Формула бессмертия - Сергей Пономаренко

Выходит, если бы Вероника не пришла с заявлением о пропаже Лены Рогошко, то их исчезновение в ближайшее время вообще никого не обеспокоило бы.

Но разве такое может быть?! Ведь они два года жили здесь — не на Луне же! Наверное, имеют знакомых, друзей. У Вероники есть бойфренд, из-за которого она поссорилась с Рогошко, он-то должен заволноваться и выяснить, что с ней и куда пропала. По всему выходило, что телефонным разговором с комендантом не обойтись, надо ехать в общежитие.

Зазвонил телефон, и высветился незнакомый номер. «Может, Вероника поменяла номер?» — предположила Оксана, но ошиблась.

— Здравствуйте, Оксана. Это Антон. Как вы съездили?

«Какой Антон? Ах да!» — Оксана вспомнила мужчину, который помог ей поменять колесо.

— Неплохо.

— Как у вас сегодня со временем?

— К сожалению, сегодня я занята. Давайте я разберусь и сама вам перезвоню.

— Хорошо, буду ждать. Всего вам хорошего!

В общежитие Оксана поехала на своем «форде», забив в навигатор адрес. Пришлось ехать через весь город, то и дело застревая в «пробках», изнывая в «тянучках» и страдая от духоты раскаленного солнцем дня, — кондиционером она принципиально не пользовалась. Городские власти и дорожно-ремонтные фирмы в преддверии осени вдруг загорелись желанием срочно отремонтировать дорожное покрытие, создав коллапс автомобильного движения в часы пик. В этом не было ничего плохого, но Оксана даже за тот небольшой отрезок времени, который прожила в Киеве, заметила, что из года в год ремонтируют одни и те же центральные дороги, которые и без того выглядели прилично по сравнению с периферией, забытой на десятилетия. Уже в потоке медленно движущихся автомобилей Оксана пожалела, что не воспользовалась метро или электричкой, — было бы быстрее и заодно она осмотрелась бы на месте. Но «синдром автомобилиста» уже прочно въелся в нее, и, несмотря на проблемы с движением и парковкой, она упрямо ездила на работу своей машиной. Большая окружная дорога ее тоже не порадовала: такая же загруженность и «тянучка» через узкий мост над железной дорогой. Наконец, подчиняясь казенному женскому голосу навигатора, Оксана развернулась и, проехав в обратном направлении, вскоре оказалась в хитросплетениях частного сектора. Она миновала какие-то склады за бетонным забором и небольшое старое кладбище с ржавыми крестами.

«Мрачное местечко, а ночью к тому же совершенно пустынное. Как раз для беспечных девчонок, которые поздно возвращаются», — подытожила для себя Оксана.

Облупленное четырехэтажное здание общежития из красного кирпича находилось по соседству с каким-то предприятием, скрытым за мощным забором, и типовой проходной; с другой стороны виднелась замусоренная зеленая посадка, неухоженность которой бросалась в глаза даже на расстоянии. Подъезд к общежитию преграждали вбитые в землю ржавые трубы, видимо оставшиеся с доисторических времен, и Оксана припарковалась на пятачке перед проходной предприятия, где перед воротами дремала фура, пока водитель оформлял документы на въезд.

Закрыв автомобиль, Оксана не спеша подошла к общежитию, поднялась по полуразвалившимся ступенькам на крыльцо и зашла внутрь. На вахте в деревянной будочке с турникетом сидела крупная женщина в бордовой кофте и вязала. Вахтерша окинула Оксану неприязненным взглядом и грубо поинтересовалась:

— Чего тебе надо?

— Шоколаду! — не удержалась Оксана.

— Чего?

— Комендант мне ваш нужен!

— Зачем?

— Час тому назад я говорила с вами по телефону! Вам напомнить?

Женщина опешила, вероятно вспомнив, что Оксана представилась по телефону «милицией». Вахтерша вмиг преобразилась, словно у нее сейчас произошла встреча с инопланетянином. Затем как-то боком выбралась из будочки, и у Оксаны екнуло сердце, что та потребует удостоверение. У нее имелось удостоверение частного детектива, но оно только внешне было похоже на милицейское. И хотя на фотографии она была в форме, внимательному человеку достаточно было прочитать содержание. А уж опытный взгляд определил бы его суть и на расстоянии. Оксана надеялась, что вахтерша не будет такой дотошной. Ее предположение оправдалось: дежурная, прожившая большую часть жизни в Советском Союзе, испытывала страх перед правоохранительными органами на генетическом уровне и не стала требовать удостоверение.

— Валентины Федоровны нет в кабинете — обедают, — сообщила она.

— Телефон у нее есть?

Женщина кивнула.

— Звоните, срочно вызывайте — у меня времени в обрез!

Дежурная снова молча кивнула, как будто ее словарный запас на сегодня исчерпался, вернулась в будку, достала мобильный телефон и стала что-то тихо говорить. В это время взревел двигатель фуры, готовящейся въехать на территорию предприятия, и, как Оксана ни напрягала слух, услышать не получилось.

— Сейчас они будут, — сказала вахтерша, вновь обретя голос и спокойствие, — наверное, разговор с комендантом подействовал на нее благотворно.

— Пропали две девушки, которые проживали здесь, Лена Рогошко и Вероника Шкиль. Что вы можете о них рассказать?

— Много их тут ходит, наштукатурятся и хвостом крутят, — хмыкнула дежурная.

— Все меня не интересуют, а конкретные фамилии я вам назвала. Что вы можете о них рассказать? Кто к ним приходил, с кем они дружили?

— Вера более степенная, всегда здоровалась. Парень к ней приходил постоянный. Ничего плохого о ней сказать не могу.

— Какой парень — имя, фамилия? Когда в последний раз приходил?

— Сейчас посмотрю. У нас порядок, в журнал записываем всех чужих, кто приходит. — Дежурная стала быстро перелистывать журнал. — Нашла! Дроботенко, звать — Федор. Аккурат неделю тому назад был здесь, 30 июля.

Оксана прикинула — в этот день Вероника написала заявление о пропаже подруги. Выходит, вечером к ней пришел ее бойфренд.

— А после этого он не приходил?

— Записи в журнале нет, значит, не был. Я дежурю сутки и двое выходных, так что о том, что было не на моей смене, сказать ничего не могу.

— Когда вы Веронику Шкиль видели в последний раз?

— Не припомню. Тут за день их лица так примелькаются, что точно и не скажешь, кого и когда видел.

— Что вы скажете о Лене Рогошко?

— Вертихвостка! Из себя строит принцессу, парням головы морочит, а сама — село селом!

— У нее имелся постоянный парень?

— У Ленки постоянный ухажер? Насмешили, ей-богу! Она их меняла по нескольку штук за раз. Хотите знать…

Входные двери открылись, и вошла невысокая женщина лет пятидесяти, в элегантном сером костюме, явно купленном не на рынке, вся такая холеная, рыжеволосая, с аккуратно подколотыми буклями. Вахтерша замолкла, сорвалась с места и вытянулась, словно взяла сторожевую стойку. У вошедшей была очень бледная кожа, мелкие резкие черты и властное выражение лица.