Фирма - Джон Гришэм

– Хороший вопрос.

Трое мужчин переглянулись и вновь согласно кивнули. Хорошийвопрос.

– Я постараюсь ответить вам, Митч. – Это был Ройс Макнайт,управляющий. – Вам нужно понять, что из себя представляет наша фирма. Мы –другие, и мы гордимся этим. У нас в штате только сорок один юрист, так что вэтом плане вряд ли мы сравнимся с иными фирмами. Берем к себе мы немногих,одного человека, скажем, раз в два года. У нас самые высокие оклады идополнительные льготы по стране в целом, и я не преувеличиваю. Поэтому мы оченьизбирательны. И мы остановили выбор на вас. Письмо, которое вы получили месяцназад, было послано после того, как мы изучили более двух тысяч студентов-третьекурсниковиз лучших юридических школ. Такое письмо было послано только вам. Фирма неоповещает публику о вакансиях и не нанимает людей со стороны. Мы ведем себясдержанно и придерживаемся собственного стиля. Я ответил на ваш вопрос?

– Да, достаточно ясно. Каково основное направлениедеятельности фирмы?

– Налоги. Кое-какие ценные бумаги, недвижимость, банковскоедело, но восемьдесят процентов – это налоги. Потому-то мы и хотели встречи свами, Митч. Мы знаем, вы сильны в этом вопросе.

– А почему вы решили податься на учебу в Западный Кентукки?– вновь подал голос Ламар Куин.

– Очень просто. В качестве платы за обучение мне предложилииграть в их сборной по футболу, в ином случае колледж был бы для менянедоступен.

– Расскажите нам о своей семье.

– Неужели и это важно?

– Для нас это очень важно, Митч, – мягко произнес РойсМакнайт.

“Все они так говорят”, – подумал Макдир.

– Ну так слушайте. Отец погиб в угольной шахте, когда мнебыло семь лет. Мать вновь вышла замуж и живет во Флориде. У меня было двабрата. Расти убит во Вьетнаме. Второго брата зовут Рэй Макдир.

– А где он сейчас?

– Простите, но вас это не касается.

Он с вызывающим видом уставился на Макнайта, как бы готовяськ драке. В досье почти ничего не говорилось о Рэе.

– Извините меня. – В голосе управляющего звучало сочувствие.

– Митч, фирма расположена в Мемфисе. Вас это не беспокоит? –спросил Ламар.

– Нисколько. Я не любитель холодной погоды.

– Приходилось бывать там раньше?

– Нет.

– Вы побываете у нас, и довольно скоро. Вам понравится.

Митч улыбнулся и кивнул головой, подыгрывая. Неужели они этосерьезно? Соблазниться маленькой фирмой в захолустном городке, в то время кактебя ждет Уолл-стрит?

– Каким вы шли в вашей группе? – спросил мистер Ламберт.

– Входил в первую пятерку. Не в первые пять процентов, апросто – в первую пятерку.

Для всех троих это было более чем понятно. Первая пятерка изтрех сотен студентов. Он мог бы сказать им, что был третьим, а фактическисовсем рядом с первым, но он промолчал. Ведь они, эта троица, вышли из другихшкол, рангом пониже: Чикаго, Колумбия, Вандербилт. Он выяснил это из беглогопросмотра юридического справочника персоналий. Вряд ли они захотятдетализировать вопрос успеваемости.

– Почему вы выбрали Гарвард?

– На самом деле это Гарвард выбрал меня. Я обращался внесколько университетов и отовсюду получил приглашения. Гарвард предложил болеевесомую финансовую поддержку. А потом, я считал, да и сейчас считаю, что этолучшая юридическая школа.

– У вас неплохо идут здесь дела, Митч, – заметил Ламберт,просматривая бумаги. Досье лежало в чемоданчике, под столом.

– Благодарю вас. Я стараюсь.

– По налогообложению и ценным бумагам у вас высшие баллы.

– Для меня это наиболее интересные дисциплины.

– Мы видели ваши письменные работы, они впечатляют.

– Благодарю вас. Мне нравится исследовательская работа.

Не моргнув глазом они проглотили эту очевидную ложь. Что ж,таков ритуал. Ни один студент-юрист, равно как и ни один специалист со стажем,будучи в здравом уме, не в состоянии получать удовольствие от так называемойисследовательской работы, или поиска, или работы с финансовой документацией,что одно и то же, хотя каждый законник-профессионал, безусловно, воспитал всебе уважение и любовь к библиотеке.

– Расскажите нам о вашей жене, – вновь вступил Макнайт почтиробко.

Они были готовы к новому отпору, но его не последовало –вопрос был стандартным, не покушающимся на святыни.

– Ее зовут Эбби. У нее диплом по дошкольному образованию. ВКентукки мы закончили учебу одновременно и через неделю поженились. Последниетри года она работает воспитателем в частном детском саду неподалеку отБостонского колледжа.

– И ваш брак…

– Мы очень счастливы. Хорошо узнали друг друга за годыучебы.

– А кем вы были в футбольной команде? – Ламар решил на времяоставить деликатную тему.

– Защитником. Выступать приходилось много, правда, до техпор, пока я не повредил колено в последней университетской игре. Наша командаиз Кентукки была сильнейшей. Я играл четыре года подряд, но вот колено так досих пор и не пришло в норму.

– Как же вы умудрились добиться таких успехов в учебе,одновременно играя?

– На первом месте у меня всегда были знания.

– Не думается мне, что колледж в Кентукки был из разрядалучших, – неосторожно вырвалось у Ламара вместе с пренебрежительной усмешкой.Он тут же пожалел об этом, но было поздно. Его коллеги неодобрительношевельнули бровями, давая понять, что заметили промах.

– Да, нечто вроде канзасского, – тут же услышали они ответ.

В номере наступила тишина, трое мужчин с недоумениемсмотрели друг на друга. Этот Макдир знал, что Куин заканчивал колледж вКанзасе! Ни разу с ним не встречавшись, не имея представления о том, кто изсотрудников фирмы придет на беседу. Но ведь знал! Видимо, вычислил его посправочнику Мартиндэйла – Хьюббелла – прочитал данные о всех юристах фирмы и вкакую-то долю секунды вспомнил, что Ламар Куин, единственный из сорока одногосотрудника, учился в Канзасе. Этот парень не промах!

– Случайно вырвалось, простите, – пришлось извинитьсяЛамару.