Исчезающая в бездне - Астрид Шольте

– Прошу, не дай мне умереть здесь.

– Ты уже мертва, – сказала я едва слышно, как будто это был шелест волн.

Ее ярко-зеленые глаза смотрели прямо на меня.

– Я не чувствую себя мертвой.

Я еле удержалась, чтобы не сказать: «Подожди немного, скоро почувствуешь».

– Умоляю, Темпе, я знаю, что у меня в запасе мало времени, но я не хочу провести здесь последние часы, я хочу побыть дома. – На последнем слове ее голос дрогнул, развеяв мои последние сомнения. В глубине души я тоже этого хотела.

Я не привыкла видеть сестру растерянной, с растрепанными волосами и остекленевшими глазами. Из нас двоих именно она всегда была самой спокойной и сильной. Сейчас она должна была меня успокаивать, а не я ее. Вот бы можно было вернуться на два года назад, до того момента, как она умерла и все пошло прахом.

– Но как мы поймем, что они еще живы?

– Схема, – она кивнула. – Лучше всего начать с нее.

Я посмотрела назад. Мы не сможем сбежать, если Рэйлан не откроет эту дверь. Но даже если это произойдет, сотрудники Палиндромены не дадут нам покинуть станцию, если Элизия будет в больничной рубашке. Директор ясно выразилась – если Элизия узнает правду, ее придется усыпить.

Но не могла же я оставить ее здесь! Мне тоже хотелось верить в то, что наши родители живы и оставляли нам послания. Если я не помогу ей выбраться, то так и не узнаю, обманывает она меня или нет. Как я потом смогу с этим жить?

– А где эта схема? – спросила я.

– В надежном месте, – ответила она сдержанно. Ведь это был ее единственный козырь. – Помоги мне сбежать, и я провожу тебя туда.

Я сомневалась, можно ли ей верить? После всего, что она утаила от меня?

– Я хотела все тебе рассказать, – сказала Элизия, будто прочтя мои мысли. – И во всем признаться, но не знала, как это сделать. Я боялась, что если скажу тебе правду о той ночи, когда мама с папой сбежали, то ты оставишь меня одну. – Тут она осеклась. – А вышло так, что я тебя оставила. Теперь понятно, почему ты мне не веришь.

Мне очень хотелось ей поверить. Я бы ни за что не упустила шанс снова увидеть родителей, если они все еще живы.

– Ладно, по рукам.

Элизия бросилась мне на шею.

– Спасибо, Темпе! Спасибо!

Я отстранилась, боясь поддаться эмоциям, которые могли все испортить.

Кроме того, для начала нужно было решить вопрос о том, как нам выйти отсюда. Единственное окно в комнате было ненастоящим. Придется идти через центральный вход. При этом нужно как-то убедить сотрудников Палиндромены в том, что мы абсолютно безобидны и что Элизия не пациентка, пытающаяся сбежать, а всего лишь еще одна посетительница.

– Где еда? – спросила я, оглядываясь в поисках серебряного подноса, на который показывал Рэйлан.

– Ты голодна? – В ее голосе послышалось недоумение, когда она увидела, как я подошла к подносу.

Я рассмеялась, хотя мой смех скорее напоминал истерику.

– Нам нужно достать тебе одежду, если мы хотим сбежать отсюда.

Подняв крышку на подносе, я обнаружила там бутылку с дождевой водой, чипсы из водорослей и чашечку со взбитым пудингом из сладкой рыбы, любимым блюдом Элизии. Это не было простым совпадением – вчера, заполняя заявку на оживление, я указала ее предпочтения в еде.

– Прекрасно! – Я открыла молочно-зеленый пудинг и размазала его по своему платью, предварительно испачкав себе рот.

Элизия уже готова была спросить, не переборщила ли я, когда подбежала к двери и нажала кнопку.

– Рэйлан! – Я сделала вид, что страшно взволнована – Рэйлан!

Он открыл дверь, и я выскочила.

– Что случилось? – Он не стал надевать маску, и я видела, как он взволнован, отчего у меня внутри все заныло. Я не хотела его обманывать, но у меня не было иного выхода.

Я подняла руку вверх и начала говорить, прикрывая рот рукой.

– Я так переволновалась, – начала я жалобным голосом, – что меня стошнило.

Я заметила, что, увидев пятна на моем платье, он брезгливо поморщился, но затем на его лице выразилось сочувствие.

– Ничего, – ответил он. – Пойдем, приведем тебя в порядок.

Я решительно схватилась за ручку двери.

– Нет, я не могу терять ни секунды. Ты прав, я нужна Элизии. И она тоже мне нужна.

Видимо, он воспринял мой боевой настрой как проявление горя и сочувственно улыбнулся.

– Я принесу тебе чистую одежду.

– Пожалуйста, только не больничную рубашку. Не хочу, чтобы меня приняли за пациентку.

На его лице мелькнуло некое подобие улыбки.

– Разумеется.

Он впустил меня обратно в комнату, не задавая лишних вопросов.

Теперь мне предстояло придумать план побега.

Элизия подбежала ко мне и всплеснула руками.

– Что ты наделала?

– Попросила чистую одежду, – ответила я, ища глазами, что можно использовать для побега. Вся мебель была прикручена к полу. Я не могла найти ничего подходящего на роль оружия. – Придется использовать эффект неожиданности.

Элизия покачала головой.

– Не хочу, чтобы тебе досталось. – Наконец-то передо мной была прежняя Элизия, которую я знала. Она всегда больше волновалась не о себе, а обо мне.

– Не бойся, – ответила я, не подозревая, как отреагирует охрана. С другой стороны, я сама оплатила оживление Элизии, какая им разница, где она проведет свои последние часы?

Однако им было не все равно, иначе они бы не настаивали на том, чтобы я обманывала сестру. С другой стороны, я вспомнила, как Рэйлан советовал мне сказать ей правду.

В дверь постучали. Элизия вскочила на ноги.

– Одежда, – успокоила я ее.

На лице Рэйлана не было ни тени подозрения, он передал мне свободные непромокаемые шорты и футболку, на которой сзади было написано «Палиндромена».

– Прости, они тебе великоваты, но на поясе есть веревка, можешь ее затянуть, – сказал он, пожав плечами. – Больше я ничего не нашел, магазин сувениров сейчас закрыт.

Магазин сувениров? Будто это место и так не выкачивало уйму денег из скорбящих клиентов. Я не стала ничего говорить, а молча взяла у него одежду.

При этом я слегка улыбнулась ему, чтобы он ничего не заподозрил.

– Спасибо.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он с искренним волнением в голосе.

Его взгляд упал на засохший пудинг на платье.

– Тебе уже лучше?

Мне стало стыдно, что пришлось его обманывать, ведь он сделал все, чтобы мне помочь.

– Да, – ответила я, направляясь