Ярость - Стивен Кинг

Мы все хорошо знали ее не только понаслышке, но и в лицо.Она возглавляла большинство кружков в городе и состояла в клубе матерей. Кудабы вы не пришли: на школьную вечеринку, праздничный ужин или танцы, вынепременно увидите миссис Дано с ее вечной кислой ухмылкой, выражающейнедовольство жизнью и уверенность в тщетности бытия. Она любила сплетни ивылавливала крупицы информации с жадной проворностью, с какой ловят мухлягушки.

Пиг Пэн заерзал на сиденье, будто ему захотелось в уборную.

— Эй, Пэн, тебя мама зовет, — окликнул его Джек Голдмен.

— Ну и пусть, — пробормотал Пиг Пэн. У Пэна была старшаясестра Лилли Дано. Она училась в старшем классе, когда мы еще были новичками.Внешне она походила на брата, и отсюда можно сделать вывод, насколько далеко ейдо королевы красоты. Крючконосый тип по имени Лафоллет Арманд стал увиватьсявокруг нее, и это закончилось спустя некоторое время довольно банально:подростковый секс на заднем сиденье машины и беременность. Бедная Лилли былаотправлена к тете в Оксфорд. Миссис Дано два месяца не появлялась в клубематерей, а затем ее опять можно было видеть всюду, только ухмылка стала ещеболее кислой. Классическая для маленького городка история.

— Но она действительно беспокоится о тебе, — сказала КэролГренджер. — Что с того, — равнодушно произнес Пиг Пэн. Сильвия Рэгонулыбнулась.

Пэн покраснел. Некоторое время все молчали. Мы смотрели нагорожан, находящихся в миле от нас. Я узнал еще несколько отцов и матерей.Родителей Сандры не было, не увидел я и Джо Мак-Кеннеди. Я и не думал, что онпокажется: такой цирк не в нашем стиле.

Подъехала пресса. Один парень выскочил из автобуса ипривязался с какими-то вопросами к копу. Коп что-то отвечал ему, указывая надорогу. Еще двое репортеров принялись устанавливать камеры.

— Есть у кого-нибудь транзистор? — поинтересовался я.

Трое подняли руки. Самый большой приемник оказался у Корки.Он принимал шесть программ, в том числе коротковолновые. Мы включили его какраз вовремя: передавали десятичасовые новости.

— Коротко об основных событиях, — доносилось из приемника. —Старшекурсник пласервилльской высшей школы Чарльз Эверетт Деккер, очевидно,находящийся в состоянии аффекта…

— Эверетт! — воскликнул кто-то из ребят.

— Заткнитесь, — резко произнес Тед. Пэт Фитпджеральд показалязык. — …и теперь держит двадцать четыре заложника в аудитории высшей школы.Питер Вэнс, тридцатисемилетний учитель истории, убит. Подозревается, что нет вживых и другого учителя, тридцатисемилетней Джины Андервуд. Деккер дваждысвязывался со школьными властями. Мы приводим список заложников… Репортерзачитал список класса, который я давал Тому Денверу.

— Обо мне говорят по радио! — воскликнула Нэнси Каски, когдапроизнесли ее фамилию. Она зажмурилась и довольно улыбнулась. Мелвин Томасприсвистнул. Нэнси покраснела и приказала ему заткнуться.

— …и Джордж Янек. Франк Филбрек, капитан полиции, утверждает,что Деккер чрезвычайно опасен. Действия его предугадать невозможно. «Этотпарень без тормозов», — сказал Филбрек.

— А хочешь пощупать мой тормоз? — спросил я Сильвию.

— А ты уверен, что есть, что щупать? Я так верю сообщениюрадио, — ответила Сильвия, и все рассмеялись.

Энн Лески густо покраснела и хихикала, прикрывая ротладошкой. Тед нахмурился.

— …Грейс, пласервилльский психиатр, разговаривал с Деккеромнесколько минут назад. Грейс сообщил репортерам, что Деккер угрожает убить всехзаложников до одного, если Грейс немедленно не покинет своего кабинета.

— Ложь! — произнесла Грейс Стэннор. Ирма подпрыгнула.

— Что этот говенный репортер о себе думает? — зарычалМелвин. — И как он собирается из этого дерьма выпутываться?

— …А также он заключил, что Деккер является шизоиднойличностью, возможно, переживающей обострение болезни. Грейс завершил свою речьсловами: «Я уверен, что Чарльз Деккер способен на все». Полиция окрестныхгородов…

— Какое дерьмо! — воскликнула Сильвия. — Я расскажу этимуродам, что в действительности происходит, как только мы отсюда выберемся! Ясразу… — Заткнись и слушай! — оборвал ее Дик Кин.

— …и теперь, по утверждению капитана Филбрека, ситуациязашла в тупик. Деккер начнет убивать в случае применения полицией слезоточивогогаза. На карту ставится жизнь двадцати четырех детей…

— Детей, — повторил задумчиво Пиг Пэн. — Дети. Это удар вспину, Чарли. Чертово дерьмо. Что они думают, что понимают в происходящем?

— Он что-то говорит о…, — начал Корки.

— Не бери в голову. Выключи эту штуку, — ответил Пэн, —здесь раздаются куда более интересные звуки.

Я посмотрел на Пэна.

— Что ты имеешь в виду?

Пиг Пэн неожиданно рассмеялся. Без всякой видимой причины онполез в карман и, покопавшись там, вытащил карандаш. Затем уставился на него. —Карандаш Би-Боп, — сказал Пиг Пэн. — Самые дешевые карандаши на всей земле. Ихневозможно заточить. Каждый сентябрь, с тех пор как я пошел в первый класс,мамочка приходит домой с двумя сотнями карандашей Би-Боп в пластиковой коробке.И я пользуюсь ими, о Боже.

Он вертел карандаш в руках, пристально уставившись на него.По правде говоря, это действительно был скверный, дешевый карандаш. Я сампользовался только карандашами «Эберхард Фабер».

— Мама, — продолжал Пиг Пэн, — вот в чем для меня мама. Двесотни карандашей Би-Боп в пластиковой коробке. Как вам это? И все эти дерьмовыеужины. Гамбургер и бумажная миска с тертой морковкой. Она постоянно затеваетспоры. Это ее хобби. Постоянные споры, все время. Она подписывается на всеженские журналы. Это невыносимо. Однажды сестра при??есла котенка…

— Она забеременела, да? — спросил Корки.

— …И мать не разрешила его оставить. Утопила в туалете,когда никто не видел. Лилли говорила, что можно было хотя бы отнести его кветеринару и усыпить, и то лучше, а мама отвечала, что не собираетсявыбрасывать четыре доллара на какое-то животное.

— Ах, бедный котенок, — вздохнула Сюзанн Брукс.

— Клянусь Богом, она это сделала своими руками, прямо всортире. И все эти чертовы карандаши. Думаете, она купит мне новую рубашку?Может быть, на день рождения. Я говорю ей: «Мама, ты слышишь, как меня называютребята. Мама, ради Бога». Она никогда ничего мне не разрешает и постояннозатевает пререкания. Бесконечные разговоры. Бесконечные карандаши в пластиковыхкоробках. Однажды она не пустила меня на танцы, сказав, что в том месте, куда ясобираюсь пойти, много развращенных девиц, которые только и думают, как быкого-нибудь подцепить. Так и сказала.