Выжидая - Блейк Пирс

Маккьюн с минуту молча смотрел на подозреваемого. Наконец, он сказал:

– А что насчёт масок?

– Каких масок? – спросил Уэрц.

– Которые лежат у вас на кухне.

– Я не помню никаких масок.

Маккьюн наклонился ближе и сказал:

– Я говорю о масках, которые вы украли из Костьюм Ромп.

– Я ни у кого ничего не крал.

Это, конечно, была ложь – это было написано у мужчины на лице.

Но что-то тут привлекло внимание Райли, что-то касаемо масок.

Она вспомнила, что Криваро сказал ей по пути сюда: «Пять масок монстров, как на Хэллоуин».

Как маски могут быть связаны с убийствами двух женщин?

Маккьюн сказал Уэрцу:

– Мистер Касаль говорил, что вы крали из магазина.

– Касаль – лживый ублюдок, – сказал Уэрц. – Я ничего не крал. Я купил эти маски у него по скидке для персонала.

– Хорошо, – сказал Маккьюн. – И зачем они вам понадобились?

Уэрц просто пожал плечами.

Райли вдруг ощутила странное покалывание во всём теле.

Она не совсем понимала, что это значит, но всё же повернулась к Криваро и сказала:

– Это неправильный вопрос.

Криваро недоумённо посмотрел на неё:

– Что?

– Агент Маккьюн спросил, зачем Уэрцу понадобились маски. Это неправильный вопрос.

Криваро уставился на Райли.

– Что ты имеешь в виду? Что значит неправильный? – спросил он.

Райли на мгновение смутилась от строгого тона Криваро.

Она и сама не до конца понимала, что имеет в виду.

Тем не менее, покалывание не прекращалось. Она сказала:

– Он не ответит. Пусть Маккьюн лучше спросит, для кого эти маски?

Криваро прищурился.

Он думает, что я сошла с ума?

Если так, то он вполне имеет на это право. У неё не было ни одного разумного объяснения собственным словам – кроме непреодолимого внутреннего чувства.

Криваро по громкой связи проговорил в комнату допросов:

– Маккьюн, выйдете на пару слов.

Маккьюн повернулся к окну, немного недовольный заминкой. Потом он вышел из комнаты и вошёл в кабину.

– Что? – спросил он Криваро.

Криваро мгновение смотрел на Уэрца через окно. Уэрц откинулся в кресле, невозмутимый и уверенный в себе.

Наконец, Криваро сказал Маккьюну:

– Вернитесь и спросите, для кого эти маски.

– Зачем? – спросил Маккьюн.

Криваро вздохнул и ответил:

– Просто делайте.

Маккьюн с подозрением посмотрел на Райли, как будто догадавшись, что это была её идея. Затем он пожал плечами и вернулся в комнату допросов. Он встал прямо перед столом и спросил Уэрца:

– Для кого вы украли маски?

Глаза Уэрца широко раскрылись, он встревоженно выпрямился.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

От поведения Уэрца у Райли по коже пробежали мурашки.

«Тут что-то есть», – поняла она.

Хотелось бы ей знать, что.

– А? – переспросил Уэрц.

– Вы слышали, – отрезал Маккьюн. – Кому предназначались эти маски?

Если всего несколько мгновений назад Уэрц выглядел спокойным и самоуверенным в, то теперь он был явно обеспокоен.

– Когда придёт мой адвокат? – спросил он.

– Скоро, – ответил Маккьюн. – А пока почему бы вам не поболтать со мной? Вам ведь нечего скрывать?

Уэрц нервно покачал головой.

– Ни в коем случае, – отрезал он. – Я ничего вам не скажу. Ни слова.

Уэрц отвернулся от Маккьюна, сохраняя полное молчание в ответ на снова и снова повторяемый Маккьюном вопрос. Подозреваемый явно был потрясён и занял оборонительную позицию.

Райли изучала реакцию Криваро. Его рот слегка приоткрылся в изумлении от происходящего – или от не происходящего.

Внезапно дверь в комнатку открылась и вошёл низенький, сгорбленный мужчина с чемоданчиком.

– Что здесь происходит? – спросил он.

Прежде, чем Криваро успел ответить, мужчина заглянул в комнату допросов и увидел, что там творится.

Он покачал головой и проворчал:

– Боже, да вы, стервятники, не теряете ни минуты! Заставьте вашего человека уйти оттуда немедленно. Мой клиент не скажет больше ни слова.

С явным раздражением Криваро объявил по связи:

– Пока всё, Маккьюн. Выходите.

Маккьюн удивлённо посмотрел на зеркало и вышел.

Глаза адвоката метались от Райли до Маккьюна и Криваро, он спросил:

– Ладно, и кто вы? Я знаю, что вы из ФБР, но мне нужны имена.

Криваро представил себя с Маккьюном, а затем Райли.

Мужчина сказал:

– Льюис Гельб, публичный защитник Уэрца. Простите, что не пожимаю вам рук. Уверен, вы понимаете, что мы в некотором роде по разные стороны баррикад.

Криваро кивнул и сказал:

– Мы вас ожидали.

Гельб недовольно фыркнул.

– Да, с этим не поспоришь. И постарались нарушить права моего клиента по максимуму до моего прихода.

Маккьюн бросил:

– Расслабьтесь, он знает свои права. Он потребовал адвоката, ведь так? Вы не можете винить нас в том, что мы задавали ему вопросы, пока ждали вас. Это наша работа. В любом случае, он не сказал ничего полезного.

Гельб ответил:

– Я об этом позабочусь. Всё, конец балагану. Убирайтесь отсюда. Мне нужно побеседовать со своим клиентом.

Гельб протянул руку и выключил громкую связь, а затем отправился в комнату для допросов. Райли видела, как он открыл чемоданчик и стал говорить с Уэрцем, но не слышала ни слова из того, что он говорил.

Криваро прорычал:

– Вы слышали, что он сказал. Наши дела тут закончились.

Втроём они вышли в коридор, где обменялись неуверенными взглядами.

– Чёртов юрист, – проворчал Маккьюн. – Будь у меня ещё пару минут…

Криваро перебил его:

– Он ничего бы не сказал. И уж точно ничего из того, что нам нужно.

– Почему ты так думаешь? – поинтересовался Маккьюн.

Криваро ничего не ответил, лишь внимательно посмотрел на дверь в комнату допросов. Райли ощущала, как крутятся винтики в его голове в размышлениях о предложенном ею вопросе…