Наблюдатель - Дэвид Эллис

«Шевроле» детектива Майкла Макдермотта двигался по Карнивал-драйв, где в этот теплый вечер весь квартал высыпал на улицу — люди стояли небольшими группами около своих домов. На подъездной тропинке был припаркован черный внедорожник, на кузове которого виднелась надпись: «Окружной отдел криминалистики».

Срочный вызов поступил без двух минут пять — ровно за две минуты до того, как у Макдермотта и его напарницы Столетти должно было закончиться дежурство. Карнивал-драйв расположен в северной части города, на самой окраине. Лишь один квартал в этом районе входил в компетенцию следственной группы Макдермотта.

Если бы не эти две минуты, Макдермотт сейчас ужинал бы дома с дочерью. Лишнее доказательство тому, что в жизни важна любая мелочь.

— Меня сейчас замучает ностальгия. — Детектив Рики Столетти свернула пластинку жевательной резинки и отправила в рот, когда они тронулись с места. Столетти была его напарницей уже три года — с тех пор как ее перевели из отдела расследования тяжких преступлений, находящегося в северном пригороде.

Она вполне могла возмутиться и не откликнуться на звонок, раздавшийся в последние минуты дежурства, могла отпроситься и не ехать на задание. Из-за этого убийства им придется потратить не меньше трех часов личного времени. Мистер Фредерик Чианчио испортил вечер им обоим.

Полицейский в форме — крепкий ирландский парень по имени Брейди — закончил опрашивать соседей и подошел к ним.

— Привет, шеф! Привет, Рики!

Макдермотт сдержался и ничего не ответил, лишь удивленно приподнял брови.

— Фредерик Чианчио, — сообщил Брейди, листая свой блокнот. — Шестьдесят два года. На пенсии. Раньше работал на охранную фирму «Бристоль секьюрити». До этого трудился в тюрьме «Энсайн коррекшионал».

— Хм… — Столетти энергично жевала жвачку. «Энсайн коррекшионал», тюрьма строгого режима, находилась в западной части округа. — И когда он там служил?

Брейди пристально посмотрел на Столетти. Многие мужчины недолюбливают женщин, которые выше их ростом, а Столетти была довольно рослой, к тому же сильной и хорошо сложенной. Она следила за собой, и это делало ей честь. Столетти откинула челку со лба. Другим неоспоримым ее достоинством было то, что она никогда не красила волосы: светло-каштановые, с проседью.

— Соседи сказали, это было в конце семидесятых, — продолжил Брейди. — Говорят, после этого он лет двадцать проработал охранником.

Макдермотт запомнил на всякий случай эту информацию. Все знают, что у тюремных надзирателей бывают друзья и враги среди заключенных. Но двадцать лет после окончания работы — слишком большой срок.

— Множественные ножевые ранения? — спросил он.

— Множественные — это мягко сказано. Думаю, в качестве оружия использовалась отвертка. — Брейди кивнул в сторону толпы: — Сосед зашел к нему, когда Чианчио не явился на покер. Его машина стояла в гараже, поэтому он воспользовался запасным ключом, чтобы войти и осмотреться. И нашел его в спальне.

Макдермотт посмотрел на соседа, который грелся в лучах заходящего июньского солнца. Было около шести часов вечера. В этом районе проживали несколько полицейских: люди, которым по долгу службы приходилось большую часть времени проводить в городе, но жить они предпочитали за его пределами. Они старались поддерживать порядок в квартале, и преступления случались в этих местах нечасто. Район был небогатым: в основном состоял из участков, на которых располагались бунгало с прилегающими к ним гаражами на одну машину. Типичный пригородный поселок. Милое, тихое местечко.

— Судмедэксперты уже на месте? — спросила Столетти.

Брейди покачала головой.

— Но похоже, он умер прошлой ночью. Мне кажется, с момента смерти еще не прошло и суток.

Макдермотт смерил Брейди долгим взглядом, но промолчал. Рядовые полицейские всегда стараются произвести впечатление на более опытных служителей закона.