Завтра я буду скучать по тебе - Хейне Баккейд

Я хватаю свой рюкзак и бегу вниз по лестнице. На улице сильный шторм. Радиомачту вырвало ветром, она трясётся и качается над бетонным фундаментом. Жуткий скрежет металла о бетон терзает уши.

Я ничего не вижу, даже лодки у причала, где чёрные тени раскачиваются на ветру; снежная буря бушует, держит меня в этом туманном плену. Новый порыв бури прокатывается по острову, когда я хватаюсь за перила и начинаю спускаться по бетонным ступенькам к конференц-центру и лодочному сараю.

Трупа нет там, где я его оставил. Только большая вмятина на снегу показывает, где только что лежали голова и туловище. Я стою и смотрю на отпечаток ангела с одним крылом, и тут с причала раздаётся громкий треск.

Я поворачиваюсь и вижу каскады бьющихся о берег волн. Прогнившая конструкция причала громыхает и шатается вверх-вниз вместе с водой. Я сразу обращаю внимание на силуэт. Он стоит посередине причала, где метровые волны вздымаются в воздух и устремляются обратно вниз. Это мужчина, он почти полностью сливается с тёмным пейзажем, исчезает за снежной бурей, разделяющей нас. На нём водолазный костюм и маска, и, кажется, он тащит за собой к краю причала труп женщины без лица.

– Эй! – я машу руками, делая несколько шагов вперёд, – подожди меня!

Мужчина на секунду останавливается и смотрит на меня сквозь пургу, а потом снова берётся за дело и продолжает тащить ее дальше.

– Подожди же, чёрт возьми! – я трусцой бегу к причалу и вижу, что они уже приблизились к краю. Он стоит, наклонившись к воде, будто бы прикидывая, как будет туда прыгать.

Опять шатаются опорные столбы. Причал ходит ходуном под стук и треск металлических креплений. Мужчина в водолазном костюме стоит на самом краю, держа в руках труп женщины без лица, почти неподвижно, пока по ним хлещет морская вода.

О шаткий причал снова с грохотом ударяется пенистая волна. Вода вздымается в воздух и падает на причал, сопровождаемая грохотом опорных балок. Я опять смотрю туда, где стоял мужчина с трупом.

– Нет! – взвываю я и делаю несколько шатких шагов вперёд, а потом снова останавливаюсь. Причал вот-вот оторвётся от фундамента. В следующую секунду раздаётся треск балок, и причал взлетает над водой. Древесина трещит, ломаются крепления, и разлетается стальная арматура. Причал уже завалился на сторону, пока рушатся его последние смычки. Конструкция вертикально поднимается над водой, а потом плашмя падает вниз и по камням соскальзывает в тёмное море.

Вдруг я вижу их снова, невдалеке от разрушенного причала. Там мельче, и вода чуть прозрачнее. Я вижу две тени. Одна из них плывёт вниз головой, только спиной слегка выдаваясь над водой, другая болтается у поверхности, будто разглядывая меня сквозь эту мутную воду.

Пару секунд я просто стою, а потом по камням сбегаю к воде, в то время как мужчина уплывает вместе с телом прочь от острова.

– Эй, ты куда? – кричу я отчаянно. – Где лодка?

Неожиданно я начинаю скользить по мокрой поверхности и теряю равновесие. Я падаю между двумя камнями и ударяюсь головой о твёрдую и холодную землю, не более чем в полуметре от края воды. Голова оказывается зажатой, и сквозь камни до меня добирается морская вода и плещет в лицо. Ломота в позвоночнике доходит до предела, пока я пытаюсь выбраться из этого унизительного положения.

– Что, чёрт возьми, это было? – выпаливаю я измождённо, когда мне наконец-то удаётся забраться на более безопасную почву. Я на четвереньках стою на камнях, как промокшая собака, и глотаю воздух. Причал исчез в темноте. За мной лишь пара бетонных плит. Они держатся за вырванную и насквозь ржавую стальную арматуру, торчащую из земли. Силуэты под водой тоже пропали, как будто их здесь никогда и не было, а я только что очнулся от одного из тех снов, которые кажутся реальными.

Я распластался на камне, лицом к небу. Надо мной летает снег, тьма накрыла остров, будто гигантская крышка. Лежа на камне, я прислушиваюсь к звукам, доносящимся из сарая.

Спустя пару мгновений я собираюсь с силами, поднимаюсь и иду к сараю, пытаясь утихомирить боль в голове. Затем встаю у запертой двери на колени и пытаюсь заглянуть внутрь через щель внизу. Пальцами ощупываю замок. Он совсем новый. Я ухожу к свалке стройматериалов и беру плоскую железку, чтобы вклинить её между замком и дверью.

Древесина трещит, когда я толкаю железку вниз и тяну на себя, а затем слетает одно из креплений вместе с четырьмя гвоздями, и дверь сходит с петель. Она чуть было не валит меня на гальку, но порыв ветра удерживает ее. Я проскальзываю в сарай, даже не пытаясь удержать сломанную дверь.

В сарае виднеются очертания новёхонького электрогенератора. Распакована только выхлопная система – она лежит на полу рядом с парой прожекторов из лёгкого металла и корпусом для джакузи. На стене висят пять блестящих водолазных костюмов, каждый на своём крючке.

Лист прозрачного пластика, которым я накрывал труп, с порывом ветра залетел в сарай и заслонил собой выхлоп генератора. Ветер колышет лист, он шелестит и скребётся о детали и бетонный пол. Я поднимаю лист и подношу его к лицу – сильнейший запах мёртвой плоти, кожи, мускулов и внутренностей все ещё держится на пластике вместе со следами мертвого тела – сукровицей и трупными жидкостями.

Я скручиваю пластик и кладу его под одну из труб генератора. Я звоню Бьёркангу, но никто не отвечает.

Трубку не берут ни Арнт, ни Харви, а потом мой телефон садится. Я решаю дожидаться их прихода здесь, в сарае, и приставляю пару ящиков к задней стене, на которые потом забираюсь. Я промёрз до костей, и меня мучает дикая головная боль из-за падения на камни. Тело ломит, щека горит, а ноги онемели.

Я выуживаю из рюкзака бутылку с водой и ставлю её между ног, пытаясь найти в карманах куртки контейнер с лекарствами. Я глотаю таблетки и облокачиваюсь о стену, тесно прижав руки к телу, затем закрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться на шуме ветра за окном.