Смерть в кредит - Джеймс Гриппандо

– Как считаешь, это потому что вы близки? Или зрелище само по себе ужасно?

– Я такой жути еще не видел. Четыре года занимался смертниками – можешь себе представить, с каким материалом приходилось работать.

Тео умолк: юмор не действовал, и он ощущал собственную беспомощность. Опустив могучую ладонь на плечо друга, он сказал:

– Слушай, мне очень жаль. Правда.

– Спасибо.

На пятьдесят пятом этаже двери лифта открылись, и взглядам предстал двухэтажный вестибюль, обитый вишневым деревом. На самом видном месте блестящими латунными буквами было выложено название фирмы. С восточной стороны, благодаря окнам, простершимся во всю стену, открывался вид на город, и казалось, что если спрыгнуть, то долетишь до самого дома Джека на Ки-Бискейн. За антикварным столом сидела хорошенькая блондинка секретарша. Друзья приблизились к ней и спросили, нельзя ли повидаться с Уильямом Бейли. Та улыбнулась в ответ, набрала какой-то номер, а затем любезно предложила визитерам присесть в холле. Джек миновал кожаные диваны и встал у окна. Он смотрел на рай, но едва его замечал.

Подошел Тео и проговорил:

– Ты правильно сделал, что подключил ФБР, даже не думай.

– Что-то я сомневаюсь.

– А то видео – это не в отместку. Когда извращенец делал запись, он даже не знал, что ты подключил легавых. Его бесит тягомотина с проверочным вопросом. Ты тут ни при чем.

В сторону Майами-Бич направлялась шхуна. Вспомнилось, как они с Мией катались в Бимини и заночевали в море. Так штормило, что бывалого капитана замучила бы морская болезнь. Мия ни разу не пожаловалась, и это дорогого стоило. Что толку теперь в этих воспоминаниях – они такая мелочь по сравнению с ее несвободой как женщины, с похищением и пытками.

Ее пытали. Эти слова ножом вонзались в сердце. Похищение по сравнению с этим – невинная шалость.

Джек опустил глаза.

– А ведь фэбээровцы что-то недоговаривают. Интересно что.

– С чего ты взял?

– В субботу вечером я съездил пообщаться с лучшей подругой Мии. Мне было интересно, почему она, несмотря ни на что, оставалась с Эрнесто. Так вот, Эмилия сказала, что дело в безопасности.

– То есть он ее оберегал?

– Да, защищал от чего-то.

– От чего ее защищать?

– Этого Эмилия не сказала – Мия не распространялась.

– А тебе она ничего такого не говорила?

– Нет, конечно, что самое неприятное. Я все думаю, ну как же я не догадался, что она замужем? И знаешь, сам удивляюсь, как ей удавалось избегать разговоров о себе.

– Вы так долго встречались – и ни разу не поговорили по душам?

– Нет, говорили, и много. Но Мия никогда не рассказывала, откуда приехала, все больше говорила, куда она хотела бы попасть. Сплошные надежды и мечтания.

– Девчачья ерунда, – сказал Тео.

– Называй как хочешь, да только…

– Что «только»?

Джеку не хотелось рассказывать о шраме на ее бедре, об их первой ночи, когда попытка заняться любовью закончилась тем, что Мия заснула в его объятиях.

– Я не знаю подробностей ее жизни. Девчонка выросла в Венесуэле, но непонятно, в каком городе. Не знаю, есть ли братья-сестры, живы ли родители, кем она работала. Странно, правда?

– Ничего особенного. Например, у меня один дружок венчался в Лас-Вегасе, так ты представляешь, возвращаются молодые из свадебного путешествия, а у нее – белые родители. Оказалась приемной дочерью.

– Да уж, шокировать ты горазд.

– Хотел как лучше. Я так мыслю: Мия специально недоговаривала, чтобы ты не просек, что она замужем.

– Я тоже сначала так подумал, – сказал Джек. – А потом стал склоняться к другой версии.

– Думаешь, она что-то скрывает о своем прошлом?

Джек взглянул на Тео:

– Я думаю, что она полностью скрывает свое прошлое.

– Типа шпионка?

– Да нет. Мне все то слово покоя не дает – «защита». Я все-таки бывший прокурор. Если кто-то делает тайну из своего прошлого, да еще говорит о какой-то защите, для меня это кое-что да значит.

– И это не имеет отношения к презервативам…

– Нисколько.

– Программа защиты свидетелей?

Друзья прервались: подошла секретарь. С притворной скромностью сложив за спиной руки и сведя вместе костлявые лодыжки, она вкрадчиво, почти подобострастно проговорила:

– Джентльмены, мне очень жаль, но господин Бейли отъехал по срочному делу. Боюсь, сегодня он не сможет вас принять.

– Ни сегодня, ни в любой другой день, – сказал Тео.

Секретарь была несколько сбита с толку его репликой. Она сложила губки и попыталась что-то возразить.

Тео направился к лифту.

– Идем, Свайтек. Надо проработать кое-какие вопросы безопасности.