Идеальный сын - Лорен Норт

«Память автоответчика заполнена, – говорит мне электронный голос. – У вас 21 непрослушанное сообщение. Сообщение первое».

– Милая моя, привет, – слабый голос мамы словно эхом отражается в пустой комнате. – Вот я и вернулась. А у тебя как дела? Мне правда было неудобно у тебя оставаться, но, может, ты приедешь, поживёшь со мной? Здесь воздух морской, надышишься. А то сидишь дома целыми днями. Люблю тебя, дочка. Звони мне, как только желание придёт, и днём и ночью.

Она говорит, а я чувствую, что с каждым её словом всё крепче сжимаю зубы. Про Джейми ни слова! А со школой как? Вечно только о себе думает. Не можем же мы взять и всё здесь бросить. Хорошо, что с ней Шелли поговорила. И хорошо, что названивать перестанет.

Сообщение завершается, начинается новое.

– Тесс, привет! – Комнату облетает голос моего брата, и тяжести в груди как не бывало. На фоне слышится шум больничной суеты. – У меня перерыв небольшой, решил, дай позвоню? А то у тебя скоро день рождения, а мы давно не созванивались. Со вчерашним кроссвордом не поможешь? Слово, пять букв: «железная скоба, забиваемая в бревно». Звони, в общем, как будет возможность.

Ни слова не сказал ни про Джейми, не спросил, как у меня дела. Но это Сэм, ему и не надо спрашивать. Уже всё ясно по голосу, по тому только, как он объяснил, почему решил мне позвонить. Ведь это Сэм меня подсадил на кроссворды, мы тогда ещё подростками были, и нас родители заставляли с ними ходить в походы, хотя мы из этих походов выросли. Уж он-то точно знает, какое там слово – просто шутит про меня и мой возраст: ответ-то, конечно, «карга».

У меня порыв схватить трубку и сразу же позвонить Сэму, но что-то не даёт, как будто стена какая-то. Нет желания разговаривать ни с ним, ни с мамой. Им хочется услышать, что всё со мной хорошо, но сил врать у меня нет. Да и время-то полночь. Сэм наверняка или работает, или спит. Позвонишь ему сейчас, он только больше разволнуется. Завтра, в общем, позвоню. Наверное.

Включается следующее сообщение, и мысли о семье отходят на второй план.

– Тесс, это Йен. У тебя всё хорошо, надеюсь? Позвони, пожалуйста. Нужно обсудить вопрос денежной суммы, о которой я упомянул на похоронах.

Би-и-п.

– Это опять я, Йен. Тесс, перезвони. Очень нужно поговорить.

Фразы короткие, отрывистые, подчёркнутое нетерпение.

Далее два звонка от секретаря адвокатской конторы Йена, он просит с ними связаться. Звонил даже сам совладелец фирмы, Джейкоб Барлоу. Интересно, это все адвокаты такие настойчивые или Йен подсобил?

Потом автоответчик озвучивает сообщение от некой кухонной компании, впервые о такой слышу. Мама пару раз пыталась дозвониться, слышу её дрожащий голос и мольбы. А потом кто-то звонит и бросает. И опять. И опять, и опять, без счёта. Не знаю, кто это может быть, но он звонит, ждёт, пока включится запись автоответчика, и кладёт трубку.

То одним, то другим ухом прикладываюсь к трубке, силясь расслышать в тишине хоть какой-то звук, но ничего не слышно. Но ведь что-то там быть должно? Зачем кому-то звонить и бросать трубку? Снова по телу пробегает дрожь, судорожно сглатываю.

Завтра позвоню в телефонную компанию, пусть что-нибудь сделают. Наверное, у кого-то автоматический обзвон заглючил – нам вон звонят периодически, предлагают чердак бесплатно утеплить.

Иду дальше, удаляя их по ходу, и вот субботнее сообщение от Шелли.

– Тесс, привет, это Шелли. Вспомнила, как мы с тобой говорили в понедельник, решила позвонить, проведать. Узнать, как дела после вчерашнего. У меня весь день свободный, так что звони, когда захочется. Ну или я потом ещё попробую дозвониться. Пока.

Её голос полон сил, и когда она замолкает, в комнате и во всём доме в целом становится слишком тихо.

И вдруг снова звонит телефон. Как сирена гремит звонок, и я непроизвольно пячусь, пока не упираюсь спиной в стену.

Кто это звонит? Да так поздно, да ещё когда я как раз рядом с телефоном сижу. Кто мне будет звонить?

На полпути в воздухе замирает моя рука, в груди тяжело колотится сердце, и снова этот страх, снова паника из ночного кошмара. Закрываю глаза и опять вижу серую взлётную полосу, а в ушах стоят вопли и крики.

Уже почти снимаю трубку, но тут включается автоответчик.

– Привет, вы позвонили Тесс, Марку и Джейми. Нас нет дома, но можно оставить нам сообщение после звукового сигнала.

Мой голос озорной и энергичный, как у ведущего игрового ток-шоу, – не узнаю себя.

Задерживаю дыхание: сейчас опять положат трубку, как и раньше. Но нет, слышится шум, как будто порыв ветра. Нет, это не автообзвон. Человек. Какой-то незнакомец решил нам позвонить домой глухой ночью.

– Марк, где тебя, сука, носит? Час назад должны были встретиться.

Мужской голос, и до того резкий, что я вскрикиваю, не успевая закрыть руками рот, – как будто он может услышать.

– Три месяца уже, – говорит он суровым тоном, в каждом слове слышится раздражение, злость. – Пора бы тебе уже и закончить начатое. Я тебе сразу сказал: я ждать не привык, терпение испытывать не надо. Так что давай перезванивай – нужно кое-что перетереть.

В трубке раздаётся шорох, а в твоём кабинете, в полутора метрах от меня, дребезжат стёкла и оконная рама.

Замираю, не в силах пошевелиться. Это что, тот же порыв ветра, что и в трубке? Он что, снаружи, ходит перед домом? Это его шаги я услышала, когда ты мне сказал, мол, олень это?

Обнимаю колени руками, кусаю губу. Марк, страшно.

Сигнал автоответчика. Всё, нет этого человека. Только и слышно, как тяжело дышу. Сердце колотится бешено, под стать проносящимся в голове мыслям. Что это за тип, Марк? Из-за чего он теряет терпение?

Процеживаю воспоминание за воспоминанием – корпоративы, твои коллеги, с которыми я познакомилась за все эти годы. Нет, никого похожего по голосу. Да и стал бы кто-то с твоей работы звонить? На похороны-то все пришли, знают, что тебя не стало.

Дрожащей рукой снова нажимаю «Проиграть» и опять подскакиваю при рыке этого незнакомца в тишине.

Крепче обнимаю колени, закрываю глаза, слушаю. Вокруг меня сгущается туман, в мыслях чехарда. Вспоминается Дениз, но почему?

Что это за человек, Марк? Что ему нужно от тебя, от нас?