Ее последний вздох - Роберт Дугони

– Верно, – отозвалась Прайор, разглядывая мишень в свои желтоватые очки.

– Я могу научить вас стрелять еще лучше, – сказала Трейси. – Но я не могу научить вас стрелять. Надо переломить себя, преодолеть страх перед тем, что будет, когда вы нажмете на спуск. Вы заранее ждете грохота и отдачи и потому закрываете глаза, а это сбивает с прицела. И единственный способ справиться с этим – стрелять. Много стрелять. Как часто вы ходите на стрельбище?

– Я стараюсь приходить всегда, когда у меня есть время, – сказала Прайор, – но это трудно. У меня две маленькие дочки.

– А чем занимается ваш муж?

– Работает в строительной компании.

– Он хочет, чтобы вы сохранили эту работу?

– Конечно. Нам нужны деньги.

– Тогда ему придется самому присматривать за детьми, чтобы вы в это время могли тренироваться. – Трейси показала ей свой большой палец. – Знаете, от чего эта мозоль?

– От стрельбы.

– Да, обойму заряжаю. Я прихожу сюда дважды в неделю, днем или ночью, в любую погоду. Единственный способ научиться стрелять – это стрелять. Не сдадите квалификацию – не сможете работать. Вас отправят на корректировочную программу для отстающих. А это уже пятно на репутации. Вы – женщина, Кэти. Этого достаточно, чтобы начальство сочло вас некомпетентной.

Прайор надо это услышать. Правда, еще лучше, если бы это услышал ее муж.

– Ну как, согласны поработать?

Та вынула из кармана джинсов телефон.

– Дайте я позвоню домой.

Пока Прайор разговаривала, Трейси взялась перезаряжать пистолет, но тут к ней подошел один из тех мужиков, которые тренировались на противоположном конце стрельбища.

– Что, дамы, пришли дать выход накопившейся женской агрессии? – Джонни Ноласко был капитаном отдела по борьбе с насильственными преступлениями и начальником Кроссуайт. А также полным придурком.

– Да нет, капитан, просто пострелять немного решили.

–Контрольная стрельба не за горами, – сказал Ноласко. Несмотря на холодную погоду, он был в обтягивающей рубашке с короткими рукавами, татуированная колючая проволока на правом бицепсе на виду. – Может, добавим адреналина?

Контрольная мишень Трейси, по которой она стреляла на выпускном экзамене из полицейской академии, сменила образцовую мишень Ноласко у входа в школу. За двадцать прошедших лет никому так и не удалось улучшить ее результат, и эго Джонни страдало безмерно.

– Ничего особенного, – сказал босс, с головы до ног обшарив Прайор взглядом, прежде чем уйти.

Прайор закончила разговор и вернулась к Трейси.

– Что это было?

– Причина, по которой вам надо научиться стрелять.

* * *

Темнота сгущалась, а с ней и наползший с моря туман, который сделал болезненно-желтым свет фонарей и сократил видимость. Но Трейси велела Прайор не обращать внимания на погоду, а сосредоточиться на мелких деталях стрельбы, таких как умение пользоваться прицелом.

– Научитесь стрелять при этом освещении и в эту погоду, на тесте будете чувствовать себя уверенно.

– А какой у вас лучший квалификационный результат? – спросила Кэти.

– Полтораста.

– Но это же абсолютный счет! Где вы учились стрелять?

– Когда я росла, меня постоянно возили на соревнования по стрельбе. Это у нас семейное. Там нас судили по скорости и точности стрельбы. Со стрельбой как и со всем остальным: хочешь научиться – надо работать. А тут главное – приобрести правильные навыки, ну а потом повторение – мать учения.

Кэти согнула пальцы и дунула в кулак.

– Пальцы болят.

– Немного.

– Купите мешочек с песком и жмите его, когда патрулируете, или дома, перед телевизором.

– Эй, Трейси.

Кроссуайт обернулась. Она увидела Вирджила, тот стоял у распахнутой дверцы своего «Плимута» цвета сливы, полускрытый туманом. Потолочный плафон в машине подсвечивал его со спины, он махал руками над головой. Фары освещали сгущающийся туман впереди, выхлопная труба выбрасывала пухлые белые облачка сзади.

– Офис закрыт. Запрешь калитку, когда будешь уходить, ладно?

– Нет проблем, Вирджил.

Тот еще раз взмахнул рукой, сел в машину, и она покатила, урча двигателем, как моторная лодка.

Трейси заставила Прайор стрелять до тех пор, пока у них не кончились патроны. Когда это произошло, на губах Кэти играла довольная улыбка. Конечно, ей надо еще тренироваться, но она уже стреляла лучше.

– Я помогу вам собрать медяшки, – сказала она, хотя гильзы тренировочных патронов были алюминиевые.

– Я сама, – сказала Трейси, чувствуя себя слегка виноватой за то, что так долго продержала Прайор на стрельбище, да еще в такую погоду. – А вы возвращайтесь домой. Нечего искушать судьбу в первый же раз.

– А как же вы? – спросила Прайор.

– Меня-то дома никто не ждет, кроме кота. А вы возвращайтесь домой. К семье.

Они сняли мишень, и Кроссуайт проводила ученицу до калитки. Там Кэти вернула наушники и очки, которые дал ей Вирджил.

– Спасибо вам, я даже не знаю, как вас отблагодарить.

– Очень просто. Сдайте тест по стрельбе. А потом передайте другому то, чему научила вас я.

Когда урчание двигателя минивэна стихло вдали, Трейси взяла из-под контрольной башни ведро емкостью в пять галлонов и пошла с ним к металлическому навесу, по пути то и дело наклоняясь и подбирая гильзы. Они гремели в ведре, словно мелочь. Собаки в своих вольерах, затихшие было, когда Прайор перестала стрелять, залаяли снова. Кроссуайт замерла: ей подумалось, что вряд ли собаки могли услышать, как бренчат гильзы в ее ведре. Ей показалось, что к стрельбищу подъезжает машина, но фары не прорезали туман снова. Тут над ее головой что-то щелкнуло, но что, она не успела посмотреть: вокруг вырубились все фонари, и стрельбище погрузилось во тьму. Она глянула на экран своего мобильника: почти ровно девять. Вирджил поставил фонари на автоматический выключатель.

Она услышала, как дребезжит проволочная сетка, и ей показалось, будто она видит у калитки чей-то силуэт, но из-за тумана ничего нельзя было разглядеть в точности. Она поставила ведро на землю, положила ладонь на рукоять своего «глока» и закричала, перекрывая лай собак:

– Я офицер полиции Сиэтла, и я вооружена. Если здесь кто-нибудь есть, отзовитесь.

Тишина.

Не спуская руки с «глока», она подняла ведро и понесла его к контрольной башне, где снова поставила его к стене и взяла очки и наушники Прайор – она опустит их в специальную прорезь в двери конторы, когда будет выходить. И Трейси шагнула к выходу, глазами продолжая обшаривать дорогу в поисках признаков движения.