Край мертвецов - Влад Райбер

Он заразил меня паникой. В этом не было смысла, но я сунул руки в трубу и схватил Юр Саныча за лицо.

– Тяни, давай, тяни меня родненький, – умолял сосед, пока я его тащил. – Я думал, что оказался в аду! Падал и падал вниз по бесконечной трубе. Бился об стенки и сверху меня догоняла мусорная лавина. Меня крутило и било по-всякому.

Странно… Вытаскивать соседа из трубы оказалось удивительно легко! И только вытянув Юр Саныча на полметра, я заметил, что из мусоропровода он вылезает не весь…

Я держал в руках только голову, а от неё в трубу проваливалась фиолетовая кишка… или щупальца. Не знаю, что это было такое, но очень мерзкое! Длинный отросток в чёрных венах, покрытый слизью.

– А-а-а! – завопил я и кинул голову пожилого соседа. Она упала в клапан для мусора.

– Яша! Ты зачем меня бросил? Подними! Скорее подними! Меня же смоет! – кричала оторванная голова на щупальце.

С верхних этажей расходился грохот, по трубе словно пронёсся товарный поезд. Голова Юр Саныча улетела в тёмное окошко и крышка захлопнулась.

Я ничем не мог объяснить произошедшее, но мне сразу вспомнились прошлые эпизоды: как я недавно поскользнулся на луже, что напоминала смесь крови и содержимого желудка. Позже мне встретился молчаливый Юр Саныч, но я не видел его лица и очертаний головы… А теперь в трубе голова соседа отдельно от тела!

Я никогда не любил фильмы в жанре «ужасы». Потому что там почти всегда герои – идиоты. Происходит что-то страшное, но они долго ничего с этим не делают, будто нарочно дожидаются, когда всё станет ещё хуже.

Поняв, что проблема нашего мусоропровода вовсе не типично-бытовая, я решил, что займусь ей немедленно. Прямо сейчас! Даже не заходя в квартиру! И не остановлюсь, пока не пойму, что всё в полном порядке!

Я пошёл в жилищную контору и устроил им такой скандал под конец дня, что в приёмной собрались чуть ли не все сотрудники.

Сам директор молитвенно складывал руки и просил его выслушать:

– Мужчина! Мужчина, я вам ещё раз говорю: никто мусоропровод в вашем подъезде не запускал! Объявления мы не расклеивали. Мы таких услуг не предоставляем. По своей инициативе сделать этого не можем. Для этого нужно специальное предписание, разрешение администрации, согласие всех жильцов…

– Тогда идите со мной и посмотрите сами! – потребовал я.

Про голову соседа в мусоропроводе я им, конечно же, не рассказывал. Только про то, что люки разблокировали и что в трубе невыносимый шум.

Со мной к дому приехал директор и слесарь. Когда вскрывали замок в помещении для сбора мусора, рядом столпились мои соседи.

Многие хотели высказать жалобы на грохот в трубах.

«Как мусоропровод не открывали? А кто мешки вывозил? Никто? Значит они там и лежат? Тухнут!», – возмущались жильцы.

Но, ко всеобщему изумлению, помещение для сбора мусора оказалось пустым. Его как закрыли пару десятков лет назад, так и не открывали. Шахматная плитка под слоем пыли и труба из потолка торчит.

– А куда же мусор девался? – удивилась тётя Зоя со второго этажа. – Я всю неделю кидала.

Думали, в трубе застрял. Нет. Посветили в трубу – она пустая.

– Это порча! – сказала суеверная бабка Люда.

И у меня были только паранормальные объяснения. Образовалось в нашем мусоропроводе что-то вроде чёрной дыры. И мусорные потоки проваливались куда-то, а потом проносились по трубе снова, постепенно наращивая массу. От того и встряски становились только сильнее. А ещё голова соседа оказалась в трубе… И что, в самом деле его обезглавленное тело бродило по подъезду? Правда мистика какая-то! Дом с привидениями!

Жильцы не отпускали коммунальщиков.

«Если мусоропровод не работает и пользоваться им нельзя, тогда заваривайте крышки, – решили они. – Э, нет! Не завтра! Сейчас заваривайте!».

Я не настаивал. Помнил о голове Юр Саныча. Получалось, его навсегда запирали в мусорном аду. Хотя, может это был не он, а просто злобная сила надо мной поиздевалась.

Сварщика прислали через час. Он прошёлся по этажам и быстро заварил все клапаны.

Осталась одна проблема: раз в день по трубе носились «товарняки». Но с каждым разом грохот шёл на убыль. Потоки становились всё тише и тише, пока совсем не смолкли.

Казалось, что проклятье покинуло наш дом. Люди занялись своими делами. Как и раньше, жильцы нашего подъезда стали незаметными друг для друга. Похоже, все забыли историю с мусоропроводом. Но только не я!

С того вечера, как у меня в руках побывала оторванная голова соседа, мне стало понятно, что здесь не будет спокойной жизни. Я искал покупателя на свою квартиру.

Иногда мне слышались шарканья тапок в подъезде, но я больше не видел Юр Саныча на лестнице.

По вечерам в его комнате загорался уютный настольный светильник. Юр Саныч был одинок, поэтому всегда старался быть на виду. Теперь его было не встретить, но в квартире кто-то жил.

Он сам? Или его безголовое тело?..

Было раз: я постучался к нему. Никто не открыл. Но за дверью шаркали тапки!

Ехать отсюда надо… Если бы не возня с бумагами, я бы сразу убрался из этого дома. А пока приходилось там ночевать после работы и надеяться, что в последнюю неделю ничего не случится.

Я особенно нервничал, когда проходил мимо мусоропровода. Клапан заварили одной точкой. Это не выглядело слишком надёжно.

В одно утро я услышал стуки. Что-то било по клапану с той стороны. Крыса? Или может опять голова моего соседа?

Я ведь обещал себе больше никогда не подходить к мусоропроводу. Но эти тихие стуки заставили меня остановиться. Я посмотрел на вздрагивающую крышку и прошептал:

– Юр Саныч, вы там?..

В ту же секунду сварка не выдержала, клапан с силой распахнулся и «выстрелил» в меня жилистой щупальцей. Это был точный и мощный бросок, нацеленный на мою шею.

Если бы я не сделал резкий шаг назад на ступеньку, то лишился бы головы! Извивающийся отросток заканчивался здоровенным острым серповидным когтем. Я чудом избежал смерти!

Щупальца пыталась нанести новый удар, но я уже мчался вниз. Прямо в жилищную контору! Мне не пришлось долго объяснять, что сварщик плохо сделал свою работу.

– Клапаны открываются и оттуда лезут… крысы! – соврал я.

Не говорить же, что в трубе живёт нечто! Никто не захотел со мной спорить. Когда я вернулся с работы, клапаны на всех этажах были заварены жирными швами. И мелкой щёлочки не осталось. Однако мимо каждого клапана я проползал гуськом.

До моего переезда оставалось несколько дней. Я прощался с домом, где прожил