Англичанка - Дэниел Сильва

— Допустим, я спасу заложницу. Что дальше с ней делать?

— Доставь в Англию, а там уж мы сами обо всем позаботимся.

— Понадобится легенда.

— Люди постоянно пропадают и возвращаются.

— Что, если видео как-то обнародуют?

— Нет заложницы — нет скандала.

— Ей понадобится паспорт.

— Боюсь, я тебе не помощник.

— Почему это?

— Если я сделаю фальшивый паспорт с фотографией Мадлен, поднимут тревогу. И потом, твоя служба сама неплохо подделывает документы.

— Приходится.

Некоторое время они шли молча. Габриель исчерпал запас возражений и вопросов. Он мог лишь отказать, но не был готов просто ответить «нет».

— Вдруг она окажется не в состоянии передвигаться? — спросил он наконец. — Вдруг совсем расклеится? Пока оклемается, пройдет время.

— Что предлагаешь?

— Если Мадлен держат на вилле и если нам удастся ее вызволить из плена, я отвезу ее на явку во Франции. Туда же вызову команду: врача и молодых сиделок, чтобы ей было комфортно. Почистим девушку, приведем в себя.

— А после, когда будет готова ехать?

— Изменим ей внешность, сфотографируем и справим израильский паспорт. Затем переправим через Ла-Манш, и дальше — она уже ваша забота.

Дойдя до конца улицы, они вернулись к собору Парижской Богоматери. Сеймур поправил шарф и притворился, будто любуется аркбутаном.

— Ты так и не сказал, где эта вилла, — безразличным тоном напомнил он Габриелю.

— Скоро сам все узнаешь.

— А Марсель Лакруа?

— Этот мертв.

Сеймур обернулся и протянул ему руку.

— Могу я тебе чем-нибудь помочь?

— Ступай на Северный вокзал и ближайшим поездом возвращайся в Лондон.

— До вокзала больше мили.

— Тебе ходьба на пользу. Не пойми превратно, Грэм, но выглядишь ты просто ужасно.

* * *

Оказалось, Сеймур не помнит дороги до вокзала. Он был работником МИ-5, а значит, выбирался в Париж только на конференции, в отпуск или за пропавшей любовницей премьер-министра. Габриель шепотом подсказал ему путь и проводил до входа на станцию, где Сеймур исчез в море попрошаек, драгдилеров и чернокожих таксистов.

Оставшись в одиночестве, Габриель на метро проехал до улицы Согласия и пешком отправился к посольству Израиля, что находилось в доме 3 по улице Рабле. Позвонив из вежливости руководителю отделения, Габриель связался с дежурным на бульваре Царя Саула и запросил команду по оказанию помощи заложникам на одну из явок во Франции. Спустя пять минут дежурный перезвонил и сказал, что в течение суток команда из трех человек будет на месте.

— Где сама явка?

— Есть новая точка в Нормандии, недалеко от паромной пристани в Шербуре.

— Что в ней?

— Четыре спальни, кухня, совмещенная со столовой, прекрасный вид на Ла-Манш. Домработницы, если нужно.

Габриель нажал «отбой» и забрал ключи из сейфа начальника отделения. Близилась половина пятого — он как раз успевал на пятичасовой поезд до Авиньона. Когда Габриель вернулся в Апт, было уже темно. В эту ночь дождь не шел, только сильный ветер шнырял по узким улочкам старинного центра города. Из солидарности с Келлером Габриель не спал, просто лежал в кровати. Утром он выпил намного больше своей обычной дозы кофе.

— Плохо спали, мсье? — поинтересовался пожилой официант.

— Все этот ваш мистраль, — пожаловался Габриель.

— Да, страшное дело, — согласился старик.

* * *

Вывеска над входом в лавку гласила: «НЕДВИЖИМОСТЬ В ЛЮБЕРОНЕ». Вылепив на лице скептическую мину герра Клемпа, Габриель некоторое время изучал фотографии объектов на витрине и только потом вошел. Его приветствовала женщина в желто-коричневой юбке и облегающей, будто мокрой, белой блузке. Манера общаться герра Клемпа не показалась ей приятной. Мало какой женщине она казалась таковой.

Он сказал, что Люберон очаровал его и что в будущем он планирует вернуться и пожить здесь подольше. Комната в отеле не подойдет: дабы прочувствовать Люберон, хорошо бы арендовать виллу. Не абы какую, а добротную, вдали от туристов. Герр Клемп — не турист, он путешественник.

— Есть принципиальная разница, — сказал он, хотя, если разница и была, женщина ее совершенно не понимала.

Нечто в поведении герра Клемпа подсказывало ей: быстро от него избавиться не получится. К несчастью, женщина встречала много подобных клиентов — эти рассматривают каждое предложение, и ничего их не устраивает. Однако другой работы в этом местечке, которое так нравится герру Клемпу и ему подобным, для нее не сыскалось, поэтому она предложила клиенту кофе со сливками, и, усиленно изображая энтузиазм, стала показывать буклеты.

К северу от Апта имелась одна симпатичная вилла, однако герру Клемпу она показалась чересчур скучной. Имелась одна, недавно перестроенная вилла в Менербе, однако ее сад показался ему слишком маленьким, а мебель — слишком уж модерновой. Еще одна — близ Лакоста: глиняный теннисный корт и бассейн внутри, однако это предложение оскорбило социал-демократическое чувство равенства герра Клемпа. И так продолжалось дальше: вилла за виллой, город за городом, место за местом, пока не осталась одна вилла к югу от Апта, в небольшой сельской долине, засаженной виноградниками и лавандой.

— Идеально, — воодушевленно произнес герр Клемп.

— Там несколько безлюдно.

— Безлюдно — это хорошо.

В эту секунду женщина была с ним абсолютно согласна. Будь ее воля, она закрыла бы герра Клемпа где-нибудь на вилле, в самой отдаленной и безлюдной части Франции, а ключ выбросила. Вместо этого она раскрыла брошюру и по очереди показала снимки всех комнат. Как ни странно, особенно немца заинтересовала передняя, в которой вроде не было ничего особенного: тяжелая клепаная дверь, небольшой декоративный столик, два пролета известняковых ступенек: один ведет на второй этаж, второй — в подвал.

— Есть еще спуск в подвал?

— Нет.

— И никакого хода с улицы?

— Нет, — повторила женщина. — Если вы поселите гостей в спальне на нижнем уровне, им придется пользоваться только этой лестницей.

— Есть фото нижнего уровня?

— Боюсь, разглядывать там особо нечего: только спальня да прачечная.

— Это все?

— Есть кладовая, но для арендаторов она закрыта. Хозяин держит ее под замком.

— Есть нежилые пристройки?

— Раньше были, — ответила женщина. — Их снесли во время последнего ремонта.

Немец улыбнулся и, закрыв брошюру, подвинул ее через стол консультанту.