Убить Пифагора - Маркос Чикот

Борей прятался в дворцовых конюшнях.

Один из рабов навещал его время от времени, чтобы держать в курсе дел, но пока что ему не оставалось ничего другого, кроме как отсиживаться в укрытии.

Приказ хозяина был категоричным.

Накануне, когда он вошел в покои Главка, тот обратился к нему плачущим голосом:

— Борей, мой верный Борей, не покидай меня в горе, будьте со мной, мои верные слуги: ужасная трагедия обрушилась на нас.

Тучный сибарит раскинул руки, охватив жестом присутствующих. Его покои были просторны, однако сейчас их наполняла противная влажная жара: внутрь набилось почти двадцать человек — стражи, секретари и рабы. Воздух был тяжел, пахло болезнью.

— Будьте моими друзьями, моими братьями, ибо всех нас объединяет несчастье.

Присутствующие смущенно переглянулись. Обычно холодный и суровый Главк вел себя как плакса и слюнтяй.

— Что на меня нашло? Что помрачило мой разум до такой степени, что я приказал наказать чистейшее из существ? — Он обращался не столько к ним, сколько к себе. — А! — рявкнул он вдруг. — Я и сам отлично это знаю. — Его глаза сузились, сквозь прорезь сверкали ненависть и ярость, и взгляд перескакивал с одного присутствующего на другого. — Проклятый Акенон! Это он заставил меня поверить, что меня предал не только развратник Фессал, но и мой возлюбленный Яко, мой невинный ребенок.

Большинство присутствующих изо всех сил старались казаться невозмутимыми, но бледность лиц их выдавала. Они опасались, что гнев хозяина вызовет новую вакханалию. Главк очнулся, но у него был жар, и он, казалось, бредил, а не рассуждал. — Борей, ты выполнил мой приказ, не так ли? Ты изувечил прекрасного Яко, изуродовал лицо моего возлюбленного… — Он закрыл лицо руками и забился в отчаянных рыданиях.

— Знаю, знаю, — продолжал он через минуту. — Я все знаю, Борей.

Великан насторожился. Главк продолжал, голос сделался ледяным.

— Мне рассказал Фалант, он был свидетелем твоих поступков.

Борей бросил тяжелый взгляд на Фаланта. Старик дрожал, глядя в пол. «Он будет первым, кого я убью», — подумал Борей.

— Идиоты! — внезапно завизжал Главк. — Как вы могли подчиниться приказам, которые отдавал не я, а овладевший мною злой дух!

Борей покосился на охранников, готовясь дать деру.

— Утешь меня. — Казалось, Главк обессилел: голос его звучал устало, мягко, умоляюще. — Скажи мне хотя бы, что он не страдал.

Сибарит перевел на Борея полный слез взгляд. Великан махнул рукой, изображая слабый удар.

— Ты его отключил, чтобы он не мучился?

Борей кивнул.

— Благодарю. По крайней мере, за это спасибо.

Главк умолк, уронив голову на грудь. Он был похож на огромную тряпичную куклу, которую кто-то забыл среди влажных простыней.

Через некоторое время все подумали, что он задремал.

— Но ты не должен был этого делать, — внезапно воскликнул Главк, словно продолжая начатое. — Яко остался бы с нами, он был бы сейчас со мной. — Он смотрел по сторонам, теряясь в лабиринтах своего расстроенного ума. — Он должен быть со мной.

С внезапной решимостью он посмотрел на стражей.

— Приведите его.

Начальник охраны вздрогнул:

— Кого, господин?

— Яко. Приведите его немедленно.

Он говорил с таким спокойствием, словно просьба звучала разумно.

— Но… Мой господин, Яко сейчас в открытом море. Его корабль отплыл два дня назад.

— Хорошо, — кивнул Главк. — Приведите его.

Начальник стражи сглотнул слюну.

— Мы не можем этого сделать. Его корабль один из самых быстрых во флоте и направляется прямиком в Сидон.