Париж в кармане - Лариса Соболева

– Таких курток навалом в секонд-хендах, – высказал сомнение Леха.

– Слушай, – с типично кавказским темпераментом взорвался Тимур, развернувшись к охраннику, – чего ты все время мешаешь мыслительному процессу? Что ни скажу – у тебя одни возражения. Не ты же гадом легавым будешь, а я! Мне и решать, с чего начинать, что делать, кого подозревать…

– Хорошо, – не дал разразиться перепалке Ставров, потому что Леха уже готовился дать словесный бой сиротке. – Поедешь с нами в аэропорт и заберешь «Форд». Катайся пока. Только не забудь нас встретить, я сообщу секретарше о времени прилета.

Тимур возрадовался, ибо лепил боссу первое, что пришло в голову, случайно попав в яблочко. А действительно, почему не поискать парня среди байкеровского молодняка?

По дороге в аэропорт заехали к тете Алисы. Клара показалась в дверной щели за цепочкой, без приветствия начала:

– Да сколько раз говорить: появись она, я б сообщила! Зря ездишь.

– Я хотел уточнить, – спокойно сказал Ставров, – когда вы подали в розыск?

– Да сразу же… – Тетя сменила гневный тон на милостивый. – Дня через три, как пропала, или через четыре… точно не припомню. Я отнесла фотографию в милицию, написала заявление…

– А объявление по телевидению было?

– Нет, кажется. То есть я не давала, разве что милиция… Хватился! Это ты должен был по милициям бегать, это из-за тебя Алиска пропала!

– Я хочу ее найти, как и вы, – сквозь зубы процедил Ставров, у него при общении с ней нервы натягивались, как тетива. – Надо дать объявление по телевидению.

– А чего ж ты раньше этого не сделал?

– У меня были проблемы, я надеялся на вас. А сегодня уезжаю.

– Понятно, – ехидно усмехнулась Клара. – Проблем не было, когда Алиску начинил, потом появились. Ты хоть в курсе, сколько стоит объявление по телику? У меня денег нет.

– Нужны деньги? – Ставров полез во внутренний карман куртки. – Вот, возьмите.

В щель высунулась рука с красным маникюром, схватила бумажки, исчезла.

– Не щедро, – заявила тетя. – А по милициям как мне мотаться? Давай на такси.

– Да-да, конечно.

Ставров дал еще и, покинув негостеприимную тетю Клару, велел ехать в аэропорт. Тимуру прием и сама тетя показались странными. Видел ее впервые, посему не преминул высказаться:

– Тетя Мотя… Ну и курва. Выдурила у тебя, босс, цесарки, а сама даже в дом не пустила. Чего это она с тобой через цепочку стрекотала?

– Боится, ограбим, – хихикнул Леха, выражая тем отношение к тете.

– Да кому нужен ее хлам? – рассмеялся Тимур.

– Откуда знаешь, что у нее там хлам? – недоверчиво спросил Леха. – Вдруг наша тетя подпольный миллионер? Я таких знал: прикидывались чуть ли не бомжами, а на самом деле коллекционировали бумажные купюры и золотишко.

– Ха! – ухмыльнулся Тимур. – Любой взломщик определяет достояние владельца по двери. Чем добротнее дверь, тем богаче клиент. У вашей тети дверь хреновая, за такой ничего путного не возьмешь. Согласен, есть такие, кто нищенствует на сундуке с цесарками, но их мало, потому что страсть к накопительству – это та же болезнь. Я и такого гарпагона распознаю, потому что дверь у него все равно добротная будет. Обшарпанная, неряшливая, но крепкая. Был у меня случай. Как-то делал я вояж по югам, и так получилось, что сел на мель. Бабок, правда, хватило на одноместный бункер со всеми удобствами и еще осталось в кабак раз пять сходить. И вот пребываю я в дыму, с кого же начать, кумекаю, но так, чтобы и ширмы набить до отказа, и чтобы у милочки не побывать… то есть в ментовке. И вот чешу я вальсом по главной стрит, захожу в кабак. И надыбал на одного… прямо скажу, внешне безответный фраер, шибздик сгорбленный. Голова в инее, одет затрапезно, в общем, босота. Пораскинул я гнилушками…

– Чем-чем? – не понял Леха.

