Насилие - Вадим Десятниченко

– Что за девушка?

– Прости? – я начал оглядываться по сторонам.

– Я про ту, что превратила твой телефон в маленький вибратор, – утвердительно произнес Найджел, указывая пальцем на мой телефон.

– Ее зовут Меган, мы учились в одной школе…

– Ах, эта школьная любовь, – перебил меня Найджел, – позволь угадать: в школе ты боялся дышать рядом с ней, а сейчас она сама не прочь с тобой переспать?

– Верно… – я непроизвольно улыбнулся.

– И каково это: спать с недосягаемой ранее женщиной?

– На самом деле, – от чувства неловкости я невольно почесал затылок. – у нас еще ничего не было.

– Почему? Тебя загружают работой? – со смехом в голосе спросил Найджел.

– Да нет, с этим все отлично. Повезло, что попался хороший босс!

Найджелу понравилось то, что я сказал. Он решительно заявил:

– Гарольд, может, я и пригласил тебя к нам, но ты и я – партнеры. Такие же, как Шон и Боб. Так в чем причина твоего промедления с Меган? Не так привлекательна, как прежде?

– Да… То есть нет. Дело не во внешности.

– А в чем?

– У нее есть муж и ребенок.

В этот момент Найджел изменился в лице. Его взгляд был полон ненависти и презрения. Я боялся пошевелиться. Он заказал себе два двойных виски. Выпив один залпом и просидев пару минут в молчании, с хрипотцой от волнения в голосе он произнес:

– Мне было семнадцать, когда у родителей начались проблемы. Отец полагал, что семья была единственным источником его проблем, а мать нуждалась в поддержке, – Найджел опустошил второй стакан. – Я не хотел возвращаться домой, чтобы не наткнуться на мать с каким-нибудь мужиком или на скандал матери с отцом, когда он возвращался поздно вечером, пьяный и пропахший чужими женскими духами.

На его глазах выступили слезы. Он отвернулся, глубоко вдохнул, затем обратился ко мне:

– Дело твое, Гарольд, но, если ты это сделаешь – я перестану тебя уважать. Мне пора. Сегодня тебе придется ехать на такси.

Найджел пожал мне руку и ушел. Я не стал лезть к нему с разговорами, понимая, что душевные раны останутся с ним на всю жизнь. Он в них не виноват. Мы вообще редко виноваты в том, что творится вокруг.

История Найджела впечатлила меня, но я все равно не пошел домой. Я позвонил Меган. Впервые. Гудок. У меня пересохло во рту. Еще один. Мышцы на лице онемели. Третий. Я забыл все, что хотел сказать. Неожиданно я услышал голос Меган. Она была взволнована. Я собрался с мыслями и обратился к ней:

– Добрый вечер, Меган.

– Гарольд, – судя по ее сбитому дыханию и звону керамики, она мыла посуду, – я рада, что ты позвонил!

– Скажи мне свой адрес.

– Зачем?

– Нам нужно поговорить.

– Только поговорить? – она захихикала.

– Адрес, Меган! – я неожиданно для самого себя прикрикнул на нее.

– Отель Дэвис, 1510 Sheridan Expy Bronx. И не надо на меня кричать!

– Жди, я скоро подъеду.

– Хорошо.

Я вызвал такси. Спустя десять минут я уже был на пути к ее квартире. Как я и предполагал, она живет совсем неподалеку от бара. Смотря из окна машины на спящий город, я мысленно представлял нашу с ней встречу. Надеюсь, Мия уже спит. Через двадцать минут я стоял перед дверью в ее квартиру. Я хотел воспользоваться звонком, но боялся разбудить Мию. Стараясь не шуметь, я постучал в дверь.

Стремительно распахнув дверь, чья-то рука схватила меня и потащила внутрь. На мгновение я подумал, что Клайв узнал обо всем и решил убить меня после того, как разделал в ванной свою жену. Но затем я опомнился и увидел перед собой Меган в белом кружевном халате. Она выглядела просто и прекрасно одновременно. Все мои заученные дома реплики полетели к чертям.

Я пожирал ее глазами. Сердце колотилось как отбойный молоток. Она что-то говорила, поглаживая мой рукав. Я пытался собраться с мыслями. Меган прижала меня к двери. Она начала меня целовать и расстегивать джинсы. Я крепко прижал ее к себе и поцеловал так сильно и страстно, будто внутри нее был ключ к моему спасению. Затем я слегка оттолкнул ее от себя, придерживая за плечи, и сказал то, что собирался сказать до того, как приехал к ней:

– Меган, я понимаю, что у вас с мужем проблемы, но не ищи решение семейных трудностей в другом мужчине. Особенно во мне. Я был влюблен в тебя в школе. Влюблен и сейчас. Но ты замужем, а я даже и не пытался добиться тебя, и это только моя вина. Все наладится…

– Но… – она пыталась меня перебить.

– Никаких «но»! Пусть пройдет время. Месяц, два, год. Но потерпи. Если ты поймешь, что все потеряно окончательно – разводись. Я не стану твоим утешением. Но я стану новым витком боли в твоей жизни. Будь счастлива, Меган.

Она бросилась обнимать меня со слезами на глазах. Рыдая, она рассказала о том, как Клайв каждый день бил ее. Как домогался до ее сестры.

Ей нужно уйти от него. Но не ко мне.

Я поцеловал ее в лоб и покинул квартиру. Не успел я сделать и пару шагов, как услышал голос Меган. Я обернулся. Она вытерла слезы рукавом и с горькой улыбкой произнесла:

– Спасибо, Гарольд. Ты очень хороший человек.

– Спасибо.

Я постарался улыбнуться в ответ. Кажется, получилось ужасно. Я направился вниз по лестнице. Спускаясь, я осознал простую истину: чтобы казаться хорошим человеком, нужно всего лишь быть не хуже остальных. Дома меня ждал ледяной душ и мысли о том, что я отказался от полуобнаженной одноклассницы.

Надеюсь, она будет счастлива. А я буду счастлив за нее.