Охотник на кроликов - Ларс Кеплер

Жанетт смотрела, как женщина карабкается в кабину и закрывает за собой дверь. Она немного подождала в темноте, услышала, как постукивает подвеска сиденья.

По земле ползал свет фар, тени скользнули в сторону. С другого конца парковки донеслись смех и приглушенная музыка.

Что-то прокричал женский голос – злой, пьяно-хриплый.

Жанетт заглянула под прицеп фуры. Кто-то бросил на землю сигарету; искры рассыпались по асфальту, их затоптали. Вдруг Жанетт заметила поодаль какое-то движение. Кто-то словно крался на четвереньках под грузовиками и прицепами в ее направлении. По спине и шее прошел холодок, и Жанетт зашагала к ресторану.

Завернувшая на площадку фура, отчаянно скрипя, остановилась и пропустила ее, тяжело выдохнув. Под машиной позванивала цепь. Жанетт не видела глаз водителя, но вышла на дорогу прямо в яркий свет фар.

Она приблизилась к ресторану, обернулась, но ее никто не преследовал.

Жанетт немного успокоилась. Она решила снять порванные колготки и промыть рану на ноге, а потом позвонить Саге.

В туалете все кабинки оказались заняты. Кровь уже свернулась, на икре остался потек.

Тонкая жестяная дверь одной из кабинок открылась, и оттуда вышла крашеная блондинка. Прижав к уху телефон, она кричала, что у нее клиент и она не может делать все одновременно.

Раздраженно жестикулируя, женщина скрылась в направлении фур.

К одной двери была приклеена табличка “Не работает”, однако Жанетт шагнула в кабинку и заперла дверь.

Это оказался туалет для инвалидов с тонкими жестяными стенками. Белые поручни сломаны, над полом светится красная тревожная кнопка.

Жанетт сняла рваные колготки, выбросила. В мусорном ведре было полно использованных презервативов. Пол покрывала влажная туалетная бумага, в стенах зияли дыры.

Жанетт посмотрелась в зеркало, достала из сумочки пудреницу, нагнулась над раковиной и услышала, что за перегородкой кто-то есть – в тесном пространстве кабинки двигалось чье-то тело.

Припудриваясь, Жанетт заметила в перегородке отверстие примерно в метре над полом. Может быть, там когда-то был держатель для туалетной бумаги. Жанетт положила пудреницу в сумочку и уже собралась было выйти, когда увидела, что стенка выгнулась.

Кто-то привалился к ней с той стороны.

Что-то зашуршало, и на пол упала просунутая в отверстие смятая купюра. По стене тихо стукнуло. Жанет уже хотела что-то сказать, как вдруг показался большой пенис – он торчал из дыры перед ней.

Ситуация была настолько нелепой, что Жанетт провела рукой по рту.

В голове пронеслось то, что она читала о французских свингерских клубах.

Мужчина по ту сторону перегородки думает, что она проститутка.

Какая чепуха.

Жанетт немного постояла, тяжело сглотнула, глядя на пенис и чувствуя, как быстро бьется сердце, посмотрела на дверь туалета. Заперто.

Она медленно протянула руку и обхватила теплый толстый член.

Немного сжав, Жанетт ощутила, как он твердеет и увеличивается; она осторожно погладила его и выпустила.

Не зная, почему она это делает, Жанетт нагнулась и взяла пенис в рот, осторожно пососала, ощутила, как он еще увеличился. Остановилась, выдохнула, стащила трусы и обхватила твердый член.

В голове вертелось: сейчас же прекрати, нельзя, ты сошла с ума. Пульс гудел в голове. Жанетт повернулась и одной рукой оперлась о бачок. Ноги дрожали. Она встала на цыпочки, направила пенис вниз и позволила ему скользнуть в себя сзади. Тяжело дыша, снова взглянула на замок. Жестяная дверь стукнула, когда Жанетт толкнуло вперед, она вцепилась в бачок и прижалась задом к холодному металлу стены.

Сидя напротив Тамары, Сага ждала, пока отравленная наркотиками женщина ела жареную картошку; на краю тарелки растеклась лужица кетчупа. Под носом у женщины блестели прозрачные сопли. Вдали тянулось оживленное шоссе – белые огни в одном направлении, красные в другом.

– Насколько хорошо ты знаешь Софию Стефанссон? – начала Сага.

Тамара пожала плечами, отпила коктейля через трубочку, щеки втянулись, лоб побелел.

– Мозги отморозить, – выдохнула она, оторвавшись наконец от коктейля.

Она старательно макала ломтики картошки в кетчуп и жевала, слегка улыбаясь.

– Напомни, кто ты? – попросила она.

– Подруга Софии.

– А, точно.

– Она не могла назваться проституткой в шутку?

– В шутку? Ты о чем вообще? Мы как-то работали вместе в помойном подвале… ее поимели в задницу… хороша шутка.

Лицо Тамары вдруг снова стало расслабленным, словно она с головой погрузилась в воспоминания.