– Мозгами, – пояснил Тимур. – Так вот, думаю: чего здесь делает эта рухлядь, которой давно пора на свалку престарелых? Ну, я к нему за стол примостился. Представьте, заказывает он дорогую хавку. Я салатик, он лангуста. Я сырок, он икорку черненькую. Вот это, думаю, номер! Ну, я разнуздал звякало, замазываю глаза, что я крутой бизнесмен, но на диете по случаю болезней в желудке. Он меня с прищуром оценивает, а я всегда вбитый в робу: костюмчик, галстук и так далее, притом хорошо нашпигованный словарем…

– Это точно, словарь у тебя что надо, – подметил Леха.

– Я с ним скентовался, выяснил, из какого он города, то да се. А через пару дней вилки в шкирки запустил, разумеется, в его. Ну, и сдернул лопатник, набитый баксами. На следующий день встречаю, а он даже не пожаловался, мол, обчистили меня… – Тимур вдруг осекся, глядя на Леху за рулем.

– Да каркай, не стесняйся, – разрешил тот. – Мне лично очень интересно.

– Да? – обрадовался Тимур. – Так вот. Что-то тут не то, думаю. У меня почти в каждом городе корефаны. Сообщил я одному, мол, проверьте, если есть желание, одного дедушку, вдруг да обрыбится. И попросил о результатах сообщить. Оказалось, мой дед жил в развалюхе, ездил на «Запорожце», а дома держал банк за железкой, в смысле – за железной дверью. Дед помешался на нумизматике, собирал с детства цесарки. Коллекция оценивалась в миллионы баксов, сечете? Из-за этого жена его кинула. Дети плюнули на лысину папаши, знаться с ним не желали. А мой знакомый с кентами коллекцию увел.

– Босс, ты что-нибудь из этого базара понял? – спросил, веселясь, Леха.

– Только то, что деда ограбили, – смеялся и Ставров, которого раньше Тимур не видел даже улыбающимся.

– Что ж ты сам не воспользовался богатством дедушки? – спросил Кеша.

– Пробовал чистить бункеры, но это не мое призвание, – важно сказал Тимур. – Я ювелир своего дела, принадлежу к аристократической прослойке моего круга. Да и попались они, а мне залеты к милочке ни к чему. Я так, балуюсь. Босс, а если тетя Алисы деньги присвоит и пальцем не пошевелит?

– Приеду, проверю, – отмахнулся Ставров. – Да, Тимур, у меня к тебе просьба. Ты не можешь пожить на квартире в наше отсутствие? Я, конечно, не надеюсь, но вдруг вернется Алиса. Возьми ключ. Если появится, не отпускай ее, сразу звони мне.

– Как скажешь, босс, – услужливо улыбнулся тот, надеясь завоевать расположение Марка, авось не отправит в тюрьму в случае неудачных поисков террористов.

И вот унеслись Ставров, Леха и Кеша ввысь, а Тимур, наблюдая за взлетом самолета из здания аэровокзала, спел под нос:

– Летите, голуби, летите, для вас нигде преграды нет…

За рулем «Форда» насвистывал, с удовольствием прокатился по вечернему городу, вновь почувствовав вкус свободы и находясь наверху блаженства в роскошном автомобиле, который точно создан для него. Посетовав на причуды судьбы, которая почему-то фаворитами избирает Ставровых, завернул в дорогой бар. Нет, сегодня призванию его не увлечь, сегодня он почти король, а короли не тырят бабки по карманам. Вечерок посвятит себе, а завтра с утреца шариками покрутит, ведь босс потребует отчета о проделанной работе. Настроение резко ухудшилось при думах о работе и Ставрове. Забыть, забыть хоть на сегодняшний вечер!