

Я впервые в жизни был у него в гостях. Мы с Андрюшкой были братьями по отцу, и никогда толком не разговаривали, а только здоровались, если виделись на улице. Честно, я даже чувствовал неловкость от того, что мы родня и носим одну фамилию. Андрюшка был младше меня на год. Я был ещё младенцем, а батька уже переметнулся от моей матери к его. Нас связывала не только кровь, но и нехорошая история, потому между нами всегда была преграда. Но когда в селе начался хаос, так сразу стали настоящими братьями, будто всю жизнь общались.

– Ты вызвал помощь? – спросил я шёпотом.

– Связь плохая! – ответил брат. – Никуда не могу позвонить, как будто всё занято! Интернета нет. Наверное, что-то случилось с вышкой. Может мертвецы влезли в будку с оборудованием?

– Или такое повсюду, – предположил я. – Многие уехали, но до сих пор нет помощи. Тут до города всего десять километров… Ты включал телевизор? Что там говорят?

– Нет, у меня телевизора, – сказал Андрюшка. – Не нужен мне этот зомбоящик.

Я просунул голову в шторы. У соседнего дома рябила толпа. Не меньше десятка мертвецов ходили от окна к окну. Вытаптывали палисадник, падали,