Неприкрытая жестокость - Колин Маккалоу

— Служба уборки замечательно проделала свою работу, — сказал Хэнк Мюррей в пятницу, четвертого октября, выходя вместе с Амандой Уорбертон из служебного лифта. — В выходные вы уже сможете открыться.

Достав собственную связку ключей, он открыл заднюю дверь в ее магазин, одну из многих в коридоре. Войдя внутрь, мужчина принюхался и улыбнулся.

— Чувствуете, мисс Уорбертон? Сладкий, немного травянистый запах; надеюсь, вы не возражаете, что я выбрал аромат за вас. И ни за что не подумаешь, будто здесь царила помойка, верно?

— Да, — ответила Аманда, едва не падая от облегчения.

— Входите, взгляните на магазин, — подбодрил Хэнк, направляя ее к сверкающему занавесу из стеклянных бусин. Вдруг он так резко остановился, что Аманда наткнулась на него.

— Боже мой!

Женщина больше не медлила. Отодвинув управляющего в сторону, она вбежала в магазин.

Почти весь товар был свален на тянущийся вдоль стен прилавок. Он был заполнен вплоть до кассового аппарата. Стену за прилавком прежде украшали стеклянные рамки из муранского стекла и от Лалика^[10], которые теперь тоже оказались в общей груде. Нетронутым остался только ряд с пивными бокалами, располагавшийся повыше, да небольшая полка с массивной хрустальной посудой, служащей исключительно украшением магазина.

Заливаясь слезами, Аманда бросилась к витрине, чтобы проверить стеклянного мишку. Он был на месте. Целый и невредимый Тедди по-прежнему восседал на своей черной бархатной коробке, явно проигнорированный вандалом.

Какой добрый дух нашептал ей оставить животных сегодня дома? В глубине души она ожидала продолжения неприятностей; пыль и грязь предыдущего нападения, казалось, были только началом. И вот оно — логическое продолжение.

Позвонив в полицию и удостоверившись, что больше никакие магазины не пострадали, как и три находящихся в торговом центре банка, Хэнк внимательно изучал груду стекла, стараясь не трогать ничего руками.

— Вот странно! — воскликнул он. — Мисс Уорбертон… Аманда! Это звучит нелепо, но, насколько я могу сказать, ничего не разбилось и не треснуло — ни осколочка. Взгляните сами. Если я верну тех же самых ребят из службы уборки и они все приведут в порядок, то вы практически не понесете ущерба. Нет-нет, не плачьте, пожалуйста. — Он обнял женщину, даря утешение и сочувствие. Мисс Уорбертон была сущим ангелом, не заслуживающим такой чудовищной злобы, такой жестокости.

К моменту прибытия Айка Масотти и Мьюли Эванса Аманда уже находилась в задней комнате магазина, а Хэнк Мюррей убеждал ее выпить немного его спасительного бренди.

— Мне нужно связаться с детективом, — сказал Айк, взглянув на груды стеклянной посуды. — Можно воспользоваться вашим телефоном, мисс Уорбертон? Радиоволны сейчас могут перехватить слишком много лишних ушей.

— Пожалуйста.

— Здесь действительно происходит нечто странное, — сказал Айк по телефону. — Тебе лучше приехать и посмотреть самому, Морти. Поработали явно не детишки из старших классов.

Они прождали больше часа.

Морти Джонс не смог удержаться; прежде чем отправиться в «Басквош-молл» к этому въедливому ублюдку Айку Масотти, он заскочил в бар «Шемрок», чтобы пропустить пару глоточков.

К лучшему пока ничего не изменилось. Сегодня Делия Карстерс задержала его своими разговорами — она нашла для него отличную домоправительницу. Но ему не нужна домоправительница, и детям тоже — его детям! Все они хотят, чтобы Ава вернулась. Бобби и Гиджет не его дети? Взять и бросить в лицо такие слова! В этом вся Ава. И зачем он ее ударил? Ведь столько лет знал, что она ходит на сторону, почему же повел себя иначе в ту субботнюю ночь? Он вышел из себя на ее насмешливое замечание по поводу детей.

Теперь дети все время плакали. Он тоже, когда удавалось тихонько пробраться в ванную… Он прорыдал в баре «Шемрок» над бутылкой «Джемесона», а потом ему пришлось зайти в туалет и умыться, чтобы найти в себе силы отправиться в «Басквош-молл». Голова кружилась, пришлось остановиться и немного переждать, пока в мозгах чуточку не прояснится… «О, Ава, Ава! Бобби и Гиджет — мои!»

Когда Морти, шаркая ногами, вошел в магазин, патрульные обменялись многозначительными взглядами — от детектива здорово разило алкоголем, еще сильнее, чем во вторник.

Окинув беглым взглядом груды стекла, Морти направился обратно, в заднюю комнату.

— Старшеклассники, — сказал он, пожав плечами, и добавил уже для патрульных: — Ребята, вы тратите мое время.

— Остается мало времени на выпивку. Верно, Морти? — спросил Мьюли, так как Айк не стал ничего говорить. Никто не смеет отпускать несправедливые замечания в адрес Айка.

— Старшеклассники, — настойчиво повторил Морти.

— Нет, не они! — воскликнул выведенный из себя Айк. — Здесь слишком много злости, сержант Джонс. Что-то не сходится. Группка ребят не стала бы складывать посуду в гору, не разбив ни штучки. Ничего не разбито — ни осколочка. Здесь попахивает вендеттой.

— Меня не волнует, чем здесь попахивает, Айк. Никакого серьезного ущерба, не за что даже привлечь к выплатам. — Морти облизнул внезапно пересохшие губы. — Я ухожу.

Хлопая глазами, Аманда сидела и слушала эту перепалку словно в тумане; она почувствовала, как рука Хэнка, лежащая у нее на плече, чуть сжалась, и поняла, что равнодушие детектива разозлило управляющего. Сержант Морти Джонс ушел. Аманда слегка похлопала Хэнка по руке. Расстроенные Айк и Мьюли пошли следом за Морти, бросив на женщину взгляд, полный сожаления.

— Вы не позвоните для меня в фирму по уборке, Хэнк? — спросила Аманда. — Мне придется остаться и направлять их, ведь они не вспомнят, что где стояло, а план я порвала. — Она издала тихий возглас отчаяния. — Я и подумать не могла, что нужно будет опять рисовать этот план!

— Сначала свяжемся с вашим страховым агентом, — решил Хэнк. — Этот ленивый псевдодетектив не сделал никаких фотографий, а сделать их нужно. Если что-нибудь все-таки окажется повреждено, у вас должны быть доказательства.

Хэнк нежно сжал пальцы Аманды:

— С настоящей минуты охраной нашего торгового центра займутся профессионалы; я говорю об этом с самого открытия, но меня не слушали. Владельцам магазинов не хотелось тратить деньги. Теперь у них нет выбора. Ограбление банка и вендетта арендатору с хрупким товаром. А если вандал решит нацелиться на антикварный магазин «Кватроченто» на первом этаже? Стекло от грязи отмыть можно, но не посудный шкафчик четырнадцатого века.

— Кто мог такое сделать? — уже в который раз спрашивала Аманда. Она никак не могла свыкнуться с произошедшим.

— Даже представить не могу. — Хэнк на миг замолчал, а затем очень деликатно добавил: — Вам предстоит тяжелый и долгий день. Не стоит оставаться вечером одной. Могу я пригласить вас на ужин?