Сумерки - Роман Конев

– Позволить уехать на несколько дней? – переспросила она. – Это невозможно. Мы не обычная больница. Не отпускаем больных на выходные домой и не бронируем койки для пациентов, которым вздумалось отлучиться по неотложным делам. Куда, позвольте узнать?

– Мне нужен мой паспорт, – твёрдым голосом сказал Старик. – Сегодня. Можете меня выписать или как там это у вас называется. У меня нет родных, всем плевать на меня. Даже мне плевать на меня. Не всё ли равно, где я умру.

– Здесь за вами ухаживают, дают лекарства. Без них вы не продержитесь и дня. Свалитесь с болевым шоком, и поминай, как звали. Ну куда, скажите на милость, вы собрались?

– Когда оформите выписку, моя смерть не будет вашей заботой.

– Я вам не враг, милый мой человек. Вы не в тюрьме. Передам вашу просьбу заведующей, когда она вернётся из министерства здравоохранения. Зайдите к ней во второй половине дня. У меня вашего паспорта нет.

– Так и сделаю, Марина Сергеевна. – Старик почти поднялся с кресла и тут же сел обратно. – У меня к вам ещё одна просьба. Мой сосед, тот, что умер третьего дня.

– Такие эксцессы единичны. Мне жаль, что вы стали свидетелем сего ужасного события.

– Он просил передать его внучке несколько прощальных слов.

– Это так трогательно, – сказала женщина. – Передайте их мне.

– Он взял с меня слово, что это сделаю я. Не просите меня нарушить его, это нечестно.

– Вы хотите узнать контакты родственников усопшего?

– Только внучки Наташи, – уточнил Старик. В этом вопросе он не хотел что-либо скрывать. – С дочерью у усопшего отношения не сложились. Её посвящать в мой разговор с внучкой нет нужды.

– Печально слышать. Попробую вам помочь.

Руки старшей медсестры забегали по клавиатуре. Спустя минуту она разочарованно покачала головой.

– Для связи указан телефон дочери, других контактов нет. Записать?

– Выбор невелик, – ответил Старик. – Позвоню дочери, попрошу позвать внучку к телефону.

– М-м… Есть другой, не совсем приятный способ. Тело забирают сегодня из морга в шестнадцать часов. Кто знает, может, внучка приедет забирать дедушку вместе с родителями.

– Спасибо. Запасной вариант никогда не помешает. – Старик направился к выходу. Обернулся у порога. – Денис сегодня выступает?

– Хороший парень, правда? Приходите его послушать, обычно он не опаздывает.

– Хорошим парням чаще, чем другим, выпадают тяжкие испытания, – сказал Старик. – Кто-то же должен держать наш мир на своих плечах, чтобы он не сорвался в пропасть. Спасибо за помощь и хорошего дня.

6

Попасть в помещения морга из больницы могли только сотрудники медучреждения, к коим Старик не относился. Пришлось переться в пристрой к основному зданию через улицу. По такому случаю он натянул на себя рубашку с брюками. Количество складок на одежде не поддавалось подсчёту. Она пролежала в сумке с момента заезда. Он и не думал, что вновь придётся облачаться в эти вещи. В хоспис он ложился с чётким убеждением, что это последнее пристанище для его бренного тела.

Надпись «Трупохранилище» на задней двери морга позабавила Старика. Принимая в расчёт хромоту, он спустился с запасом времени и всё равно опоздал к началу церемонии. Гроб с телом уже выставили в комнате для прощаний. Гримёры поработали на славу, омолодив труп старика лет на десять. Наверняка натолкали под щёки комки ваты, как текстильной игрушке.

Люди с фотографии стояли к гробу всех ближе. Внучка Наташа из угловатой девочки выросла в налитую соками молодости девушку. Располневшие родители отбывали номер, изображая скорбь. Остальная массовка подходила к ящику с телом в порядке очереди, склоняя в траурном жесте непокрытые головы. Старик сделал это последним. Сладковатый запах формалина вызывал лёгкий приступ тошноты. Хорошо, что он не обедал.

Экстравагантный вид рослого Старика с палочкой привлёк внимание родственников покойного. Воспользовавшись сдержанным удивлением, он подошёл к троице выразить свои соболезнования.

– Мы лежали в одной палате и успели сблизиться, – прояснил он всеобщее недоумение. Ему было любопытно наблюдать за их реакцией, когда до них дошло, что перед ними стоит ещё один живой труп. Люди расходились, кто домой, а кто в автобус, идущий на кладбище.

– Спасибо, что пришли попрощаться, – ответила за всех мама Наташи.

– Он умер на моих глазах, – Старик не умел жульничать и никогда не стал бы великим полководцем. Его главная стратегия – идти напролом. – Перед смертью он передал мне послание для вашей дочери. Наташа, если не ошибаюсь?

Услышав своё имя, девушка оживилась. Заплаканное лицо лучилось природной красотой.

– Для меня?

– Озвучьте же послание, – вмешалась её мать. – У нас в семье нет секретов.

– Вы ставите меня в трудное положение, – Старик для вида вздохнул. – По неизвестным мне причинам ваш отец просил поведать его исключительно Наталье. И я ума не приложу, что заставит меня поступить иначе.

Раньше плотник заколачивал гроб гвоздями, а теперь крышка крепилась к корпусу на защёлки. Что-то в этом мире всё же менялось к лучшему.

Отец девушки сделал шаг вперёд. Пиджак из лоснящейся ткани был подобран им не по размеру.

– Послушайте, дедушка, не морочьте нам головы. Или говорите начистоту, или возвращайтесь в ту дыру, из которой вылезли.

– Все мы оттуда вышли.

– Что?! Господи, я про вашу больницу.

– Знаете, почему в мотоциклах нет пепельниц?

– Шёл бы ты, старик. У нас тут горе, а ты лезешь с глупыми вопросами.

– Вот я сейчас запихну свою трость тебе в задницу и посмотрю, что ты после этого запоёшь. Бога ради, девушки, простите за неуместную грубость.

– Лера, Наташа, уходим отсюда, а то полоумный старик устроит здесь драку. Нам ещё на кладбище ехать. Да и подло бить ущербных.

– Держите своего пса на поводке, – обратился Старик к женской части семьи. – Не хочу заразиться бешенством. Хватит с меня одного рака.

– Не перегни палку, старый пень.

– Наташа, я прошу всего пять секунд, – сказал Старик.

– Я запрещаю тебе оставаться наедине с этим странным человеком. – Мать взяла дочь под руку и повела её к выходу.

– Мам, ты чего, мне же больно. – Наташа высвободила руку, вытерла зардевшееся лицо от слёз. – Вы идите, я догоню.

Отец девушки встал между ней и Стариком.

– Пап, как это понимать? – спросила Наташа. – Что такого важного дедушка мог мне передать?

– Что бы ты ни услышала, не стоит этому верить. Мы с мамой желаем тебе добра и будем защищать от любых угроз.

– Вам я не угроза, Наташа, – заявил Старик. – Приходите завтра в хоспис. Не посадят же вас на цепь ради вашей же безопасности. Но только завтра. Послезавтра меня здесь уже не будет.

– Пап, я хочу послушать.