Разоблачение - Майкл Крайтон

— Да.

— Прототип работал как часы. Вдвое быстрее, чем лучшие японские аналоги?

— Да.

— Мы им сказали, что «мерцалки» поставлены на поток?

— Да.

— Вот и ладно, — заявила Мередит. — Мы им сообщили то, что кто угодно может подтвердить. Я бы сказала, что все — святая правда.

— Ну, в общем-то все так, но я не знаю, как мы сможем…

— Том, — Мередит положила руку ему на рукав, — мне всегда нравилась твоя прямота. Я хочу, чтобы ты знал, как я ценю твой опыт и честный подход к делу. Это еще одна причина верить в то, что «мерцалки» будут работать как надо… В принципе мы знаем, что это добротная разработка и что в конце концов дисководы заработают в соответствии с расчетами. Лично я в этом абсолютно уверена, так же как и в твоей способности вернуть работу в нужное русло. И я, не задумываясь, подтвержу это завтра на утреннем совещании. — Она сделала паузу и пристально посмотрела на Сандерса. Ее лицо находилось рядом с его, губы были полураскрыты. — А ты?

— Что — я?

Ее лицо было очень близко к нему, губы были полуоткрыты.

— Ты скажешь это на совещании?

Ее глаза были светло-голубыми, почти серыми. Он забыл об этом, так же как и о том, какие длинные у нее ресницы. Волосы, свободно падающие на плечи, полные губы, мечтательный взгляд…

— Да, — сказал он наконец, — конечно.

— Вот и прекрасно. Тогда будем считать, что с этим все. — Мередит улыбнулась и приподняла стакан. — Не будешь ли так добр?..

— Конечно.

Он встал с кушетки и направился за вином. Мередит, не вставая, следила за ним.

— А я рада, что ты себя держишь в форме, Том. Подкачиваешься?

— Дважды в неделю. А ты?

— У тебя всегда был прелестный петушок. Прелестный крепкий петушок…

Сандерс обернулся.

— Мередит…

Она хихикнула.

— Ну извини. Не смогла удержаться. Ну, мы же старые друзья. — Внезапно она озабоченно нахмурилась. — Надеюсь, я не обидела тебя?

— Нет.

— Не могу представить, что ты стал таким стеснительным, Том.

— Да нет, отчего же…

— Да уж. — Она засмеялась. — А помнишь ту ночь, когда мы сломали кровать?

Сандерс налил вино.

— Ну, не то чтобы сломали…

— Конечно, сломали. Ты перегнул меня через спинку в ногах и…

— Помню, помню…

— …и доска отломилась, а затем вылетело дно кровати, а ты все не мог остановиться, и мы продолжали, а когда я ухватилась за спинку в головах, это все…

— Я помню, — сказал он, мучительно пытаясь прекратить этот разговор и остановить Мередит. — Хорошие я были деньки. Слушай, Мередит…

— И та женщина снизу начала на нас вопить. Помнишь ее? Старую даму из Литвы? Она «тока хатела снать, тама хто-то умирать или как?»

— Ага. Слушай. Я хотел сказать о дисководах…

Мередит подняла стакан.

— Я тебя смущаю. Ты думаешь, я буду к тебе приставать?

— Нет-нет. И в мыслях не было.

— Вот и хорошо, я и не собираюсь, честное слово. — Она насмешливо посмотрела на Сандерса и, откинув голову назад и показав длинную шею, сделала глотом вина. — Фактически я — ой! ой! — Мередит внезапно вздрогнула.

— Что такое? — испуганно спросил Сандерс, подавшись вперед.

— Ой, судорога мышцу свела… Вот здесь, — зажмурив от боли глаза, она показала на плечо у основания шеи.

— Чем я могу тебе…

— Просто потри ее… здесь…

Сандерс поставил свой стакан и начал массировать Мередит плечо.

— Здесь?

— Да, ох, сильнее… сожми…

Он ощутил, как ее мышцы расслабились, и она вздохнула с облегчением. Осторожно покачав головой взад-вперед, Мередит открыла глаза.

— Ох… Намного лучше… Нет, не останавливайся.

Сандерс продолжал массировать плечо.

— Ох, спасибо. Как хорошо… У меня что-то там с нервом. Пустяк, но уж когда вступит. — Она снова покачала головой, проверяя, не вернется ли боль. — Ты все сделал прекрасно, Том. Руки у тебя всегда были волшебными…

Сандерс продолжал тереть Мередит шею. Он хотел бы остановиться, он чувствовал, что все идет не так, как надо, что он слишком близко к ней сидит, что он не хочет к ней прикасаться, но в то же время ему было очень приятно, и он смутно дивился этому ощущению.

— Чудесные руки, — простонала она. — Боже, когда я была замужем, я так часто тебя вспоминала.

— В самом деле?

— Конечно, — подтвердила она. — Говорю тебе, он в постели был ужасен. Ненавижу мужчин, которые не знают, что делают. — Она опять закрыла глаза. — Но с тобой подобных проблем никогда не было.

Она вздохнула, еще сильнее расслабилась и, показалось, потянулась к нему, обмякая, потянулась к его телу, к его рукам. Сразу все поняв, Сандерс в последний раз по-дружески сжал плечо и убрал руки прочь.

Мередит открыла глаза и понимающе улыбнулась.

— Слушай, — сказала она, — не беспокойся. Он отвернулся и отхлебнул вина.

— А я и не беспокоюсь.

— Я имею в виду дисководы. Если у нас возникнут осложнения и понадобится согласие высшего руководства для их устранения, мы его получим. А раньше времени под танки бросаться не надо.

— Ладно, согласен. Думаю, в этом есть смысл. — Втайне Сандерс был обрадован, что разговор вернулся к «мерцалкам», на безопасную почву. — К кому ты обратишься? Прямо к Гарвину?

— Думаю, что да. Предпочитаю действовать неофициально. — Она посмотрела на Сандерса. — А ты изменился.

— Нет, я все тот же.

— А я думаю, ты изменился. — Она улыбнулась. — Раньше ты ни за что не прекратил бы меня массировать.

— Мередит, — сказал он, — сейчас другое дело. Ты руководишь отделом, и я — твой подчиненный.

— Ой, не будь таким глупеньким.

— Но это правда.

— Мы — коллеги, — надула губки Мередит. — На самом деле никто здесь не думает, что я главнее тебя. Мне просто поручили чисто административную работу. Мы коллеги, Том. И я хочу, чтобы у нас были открытые, дружеские взаимоотношения.

— Я тоже.

— Отлично. Я рада, что в этом мы солидарны… — Мередит быстро наклонилась и поцеловала Сандерса в губы. — Вот. Что, это было так уж страшно?

— Мне вовсе не было страшно!

— Как знать? Может, нам в скором времени придется вместе лететь в Малайзию, разбираться со сборочной линией. Там такие чудесные пляжи… Ты когда-нибудь был на Куантане?