Насилие - Вадим Десятниченко

– Неплохие прогнозы, Гарольд, – он выглядел очень дружелюбно для акулы, – давно торгуешь?

– Не совсем…

– Год, два?

– Две недели, – я будто отчитывался за плохие оценки в школе перед отцом.

Найджел разразился смехом. Весь лифт смотрел на него с пренебрежением и опаской. Наверняка, он довольно известен в компании.

– Две недели? Серьезно? Тогда зачем мы обучаем этих дебилов, – он показал пальцем на людей в лифте со словами, – да-да, это я тебе! Ты приносишь жалкие десять процентов в месяц, когда этот парень сколотил двадцать за две недели!

Мы вышли на этаже, наводненном людьми, сидящими за компьютерами.

– Не обращай внимания на этот косяк тунца, – сказал мне Найджел, – у нас свой кабинет.

Проходя мимо трейдеров, я смотрел на их испорченные осанки и гневные лица. Мы вошли в кабинет, на двери в который висела табличка «Golden Sharks». Найджел открыл дверь и пропустил меня вперед со словами: «Добро пожаловать в Рай!». Я увидел четыре рабочих места, два из которых были заняты.

– Шон, Боб, поприветствуйте нового члена клуба! – Найджел демонстративно указал руками на меня.

– Один ушел, другой пришел, – ворчливо произнес Роберт.

– Эй, давай хотя бы не сегодня! – Найджел начинал злиться.

– Кто-то покинул вашу команду? – я старался выиграть время, чтобы внимательно осмотреться по сторонам.

– Да, его звали Алан Рейн, – Найджел старался сохранять спокойствие, но в голосе все равно чувствовалась обида, – он прогнулся под женушку и переехал в Портленд. Надеюсь, ты не прогнешься под какую-нибудь девку?

Он слегка толкнул меня плечом.

– Конечно нет, я с вами до конца.

Все трое уважительно похлопали мне.

– А теперь живо садись за стол, заполняй бумаги и постарайся сделать такое же чудо, какое сделал две недели назад, – Найджел указал мне на стол, который был ближе всего к столу Шона. К столу человека, от которого разит пошлостью и проблемами.

Я заполнил заявление о приеме на работу и прошение о переводе в экспериментальный отдел Н. Томпкинса. После того, как я закончил с бумагами, Найджел сказал мне: «Хоть ты и отлично постарался с аналитикой, но торговать самому – это совсем другое. Поработай сегодня в паре с Шоном, он будет выставлять заявки за тебя, но по твоему решению».

Началась моя первая торговая сессия. От волнения тошнило так сильно, что если бы меня похлопали по плечу, то я залил бы весь кабинет своим завтраком. Оказавшись практически в одиночку против всего мира, я давал указания Шону. Тысяча по пятьдесят, продавай. Две тысячи по сорок восемь, покупай. Две тысячи по сорок шесть, покупай. Продавай все! Через час я уже не соображал, что происходит.

Найджел предложил мне пройтись по этажу и привести себя в порядок. Первым делом я забежал в туалет и проблевался. У меня плавились мозги. Я понял, что ничего не понимаю в торговле на бирже. Мне просто везет, но скоро это кончится. Перед тем, как зайти в кабинет, я понял, что от меня требуется: необходимо копировать действия остальных, чтобы казаться умным.

Вернувшись за стол, я обратил внимание, что Шон смотрит на меня с презрением. Спустя двадцать секунд он произнес: «Что-то ты слабоват, парень». К концу дня я заработал пять процентов от доверенной мне суммы. Найджел похвалил меня и сказал, что у меня есть свой стиль. Шон с недовольством кивнул. После закрытия биржи Найджел положил мне руку на плечо и сказал:

– Гарольд, поздравляю тебя с первым удачным торговым днем! Сегодня ты заработал больше Боба!

– Спасибо, Найджел, я тебя не подведу, – я покраснел.

– Я в этом не сомневаюсь, – ответил Найджел с улыбкой на лице, – поторгуй эту неделю со ста тысячами, затем я попрошу дать тебе пятьсот, но помни, что и это далеко не предел.

– Пятьсот тысяч долларов? – у меня никогда не было таких денег.

– И это не предел, – Найджел мне подмигнул, – ах да, чуть не забыл, те пятьдесят тысяч, что ты якобы заработал, ждут тебя на счете, что ты указал. Я и Шон тогда неплохо заработали!

Мы вчетвером уже спускались на лифте.

– Вы доверились прогнозу незнакомца? – произнес я с неприкрытым сомнением.

– Конечно, нет! На самом деле, – Найджел виновато улыбнулся, – твой прогноз полностью совпал с нашим, что повысило наши шансы, поэтому мы и заключили сделки.

Найджел предложил подвезти меня. Это было очень кстати, потому что я ужасно вымотался, хотя самым тяжелым предметом, который я сегодня поднимал, был карандаш.

В машине Найджел стал расспрашивать меня, в то время как мне хотелось упасть замертво и не вставать:

– У тебя есть образование?

– Да, я инженер.

– Университет?

– Массачусетский технологический институт.

– Неплохо.

– А у тебя?

– Гарвард. У тебя есть подружка?

– Нет, полтора года назад я расстался с одной девушкой, с тех пор отношения как-то не ладятся. А у тебя?

– Если я правильно понимаю женщин, то да.

– Как ее зовут?

– Карма.

У меня пробежали мурашки по спине. Неужели они все-таки вместе? Найджел – хороший человек, пусть и тщеславный, но зачем он связался с ней?

– Необычное имя.

– Я бы сказал, очень странное. Но в мире много родителей-идиотов, одаряющих своих детей такого рода именами.

– Может, они хотят, чтобы их дети были особенными хоть в чем-то?

– Может быть. А может, они просто дебилы.

Машина остановилась возле моего дома. Я поблагодарил Келли, попрощался с Найджелом и направился в сторону дома. Через пару секунд Найджел окликнул меня:

– Эй, Гарольд, чуть не забыл! Купи себе новый костюм. Этот мешковатый черный костюм ужасен. Ты что, на похоронах своего учителя? – машина тронулась, и он помахал мне вслед.

Я ответил ему тем же.

Меня заполняло странное чувство. То чувство, когда ты весь день был на коне, а затем узнал, что у тебя вскочил прыщ на пол лица или плохо пахло изо рта, и все это заметили, но никто не решился сказать.

Я благодарен Найджелу за его прямолинейность. Он дал мне шанс жить так, как я хочу. Но меня беспокоила его связь с Кармой. Из-за нее все может пойти под откос. Нужно узнать об этой девушке больше, чем она сама о себе говорит.