Сестры - Кортни Саммерс

– Кто это?

– Пап, это Лера Холден, – объясняет Кендалл. – Она недавно переехала в Монтгомери. Я вчера вечером тебе не рассказывала? Не могу вспомнить.

– Еще бы ты помнила, – сухо отвечает он.

Сайлас наклоняет голову набок и меряет меня оценивающим взглядом. У меня начинают дрожать руки.

– Холден, значит… Вы с родителями на днях въехали в дом Корнеллов, да?

Я нервно киваю.

– Точно, я слышал, что у Холденов есть дочь. Так перед домом твоя машина?

Он задает этот вопрос с хищной улыбкой.

Я смотрю на Кендалл. Та по пояс в холодильнике.

– Г-где у вас в-ванная?

Сайлас на секунду морщится, услышав мое заикание, но его лицо тут же разглаживается.

– Наверху. Третья дверь справа.

Не поблагодарив, я проношусь мимо него и заворачиваю за угол, к лестнице. Наконец-то я скрылась из его поля зрения. Усилием воли заставляю себя подняться наверх и замираю на лестничной клетке.

Он что-то тихо шепчет дочери. Кендалл отвечает своим хриплым голосом. Я на цыпочках иду по коридору, нахожу ванную, открываю дверь и, потрясенная, отступаю назад.

– У-убирайся! – кричит маленькая девочка. – П-проваливай!

Ей одиннадцать. Она сидит в ванне голышом, прижав колени к груди. Скрестила руки, изо всех сил пытаясь прикрыться. Когда она наклоняется вперед, я с болью вижу, как напряжены мышцы на ее обнаженной спине. Она прижимает голову к коленям и бросает ненавидящий взгляд на мужчину, который прислонился к раковине. Он будто бы занимает собой всю ванную. Скрестил руки на груди и не шевелится. Девочка отчаянно хочет, чтобы он ушел, но тот не двигается с места.

– Незачем, – медленно говорит он, – так себя вести.

– У-уходи! Г-где м-мама? Мама!

– И что она сделает?

Девочка открывает рот, но не может придумать ответ. Он грустно улыбается ей, будто произнес вслух то, что они оба не рады слышать. Девочка отворачивается. Я вижу, как быстро поднимаются ее плечи, как тяжело она дышит, кипя от злости. Вода в ванне потихоньку охлаждается, но она не встанет, пока он не уйдет.

А он не собирается уходить.

– Сэди, – говорит он ей, – мы же теперь семья.

С первого этажа доносятся взрывы смеха. Я поворачиваюсь к лестнице, затем опять к пустой ванной. У меня бешено колотится сердце. С тех пор как Мэтти умерла, перед глазами постоянно всплывают отвратительные воспоминания, будто я вынуждена проживать их снова и снова. Когда она была жива, я заглушала боль, прятала ее поглубже, потому что у меня были дела поважнее, я должна была заботиться о ней.

А теперь…

У меня опять появились кое-какие дела.

Я потираю глаза, потом опускаю руки и осматриваю ванную. Она, разумеется, такая же роскошная, как и все в этом доме. Даже неприлично иметь такую огромную ванную. Здесь две раковины, над которыми висит большое зеркало с подсветкой. Есть и душ, и ванна. На вешалке висят мягчайшие полотенца.

Я громко хлопаю дверью – вдруг кто-нибудь внизу прислушивается? – а потом иду дальше по коридору, пока не нахожу спальню Сайласа и его жены. В центре комнаты стоит гигантская кровать, накрытая белоснежным одеялом. Дверь в гардеробную приоткрыта. В одном углу вижу туалетный столик, а в другом – рабочий стол из красного дерева, на котором стоит ноутбук. Я осторожно подхожу к нему и касаюсь мыши. Экран загорается. Учетная запись требует пароля. Блин… Рядом с ноутбуком стоит фотография Сайласа с детьми. Я переворачиваю ее, но на обороте ничего не написано. Поднимаю ноутбук. И здесь ничего.

Я шарю в каждом ящике стола, просматриваю бумаги и прочий хлам, пытаясь найти блокнот со списком паролей – люди ведь все еще идиоты, – но тщетно. Борюсь с желанием громко хлопнуть ящиком и яростно откидываю волосы с лица. Я тут слишком долго.

Надо возвращаться.

Я выныриваю из спальни, иду в ванную, спускаю воду в унитазе и сбегаю по лестнице на первый этаж.

Сайлас все еще на кухне – стоит, прислонившись к центральной стойке, и проверяет что-то в телефоне.

Точно. Телефон.

Кендалл ушла. Я поворачиваюсь к окну. Из-за стекла доносятся голоса Ноа и Кендалл.

– Пить хочешь, Лера?

Я киваю, не глядя на Сайласа. Он кладет телефон на стойку и идет к холодильнику. Я наклоняюсь, нажимаю на экран, чтобы он не заблокировался, но времени положить телефон в карман у меня нет.

Сайлас не спрашивает, чего я хочу, и просто ставит передо мной бутылку воды, а себе достает еще одну. Я наблюдаю за тем, как он открывает бутылку. У него огромные руки с выступающими венами, мощные пальцы.

Он кажется таким… сильным.

– Добро пожаловать в Монтгомери. – Сайлас кивает на воду, и я тянусь к бутылке. – Моя жена приготовила подарочную корзину для твоих родителей. Мы собирались вам ее на выходных принести, но можешь и сама забрать. Как тебе наш город?

Я пожимаю плечами и делаю глоток. Ледяная вода – отрада для пересохшего горла. Кошусь на экран его телефона: все еще разблокирован. Не знаю, много ли у меня времени до того, как он погаснет. Пара минут, пять, может, десять, если повезет…

– Дом Корнеллов кажется весьма симпатичным.

– Д-да.

Не молчать же все время.

– Что тебе там больше всего нравится?

– Ч-четыре стены и к-крыша.

– Нам очень повезло, что вы переехали в Монтгомери. Хотя я знаю, что перемены – это не особенно весело, особенно когда ты в выпускном классе. Но доклад твоего отца о… – Сайлас прерывается и хмурится. – Напомни, о чем?

– О ч-чем-то… – Черт – … в-важном.

Он тихо смеется, и я вижу морщинки в уголках его глаз:

– Как скажешь.

Смех обрывается, и на его лице больше нет ни тени улыбки. Пугает, когда люди так резко переключают эмоции.

– Знаешь… Я, кажется, уже видел твою машину.

Я ставлю бутылку на стойку.

– Г-где?

Повисает напряженная тишина. Я думаю только о том, что хочу поскорее уйти от него. Уйти от него, уйти от него…

– Да ладно, неважно.

Задняя дверь отъезжает в сторону, и внутрь заглядывает мокрый Ноа.

– Пап, не дашь мне попить? И еще достань, пожалуйста, вчерашний сэндвич с ростбифом. Лера, ты идешь?

– Сейчас, – отвечает Сайлас.

– Ноа!

Тот уходит, услышав оклик сестры. Сайлас поворачивается ко мне спиной и идет к холодильнику, а я хватаю его телефон, засовываю в карман и потом…

Забывшись, мчусь в прихожую, а затем выбегаю из дома. Тяжело дышу, будто бежала марафон, открываю дверь своей машины и сажусь на водительское сиденье. Дрожащими руками пролистываю список контактов. Тут нет Кита. Даррена тоже. Зато есть Джек… Джек X. В графе адреса стоит «Лэнгфорд». Надо запомнить: Лэнгфорд, Твайнинг-стрит, 451. Еще раз. Лэнгфорд…