Сценарий - Арно Штробель

Она и вправду настолько наивна или только притворяется? — спросил себя Эрдман.

— Откуда у вас вообще взялся адрес электронной почты Хайке Кленкамп?

— Это было нетрудно — он указан на её странице в Фейсбуке.

— Госпожа Хансен, не могли бы вы рассказать, что делали в последние дни? Скажем, начиная со вторника?

Её глаза расширились.

— Вы хотите алиби, верно? Вы действительно думаете, что я причастна к этому похищению. Только потому, что я не смогла молча проглотить, как растоптали работу по-настоящему талантливого человека, который к тому же замечательная личность. — В её голосе зазвучало возмущение.

— Полегче. — Эрдману стоило усилий сохранять ровный тон. — Только что пропала женщина, которой вы несколько месяцев назад открыто угрожали в письме. Вполне естественно, что мы вас проверяем. Это не означает, что мы считаем вас причастной, — но из-за тех писем мы обязаны с вами поговорить. И да, нам необходимо знать, где вы находились в предполагаемое время преступления. В конечном счёте это в ваших же интересах.

— Хорошо. — Она уставилась в потолок, словно там было записано её расписание за прошлую неделю. — Со вторника, говорите?

Эрдман извлёк из внутреннего кармана пиджака небольшой блокнот и приготовился записывать.

— Всю неделю я была в магазине до половины седьмого — кроме вчерашнего дня, — потом заходила за покупками. Домой возвращалась чуть после восьми. В среду…

— Вы были одна дома?

— Да, я живу здесь одна.

— Вам кто-нибудь звонил или приходил во вторник вечером?

Она помолчала мгновение, потом покачала головой.

— Нет, никто.

Эрдман сделал несколько пометок и кивнул ей.

— Продолжайте.

— Среда… подождите… в тот день после работы я сразу поехала домой. Тоже одна. В четверг встретилась с подругой в половине восьмого, мы поужинали. Были в пиццерии — примерно до половины одиннадцатого. Пятница…

— Имя и адрес подруги? И номер телефона, если есть.

Она продиктовала, Эрдман записал.

— В пятницу я ушла из магазина раньше обычного — в половине четвёртого, потому что была записана к врачу.

— По какому поводу?

Она вопросительно взглянула на Маттиссен.

— Что? Что вы имеете в виду?

— Визит к врачу. К какому специалисту и по какой причине?

— Ах… Я была у своего дерматолога, доктора Горгеса в Эппендорфе. Хочу удалить несколько родинок на спине. — Эрдман продолжал писать. — Потом немного прошлась по магазинам. Домой вернулась к половине восьмого. — Она чуть помолчала и добавила: — Тоже одна.

— Вы сказали, что ушли в половине четвёртого. Магазин остался без присмотра?

— Нет, у меня две помощницы — студентки, работают почасово. Одна из них, Джессика, была в магазине в пятницу во второй половине дня.

Эрдман попросил имена и адреса обеих.

— У вас есть партнёр, госпожа Хансен?

— Нет, я… нет. Я одна.

— Давно?

Она не ответила сразу. Маттиссен мягко вступила в паузу:

— Это совершенно нормально. Я тоже одна — и, честно говоря, вполне довольна.

Эрдман бросил короткий взгляд на коллегу и подумал, что она только что доверила этой молодой женщине куда больше, чем когда-либо доверяла ему.

— Ну… довольно давно уже. Наверное, я слишком требовательна. Но… я жду подходящего человека.

Ненадолго воцарилось молчание — только скрипел карандаш в руке Эрдмана.

— Госпожа Хансен, дело, которым мы занимаемся, — похищение Хайке Кленкамп — это нечто… — Маттиссен явно подбирала слова. — Речь не только о похищении. Речь также об убийстве.

Эрдман внимательно наблюдал за Мириам Хансен. Она вдруг словно окаменела: подбородок медленно опустился, губы слегка приоткрылись.

— Убийство? — прошептала она. — Госпожу Кленкамп убили? О боже…

— Нет, не госпожу Кленкамп — о ней пока никаких сведений. Убита другая молодая женщина. Но мы убеждены, что это убийство напрямую связано с похищением.

Взгляд Мириам Хансен беспомощно метался от Маттиссен к Эрдману и обратно.

— Но… Я не понимаю.

— Госпожа Хансен, — снова взял слово Эрдман. — Вчера вы сказали нам, что четыре года назад в Кёльне кто-то инсценировал убийство по книге Кристофа Яна «Ночной художник».

— Да, но…

— Похоже, сейчас кто-то делает то же самое со «Сценарием».

— Что? Но это… Что произошло? Подождите… «Сценарий», вы сказали? — Эрдман молча кивнул. — О боже. Именно «Сценарий». Там ведь столько всего… Ещё женщин похитили? Это действительно как в книге? Посылки — такие посылки — приходили в газеты?

— Одна посылка уже появилась. Но не в редакцию, а к студентке — некой Нине Хартман. Вам знакомо это имя?

— Нет, я её не знаю.

— Вы уверены? Нина Хартман?

Она покачала головой.

— Бедный Кристоф. Он уже знает? Или мне стоит ему позвонить?

Она притворяется или и впрямь настолько не понимает происходящего? — снова спросил себя Эрдман.

— Разумеется, он знает, госпожа Хансен. Речь идёт об убийствах, совершённых по сюжету книги, которую он написал. Мы были у него ещё вчера. Когда вы последний раз виделись с господином Яном?

— Ровно две недели назад, в воскресенье. Он сам меня пригласил. Мы пили кофе и говорили о его новой книге. Он дал мне почитать несколько отрывков и спросил моё мнение. Я единственная, с кем он это обсуждает. Ну, не считая госпожи Йегер — но та будет позже.

— Госпожа Йегер? — переспросила Маттиссен.

— Да. Хельга Йегер, домработница Кристофа.

— Он обсуждает рукопись с домработницей? — Эрдман не скрыл удивления. — Это кажется мне довольно… нетривиальным решением. Я всегда полагал, что рукопись — это нечто сокровенное, что никто не должен видеть до её завершения. Впрочем, может, я это в каком-то фильме видел. Вас как книготорговца я ещё могу понять, но домработницу?

— Пока она ничего не читала — он ведь только недавно снова сел за работу. Но подумайте сами: кто читает книги Кристофа Яна? В основном женщины, многие — за сорок. Хельга Йегер — именно такой читатель, его целевая аудитория. Поэтому её реакция ему интересна. Он, конечно, не обсуждает с ней рукопись в творческом смысле — для этого ей недостаёт компетенции. Но он сказал, что когда закончит, даст ей прочесть и посмотрит, как она отреагирует.

— Понятно. Но вам-то он уже разрешил ознакомиться с текстом. И как?

Она растерянно посмотрела на Эрдмана.

— Что вы имеете в