Смерть за стеклом - Бен Элтон

Воггл, в окружении остальных, сидел в своем углу.

– Мои блохи вынуждают вас применять двойные стандарты, – отбивался он. – Вы способны убить лису?

– Не задумываясь, – отозвался Гарри, но остальные признали, что нет. Дэвид, Лейла и Мун даже принимали какое-то участие в последней антиохотничьей кампании.

– Охота на лис – это мерзость, – изрек Дэвид с видом обычного спокойного превосходства.

– Однако ты намерен организовать охоту на моих блох, – возразил Воггл. – В таком случае объясни, чем отличается блоха от лисы?

«Арестанты» замолчали. Никто не знал, с чего начать.

– Ну… – протянула Келли, – лисы сообразительные, а блохи нет.

– Не говори глупостей! – оборвал ее Дэвид.

– Это не глупости, – перебил его Воггл. – Келли излагает общепринятую точку зрения. Позор человеческому роду: мы оцениваем жизнь, исходя из эстетических взглядов. Если считаем красивым, пестуем. Если некрасивым – уничтожаем. И будь прокляты мы, гуманоиды, как вирусы, заразившие эту совершеннейшую планету.

Дэвиду беседа о блохах уже явно начала надоедать – и это при всей его высокой нравственности.

– Лисы приносят очень мало вреда. Охота на них – чистый спорт и поэтому вызывает отвращение и совершенно неприемлема для порядочных современных людей, живущих в новой Британии двадцать первого века.

– А охотники утверждают, что лисы как раз приносят очень много вреда. Что они – прожорливые хищники, – отозвался Воггл. – Хотя я с таким мнением и не согласен.

– Слушай, а ты где живешь, Дэйв? – заинтересовался обожающий подколы Газа. – На ферме?

– В Баттерси,[26]– сердито буркнул Дэвид. – Но это не имеет никакого значения…

Газза и Джаз расхохотались. Дэвид смутился и от этого разозлился еще сильнее. Он ненавидел, когда тупицы утверждали, будто следует жить в деревне, если хочешь хоть что-нибудь знать о лисах.

– Это серьезный спор. Так что не надо на дешевке зарабатывать очки.

Воггл с ним согласился и бросился закреплять преимущество.

– Разница между моими блохами и лисами, дружище, в том, что блохи вас раздражают, а лисы – нет. Но фермеры-фашисты и нацисты-охотники заявляют, что их раздражают именно лисы, потому что лисы едят цыплят и губят ровненькие живые изгороди.

– Я с ними не согласен, – начал Дэвид. – Но дело не в этом…

– В этом, о мой Адольф царства насекомых! В этом, герр Гитлер: террористы лисы или нет, я не стану их убивать. И блох тоже, хотя они меня кусают. Поэтому я – морально развитая личность, а ты – злобный подонок, лицемерный убийца, грязный гестаповец, которого надо немедленно уничтожить! – Воггл вскочил на ноги, его писклявый голос внезапно окреп. Кожа вокруг кустистых бровей покраснела. Он явно сам поверил в то, что говорил. – Изображаешь из себя защитника животных, но заходишь не дальше, чем диктуют твои интересы. Ты ничем не отличаешься от миллионов мерзких подлецов – наших соотечественников, которые требуют запретить охоту на лис и забой морских котиков, но не прочь попотчеваться выращенным на птицефабрике цыпленком и бургером из мутировавшего бычка. А ты вот ополчился на моих блох. Скорее обряжайся в красную куртку и труби в блестящий рог, Чингисхан. Размажь кровь моих мертвых блох по лицам друзей и в честь убийства осушите стременные чаши, которые вам вырезали из копыт убиенных оленей. Ты ничем не лучше Кровавого лорда из графства Подонков, Дэвид. Притворяешься добреньким, а на самом деле ты – обычный охотник на блох, выполняющий заказ «Любопытного Тома»!

Самое забавное заключалось в том, что, когда на исходе первой недели трансляций из «Под домашним арестом» тираду Воггла о блохах передали в эфир, большинство зрителей почувствовали в нем родственную душу. Поборники запрета охоты на лис приветствовали его как свой самый весомый общенациональный рупор. А сельские спортсмены-охотники рукоплескали за то, что он призывал городских активистов защиты животных отказаться от двойных стандартов.