Прощай, любимая! - Джон Локк

– Кто вы? – спрашивает Рейчел, обращаясь к голосу. – Почему вы похитили меня? Мне неизвестны эти проклятые коды!

– О чем она говорит, Сэм? – спрашивает Карен. – Какие коды?

В смущении я опускаю голову:

– Это все очень сложно.

– Дамы, позвольте мне объяснить, – звучит голос. – Как вам, возможно, известно, Сэм разработал систему сокрытия денег от властей. По нашим оценкам, он контролирует по меньшей мере восемь миллиардов долларов, принадлежащих его клиентам, которые в большинстве своем являются террористами, убийцами и ворами. Причина вашего пребывания здесь заключается в том, что я и мои партнеры хотим получить эти деньги. Сэм знает коды доступа к ним. От него требуется лишь ввести восемнадцать кодов, и мы отпустим его.

– А что будет со мной? – спрашивает Рейчел. – Я не имею к этому никакого отношения. Почему вы держите меня здесь?

– Вы находитесь здесь, чтобы у Сэма был стимул сделать то, что от него требуется, – отвечает голос.

– Что такое следующий уровень? – спрашиваю я.

– Вы хотели иметь доказательство того, что мы вас отпустим. Но мы не можем вас отпустить, пока вы не выдадите нам коды. Поэтому мы поступим следующим образом: предоставим вам возможность спасти одну из ваших женщин.

Мы все трое потрясены.

– Что это значит? – спрашиваю я.

– Выберите одну из них, Сэм.

– Для чего?

– Выберите одну из них, которая останется в живых.

На лицах Карен и Рейчел выражение страха. Я наверняка выгляжу не лучше. У меня начинается отрыжка. Съеденный мною сэндвич пытается вернуться обратно. Я вскакиваю на ноги и, прилагая усилие, обретаю контроль над своим телом.

– Я не собираюсь приговаривать одну из них к смерти, – говорю я.

Следует непродолжительная пауза.

– Вы уверены в этом? – спрашивает голос.

По всей видимости, женщины издают всевозможные звуки, но я не слышу их. Мои тюремщики отключили их микрофоны. Разумеется, обе они в ужасе. Я вижу, как они стучат кулаками в стены своих камер. Я не специалист в области чтения по губам, но расшифровать слово «Сэм» не составляет большого труда. Они обе выкрикивают мое имя. Я стою в центре своей камеры и протягиваю к ним руки, призывая не волноваться.

– Уверен, – отвечаю я голосу. – Я не собираюсь приговаривать одну из них к смерти.

Вновь следует пауза, более продолжительная, чем предыдущая.

– Очень хорошо, Сэм, – говорит голос усталым, чуть ли не обреченным тоном. – Мы убьем их обеих.

Я не очень уверен в реальности многих событий, произошедших после того, как мы с Карен занимались любовью в отеле, что могло произойти сегодня, вчера или неделю назад. Но я твердо уверен в одном: эти парни, мои тюремщики, нуждаются во мне. Они не убьют Карен и Рейчел. По крайней мере до того, как получат мои коды.

– Вы блефуете, – говорю я.

– Сэм, нам пришлось отключить микрофоны, пока мы осуществляли регулировку. Через несколько секунд вы услышите шипящий звук, исходящий из камер, в которых содержатся дамы. Этот звук сопровождает работу вакуумного насоса, откачивающего кислород. Как только насос заработает, микрофоны в камерах дам включатся, и вы сможете услышать их последние слова.

Я качаю головой.

– Это нелепость, – говорю я. – Впрочем, попробуйте.

Я смотрю на Рейчел и Карен, вытягиваю вперед руку и, смыкая в кольцо большой и указательный пальцы, показывая им, что все в порядке.

До моего слуха доносится шум работы вакуумных насосов, отсасывающих воздух из их камер.