Сокровище еретика - Скотт Мариани

На место Бен прибыл во втором часу ночи. Унылая многоэтажка торчала рядом со свалкой битых машин. На всем лежала печать запустения. Мимо пробежала кошка с дергающейся крысой в зубах. В подъезде воняло мочой и тускло светила мерцающая лампочка. Нужная квартира нашлась на четвертом этаже.

Дверь была не заперта. В нос шибануло зловоние. Бен замер, давая глазам время привыкнуть к темноте, затем, пробравшись по короткому коридору, заставленному хламом, открыл дверь в комнату.

Ему открылось мерзопакостное зрелище. Свечи на серванте едва рассеивали темноту; воск, стекая по дереву, буграми застывал на полу. Из дребезжащего магнитофона орал злобный рэп. Адская смесь застарелого перегара, курева и пота выжимала слезу. Так пахнет жилище людей, плюнувших на собственную жизнь.

На голом матрасе лежали два спящих тела, едва прикрытые мятой простыней. Парень и девка, оба голые, руки-ноги сплетены.

С другой стороны, ближе к серванту, стоял стол. На нем Бен заметил бритву, скрученные в колбаску банкноты, кучку белого порошка и полузанюханную дорожку. Похоже, наркоман отключился прямо в процессе. Он безжизненно сидел на низкой табуретке, уперевшись лбом в стекло, дышал медленно и глубоко. Выглядел он молодо, едва за двадцать, тощий, с клочковатой бородкой.

В ярде от стола вторая баба сучила ногами по ковру. Бен склонился, разглядывая ее в неверном свете. На вид лет двадцати, белых кровей, с грязными светлыми волосами. Мордашка была бы симпатичной, если бы не елозила по грязному полу наркопритона. Легкий пиджачок в полосочку задрался так, что показались крошечные трусики и татуировка в виде ангела на копчике.

Пиджак выглядел очень знакомо. Бен для лучшей видимости ближе поднес свечу. Определенно, Морган на фотографии был именно в нем.

Бен щелкнул выключателем. Комнату залил яркий свет, но ее обитатели даже не дернулись.

Девка на ковре, что-то почувствовав, чуть оторвала голову от пола. Голая парочка на матрасе не шевелилась, как и парень за столом.

Бен вырубил визгливую музыку и вернулся к столу. Наклонившись практически к самому стеклу, набрал воздуху и дунул изо всех сил, превратив горку порошка в белое облако.

Дрыхнущего нарика проняло. У него распахнулись глаза. Встав на подгибающихся ногах, он вцепился в рубашку Бена, вопя по-арабски:

— Твою мать! Твою мать!

Бен выкрутил ему руку и толкнул вниз. В тощих лапках парня силы не было. Завалившись на бок, он грохнулся с табуретки.

Девица с пола подползла ближе и зарылась в ковер лицом, вдыхая рассыпанный кокаин. Бен вздернул ее на ноги и затолкал в кресло. Снял с нее пиджак.

— Не бейте меня, — взмолилась она по-английски.

— Я и не собирался, — ответил Бен.

Сунув пиджак в рюкзак, он достал пистолет.

Девица начала орать. Ее крики разбудили парочку на матрасе. Голая девка тут же натянула простыню и в ужасе уставилась на Бена.

— Оденься, — приказал Бен.

Она кивнула. Встав на дрожащие ноги, натянула джинсы и мешковатую майку.

— А теперь валите отсюда. И не возвращайтесь.

Обалдевшие девицы исчезли за дверью.

Бен остался наедине с двумя парнями. Тот, что сидел на матрасе, придя в чувство, сражался со штанами и искал рубашку. Бен ухватил второго за волосы и поволок завывающее тело поближе к корешу.

Встав над ними, он закатал левый рукав. Когда их осоловелые глаза остановились на золотом «Ролексе», спросил: