Лилия прокаженных - Патрик Данн

— Никогда не слышала.

— Микоз — грибковая инфекция легких, — пояснил Абдулмалик. — Иногда ее называют пневмоцистной пневмонией.

— В большинстве случаев ею страдают больные с синдромом иммунодефицита, — добавила Кора.

Фрэн оказалась права.

— То есть Терри Джонстон умер от СПИДа?

— Это очевидно. Нам остается выяснить, почему болезнь так стремительно прогрессировала.

Я пыталась осмыслить услышанное. Не все было понятно. Только с чего начать?

— А как же кровотечение? Я сама вытирала кровь с его лица, пока мы были одни.

Они переглянулись. Заговорил Абдулмалик:

— Кроме внутреннего кровотечения, было и внешнее, кожное — сепсис поразил кровеносные сосуды.

— А изъязвления?

— Гнойничковые образования. Не берусь точно назвать их причину. Но и у носителей ВИЧ, и у больных СПИДом они не редкость. Мы взяли пробы гнойных выделений, попробуем выяснить.

— Вы не представляете, как это для меня важно.

— Ты ведь еще в школе славилась любознательностью, да, Иллон?

— По-моему, нас таких было двое.

Кора чуть заметно улыбнулась.

— По крайней мере известно, что чумы у него нет, — настаивал Абдулмалик.

Я почувствовала, как щеки у меня краснеют.

— Не совсем. Бубонной чумы нет, но то, что есть, может оказаться… намного хуже. — Именно эти слова я слышала от Терри.

— Что вы имеете в виду?

— У доктора Абдулмалика большой опыт лечения инфекционных заболеваний. — Кора решила перейти на официальный тон.

Я разозлилась еще больше.

— Послушайте, я не претендую на роль знатока медицины, однако считаю, что вы должны убедить специалистов ЦИИЗа исследовать трупную жидкость, попавшую на Терри. Сами посудите — с какой стати покойника кладут в запечатанный свинцовый гроб и хоронят в замурованном склепе рядом со статуей Девы Марии в натуральную величину? Что-то уж слишком, вам не кажется? А может, это форма санитарно-эпидемического контроля в сочетании с неким религиозным обрядом? Что же тогда находится в гробу, если потребовались подобные меры безопасности? По-вашему, не стоит бить тревогу?

Абдулмалик пожал плечами, как бы давая понять, что все это вне его компетенции. В такие моменты я обычно стараюсь себя сдерживать: мол, разыгралось воображение, не нужно давать ему волю.

Кора взяла меня за руку.

— Я понимаю, — промолвила она. — У тебя на глазах только что умер знакомый человек, и в какой-то мере ты считаешь себя ответственной за его смерть. Поверь, твоей вины здесь нет.

Я не ожидала от Коры такого сочувствия, и оно тронуло меня до глубины души. Конечно, годами имея дело с убитыми горем людьми, она прекрасно знала, как их утешить. Но со мной, похоже, говорила совершенно искренне.

— Возможно, ты права… — Я поднялась. — Спасибо за все.

— Да, вот еще что, — задержала меня Кора, когда Абдулмалик открыл передо мной дверь. — В конечном счете причиной смерти мог стать несчастный случай. Нам придется поставить в известность коронера, а он, возможно, назначит вскрытие.

Такая перспектива меня не пугала — наоборот, была в моих интересах, давая дополнительную возможность выяснить, что в действительности убило Терри Джонстона.

«Черная смерть» была крайне опасна, когда появилась впервые. Но с каждой последующей эпидемией болезнь постепенно утрачивала губительную силу. В конце концов, ее возбудитель изменился настолько, что уничтожить в одночасье весь род людской уже не мог. Не знаю, каким образом удается микроорганизмам заглянуть в будущее — а некоторые, по всей видимости, способны на такое, — но чумные микробы пришли к тому, что как виду демонстративная смертоносность им не выгодна. Из поколения в поколение передавали они эту информацию, пока она не стала руководящим принципом: всех подряд не убивать. После того что я видела, напрашивался вопрос: не самый ли первый, летальный штамм бациллы чумы мы разбудили? Тот, до которого не дошел приказ о переходе к новой стратегии?

Мой «фрилендер», дожидавшийся на стоянке, до того нагрелся на солнцепеке, что пришлось его проветрить, прежде чем сесть за руль. Я открыла все двери, опустила стекла и, пока машина остывала, позвонила Финиану, чтобы ввести его в курс дел.

— Не стоит тебе появляться сегодня на работе, — предложил он. — Приезжай ко мне, хоть немного отойдешь. Я, правда, с минуты на минуту жду компанию репортеров — из тех, что специализируются на садах и парках, — однако к ленчу рассчитываю освободиться. Тогда можно было бы поискать информацию через СИТО.

— Считай, ты меня уговорил. Управлюсь с оставшимися делами и подъеду.

В машине я набрала телефон Пегги.

— Звоню из больницы. Плохие новости — утром скончался Терри Джонстон.

— Как же так, я видела его в пятницу вечером. Он не слишком хорошо выглядел, но мне и в голову не пришло… Господи, какой ужас.

— Врачи интересуются его родственниками. Не знаешь, с кем бы они могли связаться?

— К сожалению. Вообще-то парень был со странностями. Частенько заглядывал в офис, пока шли раскопки. Приходил вроде как поболтать и всякий раз просил аванс в счет получки.

— Я заметила, когда просматривала платежные ведомости.

— Денег у Терри никогда не было. Весь в долгах, тощий такой. Жалко его было — он и питался кое-как. — Сердце Пегги всегда болело за таких невезучих бедолаг.

— У него был вирус иммунодефицита — значит, приходилось покупать дорогие лекарства. Он тебе что-нибудь говорил?

— Никогда. Ведь все покрывает медицинская страховка. Сколько бы лекарства ни стоили, он вносил фиксированную ежемесячную плату.

— Насколько я поняла, ты выдала ему премиальные на несколько дней раньше, чем остальным?

— Терри хотел отметить день рождения. Я не знала, что нельзя…

— Я ни в чем тебя не виню. Просто должна убедиться, что не ошиблась. Где он жил, пока у нас работал?

— По-моему, он и еще несколько ребят снимали домик в Наване, но адрес мне не оставлял. Если кто знает, так только Бенджамин Аделола.

— Аделола… — Никаких вестей от Оушена Маккивера пока не было. — Ладно, спасибо. Вряд ли сегодня увидимся, остаемся на связи.

Я уже отъезжала от больницы, когда позвонила Мюриэл Бланден и узнала от меня о смерти Терри Джонстона.

— Как грустно: он умер, а никто из родных даже не знал о его болезни… Если понадобится помощь музея, чтобы отыскать родственников, мы готовы.

Я вспомнила о человеке, приходившем к Терри в больницу. Может, он снова объявится?

— Буду иметь в виду. Ты что-то собиралась сказать?

— Все думаю о шумихе, поднятой в городе вокруг статуи.