Уже мертва - Кэти Райх

– Наверное, ты считаешь, что я спятила.

Ее голос прозвучал совершенно спокойно.

– Я в некотором недоумении.

Я не сказала, что испытываю на самом деле.

– Да уж! Ты очень тактична!

Гэбби ухмыльнулась, насмехаясь над собой и медленно качая головой.

– А ведь я не на шутку струхнула.

Я ждала продолжения. Где-то неподалеку хлопнула дверь машины. Из парка раздался стук молотка. Вдали прогудела сирена "скорой помощи". В городе властвовало лето.

В темноте я больше почувствовала, чем увидела, что настроение Гэбби опять меняется. У меня возникло такое ощущение, что до недавнего момента она шла ко мне по длинной дороге, а в последнюю секунду передумала и свернула в сторону. Ее взгляд скользнул куда-то влево, выражение лица сделалось сосредоточенно-отстраненным. По всей вероятности, она решила еще раз посовещаться с самой собой, продумать, как ей лучше поступить, следует ли мне открываться.

– Со мной все будет в порядке. – Взяв портфель и повесив на плечо сумку, она схватилась за ручку дверцы. – Большое спасибо, что приехала.

Не хочет объясняться, подумала я раздраженно. Может, из-за жуткой усталости или из-за переживаний последних дней я потеряла остатки терпения и взорвалась:

– Минуточку! Я желаю знать, что происходит, черт возьми! Час назад ты позвонила мне и сказала, что кто-то пытается тебя убить! Из ресторана ты летела так, будто за тобой гонится маньяк! Потом тряслась и отдувалась! Твои руки дрожали, будто подключенные к электросети! И после всего этого ты собираешься уйти просто так, ничего не объяснив, бросив "спасибо, что подвезли"?

Никогда в жизни я еще не злилась на Гэбби так сильно. Я разговаривала с ней на повышенных тонах, едва не задыхаясь от гнева. В левом виске стучало.

Она замерла. Ее глаза стали круглыми и как будто немного впалыми, как у зайца, попавшего в полосу дальнего света фар. Мимо нас проехала машина, и лицо Гэбби побледнело, затем покраснело и напряглось.

Спустя несколько мгновений ее напряжение стало ослабевать, словно утекая в открывшийся где-то невидимый клапан. Гэбби отпустила ручку, вновь положила портфель на колени, откинулась на спинку сиденья и опять о чем-то задумалась, уходя в себя. Возможно, ей во что бы то ни стало хотелось уйти, и она продумывала, как это сделать, или просто не знала, с чего начать рассказ. Я ждала.

Наконец, набрав полную грудь воздуха и медленно расправив плечи, она заговорила. Я с первого мгновения поняла, что услышу далеко не все. Гэбби решила открыться мне лишь частично, поэтому с особой тщательностью подбирала слова. Я прислонилась к дверце, обхватив себя руками.

– В последнее время я работаю с... довольно необычными людьми.

Слишком мягко сказано, подумала я.

– Нет-нет, – продолжила она. – Я говорю вовсе не об уличных людях. Это не столь страшно.

Говорить ей было трудно.

– Я о тех, кто вращается в определенных кругах. Чтобы попасть в эти круги, от тебя требуется не так много. Познакомься кое с кем, усвой некоторые правила и жаргонные слова – и ты там. А дальше все очень просто: главное – не переходить никому дорогу, не мешать мошенникам и не разговаривать с копами. Работать таким образом несложно, если, конечно, не на протяжении нескольких часов подряд. К тому же я теперь знакома с девочками. Они знают, что меня не стоит бояться.

Гэбби замолчала. Я не могла понять, что она собирается сделать – продумать, что говорить дальше, или отделаться от меня, поэтому решила поддержать разговор:

– Кто-то из них угрожал тебе?

Вопросы этики всегда представляли для Гэбби большую важность. Я догадалась, что имена людей, от которых к ней поступала информация, она попытается от меня скрыть.

– Угрожал? Ты имеешь в виду девочек? Нет. С ними у меня замечательные отношения. Знаешь, порой мне кажется, что им моя компания даже нравится. Я ведь могу выглядеть так же сексуально, как они, вот и провожу с ними сколько угодно времени.

Отлично, подумала я. С девочками у тебя все прекрасно. Я задала еще один вопрос.

– Значит, тебя принимают за одну из них?

– Наверное. Я стараюсь, так сказать, влиться в их массу. В противном случае я не добилась бы никаких результатов. Девочки знают, что я не причиню им вреда.

У меня на языке так и крутился закономерный вопрос, но я не задала его. Гэбби и так на него ответила, как будто прочтя мои мысли.

– Если ко мне пристает какой-нибудь парень, я говорю, что в данный момент не работаю, вот и все. Большинство из них сразу отваливают.

Последовала очередная пауза. Гэбби опять занялась мысленной сортировкой – принялась размышлять, какую информацию мне выдать, какую нет, какую еще раз проанализировать, чтобы, возможно, сообщить позднее. При этом она теребила краешек закладки, торчавший из уголка портфеля. В сквере залаяла собака.

Я чувствовала, что Гэбби кого-то или что-то прикрывает, но больше не пыталась ничего из нее выудить.

– Большинство из них отваливают, – повторила она. – А этот – нет.

Пауза.

– Кто он?

Опять пауза.

– Не знаю, но не сутенер, это точно. Любит крутиться возле проституток. Девочки не обращают на него особенного внимания. Как-то раз ему захотелось со мной пообщаться, вот я и разговорилась с ним – об уличной жизни и ее законах ему много известно. – Пауза. – В последнее время этот придурок меня преследует. Сначала я этого не замечала, но потом стала обращать внимание, что он появляется в самых неожиданных местах: то едет со мной в одном вагоне метро, когда я возвращаюсь домой, то прогуливается здесь, в сквере. Однажды я увидела его у Конкордии, рядом со зданием библиотеки, где у меня офис. Иногда он просто идет за мной по тротуару, как, например, на прошлой неделе на Сен-Лоране. Я решила проверить тогда, не ошибаюсь ли в своих подозрениях, и пошла быстрее. Этот ненормальный тоже прибавил шагу. Я сбавила темп. Он тоже. Я нырнула в кондитерскую, надеясь, что хоть таким образом от него отвяжусь. Ничего не получилось. Когда я опять вышла на улицу, он стоял на другой стороне, делал вид, будто рассматривает витрину.

– Ты уверена, что постоянно видишь одного и того же парня?

– Абсолютно.

Последовала тягостная пауза. Я ждала продолжения рассказа.

– Это еще не все, – произнесла наконец Гэбби, рассматривая свои руки, которые были опять сцеплены. – В последние дни он начал заговаривать со мной о каких-то диких вещах. Я попыталась избегать встреч с ним, но у меня ничего не вышло. У него как будто появился радар. Сегодня он заявился в ресторан и опять пристал ко мне с безумными вопросами.

Она вновь ушла в раздумья, а спустя несколько секунд резко повернула ко мне голову, словно о чем-то вдруг догадалась. В ее голосе прозвучали нотки удивления.