Милые обманщицы. Грешные - Сара Шепард

– Йен? – прошептала Эмили, обмякнув всем телом.

Ария взяла ее за руку.

Спенсер, побелев как полотно, смотрела на Мелиссу.

– Что происходит? Почему он не в тюрьме?

– Не знаю. – Мелисса беспомощно покачала головой.

Светлые волосы Йена сияли, как отполированная бронза, но сам он выглядел осунувшимся. Камера взяла в объектив корреспондента четвертого новостного канала.

– У матери мистера Томаса выявили рак поджелудочной железы, – объяснила она. – Только что состоялось слушание, назначенное в экстренном порядке, и мистера Томаса временно отпустили под залог, чтобы он мог навестить больную.

– Что-о? – вскричала Ханна.

Заголовок в нижней части экрана гласил: СУДЬЯ БАКСТЕР ВЫНЕС ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПО ХОДАТАЙСТВУ ТОМАСА ОБ ИЗМЕНЕНИИ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ. У Эмили кровь застучала в висках. Адвокат Йена, седовласый мужчина в костюме из ткани в тонкую полоску, пробрался сквозь толпу и встал перед камерами. На заднем плане засверкали вспышки.

– Мать моего клиента находится при смерти, и она пожелала провести последние дни с сыном, – заявил он. – Я очень рад, что нам удалось добиться временного освобождения. До суда, который состоится в пятницу, Йен будет содержаться под домашним арестом.

Эмили стало дурно.

– Под домашним арестом? – повторила она, выронив руку Арии. Большой дом в стиле кейп-код[20], в котором жила семья Йена, находился недалеко от усадьбы Хастингсов. Однажды, когда Эли еще была жива, Эмили услышала, как Йен говорил Мелиссе, что из окна его комнаты видна мельница Хастингсов.

– Не может быть, – протянула Ария, словно в ступоре.

Репортеры совали микрофоны Йену в лицо, забрасывая его вопросами:

– Ваше мнение о принятом решении? Каково вам было в окружной тюрьме? Вы считаете, что против вас выдвинуто несправедливое обвинение?

– Да, меня обвинили несправедливо, – отвечал Йен громким сердитым голосом. – А тюрьма – это ад, как и следовало ожидать. – Он поджал губы, злобно глядя прямо в объектив. – И я сделаю все возможное, чтобы никогда туда больше не возвращаться.

Холодок пробежал по спине Эмили. Она вспомнила интервью Йена, которое смотрела в Интернете перед Рождеством. Кому-то нужно, чтобы меня посадили. Кто-то скрывает правду. И они за это поплатятся.

Йен пошел к ожидавшему его черному лимузину. Репортеры не отставали.

– Что вы имеете в виду, говоря, что никогда туда больше не вернетесь? – кричали они. – Это сделал кто-то другой? Вам известно что-то, чего мы не знаем?

Йен не отвечал. Просто позволил адвокату проводить его к автомобилю. Эмили обвела взглядом подруг. У Ханны лицо позеленело. Ария жевала ворот свитера. Мелисса выбежала из комнаты, даже не подумав придержать дверь, которая со стуком захлопнулась за ней. Спенсер стояла и смотрела на всех.

– Все будет хорошо, – убежденно произнесла она. – Нельзя поддаваться панике.

– Он придет за нами, – прошептала Эмили, у которой сердце выпрыгивало из груди. – Он злится на нас. И винит в своих несчастьях.

У Спенсер задрожали губы.

Телекамера вновь взяла в фокус Йена, садившегося на заднее сиденье лимузина. Эмили на мгновение показалось, что его безумные глаза сквозь объектив смотрят прямо на нее и других девчонок. Ханна ойкнула.

Йен устроился на кожаном сиденье и полез за чем-то в карман пиджака. Адвокат захлопнул за ним дверцу машины, и телекамера отъехала, снова переключившись на корреспондента четвертого новостного канала. В нижней части экрана появилась надпись: СУДЬЯ БАКСТЕР УДОВЛЕТВОРИЛ ХОДАТАЙСТВО ТОМАСА О ВРЕМЕННОМ ОСВОБОЖДЕНИИ ПОД ЗАЛОГ.

Внезапно телефон Эмили пикнул, заставив ее вздрогнуть. Одновременно раздался сигнал из сумочки Ханны. Потом послышался еще один писк, и засветился дисплей телефона Арии, лежавшего у нее на коленях. Следом дважды прозвонил Sidekick Спенсер.

На экране телевизора один кадр быстро сменял другой. Они видели только задние фары лимузина, который выехал на дорогу и неторопливо покатил прочь. Эмили переглянулась с подругами, чувствуя, как кровь медленно отливает от ее лица, и прочитала на дисплее своего телефона: Одно новое сообщение.

Дрожащими руками она выбрала команду «Читать».

Честное слово, сучки… неужели вы и в самом деле думали, что так легко отделаетесь от меня? Вы еще не получили по заслугам. И мне ах как не терпится отплатить вам. Целую! – Э.