Древо скорбных рук - Рут Ренделл

Барри ни в чем не был виноват, но из-за каких-то глупостей, совершенных им в ту злосчастную среду, он никак не мог успокоить свою взбудораженную совесть. Тот день он перебирал в памяти во всех деталях.

Они с Кеном Томпсоном приводили в порядок спальню в квартире в Пейдж-Грин. Учитывая непрестижный район и ветхое состояние дома, особенно возиться здесь не стоило, но их мнения никто не спрашивал, а платили хорошо. Такую работу заполучить удавалось нечасто. Бывали периоды, когда они с напарником сидели без заказов, мрачно ковыряя в зубах. А тут кто-то решил вложить деньги в развалюху, придать ей пристойный вид, разместить там дорогую мебель. Простым работягам не понять, в чем у нанимателя интерес. Может, поскорее сбагрить с рук дензнаки, которые с каждым днем падают в цене, судя по счетам от молочника и электрокомпании.

К часу дня они в основном все закончили, оставалось только втащить и установить огромное зеркало, которое все еще находилось в мастерской на Кроуч-энд, где его обрезали, чтобы оно влезло в обычное помещение, а не в сказочную спальню нефтяного принца.

Кен сказал, что они могут отдохнуть до четырех, когда зеркало будет доставлено.

Барри немного задержался, убирая мусор и протирая окна. Он предпочитал оставлять рабочее место в полном порядке, чтобы, получив расчет, завтра быть полностью свободным и куда-нибудь сводить Джейсона.

Из телефонной будки он позвонил старшей Изадорос. Ответил ему Дилан — третий по старшинству сынишка. С Джейсоном все еще гуляют мама и Карен. «Катают в коляске, словно принца», — съязвил мальчишка. Барри поблагодарил за информацию, что в шесть он сможет его забрать. Конечно, он мог использовать свободное время и чем-то развлечь малыша, но на улице похолодало, и соснуть пару часиков в теплой комнате до возобновления работы было соблазнительно. Набраться сил для предстоящего вечера он посчитал более важным.

Кэрол работала по средам в баре до шести, пока мисс Флеймон не сменяла ее, и до того, как завалиться с ней в постель, Барри хотел поухаживать за любимой. Улица предлагала много интересного. В кино шел «Темный кристалл», а Барри любил фильмы ужасов. Можно было сжать дрожащие пальчики Кэрол сильной рукой, когда зрители хором ахают от страха, и пощелкать жареных орешков, глотнуть кока-колы из бутылки и стопку виски в любом из соседних баров после сеанса. Отправляясь обратно на работу устанавливать зеркало и хорошо отогревшись и выспавшись, он запасся билетами на вечерний сеанс и пачкой «Мальборо», чтобы угодить Кэрол.

Пока Барри отдыхал, Карен Изадорос получила задание от матери запастись в универсаме продуктами. Чтобы не тащить с собой коляску с Джейсоном, оставила его у стенки на Редьярд-гарденс, где не было такой сутолоки, как у входа в единственный в округе магазин, работающий по средам без перерыва. Полчаса спустя Карен перезвонила матери и тете Айрис, что задерживается в очереди у кассы, но наткнулась на автоответчик. Ни той, ни другой не было дома, а Барри, проходя мимо по улице, уже погруженный в думы о том, как проведет вечер, не заметил брошенного мальчишку, тем более что колясок с детьми там выстроилась целая вереница.

Карен благополучно справилась с покупками и перегрузила их частично на коляску Джейсона и собралась было покатить свою обузу домой, но встретила школьного дружка Дебби, который предложил ей пройтись поглазеть на витрины. Не катить же перед собой тяжелый груз, идя под руку с симпатичным молодым человеком, рассудила Карен. Она дозвонилась Айрис, и та обещала сразу же выскочить из дома и перенять эстафету. Но тут начался любимый сериал Айрис, и та забыла обо всем на свете.

Карен прошлась с другом по магазинам, помогла ему выбрать недорогой подарок для любимой мамочки и вернулась на прежнее место. Пакеты с покупками были аккуратно выложены на камни стены Редьярд-гарденс, исчезла только коляска и сам малыш.

Тогда еще не возникло никакого беспокойства. Айрис могла пренебречь дешевыми продуктами из универсама и покатить Джейсона налегке.

Слава богу, что в их лейбористском районе никто не крадет по мелочам.

Проблемы возникли только когда стемнело, и Барри с Кэрол, проведя чудесный вечер, не обнаружили дома Джейсона. Никто из родственников не знал, куда он подевался. Все ссылались друг на друга и не очень беспокоились, раз покупки из универсама остались в целости и сохранности.

Только один Барри рвал и метал. Неспокойная совесть гнала его от киоска к киоску, и он спрашивал всех, не видел ли кто плачущего голодного малыша. За время поисков он выкурил полпачки «Мальборо», которую купил для Кэрол.

Он спрашивал владельцев собак, прогуливающих своих разномастных питомцев на поводках, — не напугала ли какая-то псина полуторагодовалого мальчика. Ему отвечали отрицательно или просто пожимали плечами.

Кончилось все обращением в полицию. Детективы, нырнув с головой в эту путаницу, быстро выстроили свою версию и пошли по самому прямому пути.

Карен прижать было нельзя. Ей всего девять лет.

— Почему ты не позвонила раньше?

— Я все истратила в магазине, а последние пенни проглотил испорченный автомат.

Семейную путаницу детективам разбирать не хотелось, а вот имеющий мотив подозреваемый был налицо. И у него была куча возможностей избавиться от мальчика, не привлекая к себе внимания во время дневного перерыва в работе, а потом весь вечер изображать угрызения совести, активно включившись в поиски.

Теперь, сидя в одиночестве в комнате для допросов, Барри мог предаваться воспоминаниям, как ему было хорошо с Кэрол, и как ради этого он ужасно поступил с ребенком. Сыщики предоставили ему эту возможность.

Он спешил домой через Китайский мост, закончив работу с проклятым зеркалом, и хотя еще не стемнело, увидел свет в их окошке. Это было хорошим предзнаменованием — так считал Барри, раз она пришла первой и его ждет. Он даже ощутил боль в левой стороне груди — там, где, по его расчетам, находится сердце, переполненное любовью. Кэрол даже вышла навстречу, уже готовая к свиданию, и была, как обычно, красива, словно фарфоровая куколка, хотя выглядела усталой. Он нее приятно пахло косметикой, когда они встретились в тени дерева у крыльца и поцеловались.

— Я еле волочу ноги. «Принц Уэльский» еще открыт, и мы бы могли тяпнуть там по рюмашке.

Барри заикнулся было о том, что надо бы проверить местонахождение Джейсона, но Кэрол сослалась на то, что ее мать будет довольна лишним шиллингам, полученным за присмотр за мальчиком, и нечего ему впутываться в эту семейную карусель.

— Ей за него платят. И пусть будет довольна.

У Кэрол на все находилось оправдание, и на каждое полученное от жизни удовольствие она ставила цену, как в меню.

В результате все думали, что Джейсон находится у кого-то из родственников, смотрит телевизор и сосет колу через соломинку, а Кэрол с Барри, пропустив рюмочку у «Принца Уэльского», поахали и пообнимались на фильме ужасов, сбежали чуть раньше, чтобы опрокинуть у «Принца» еще порцию виски и переместились во «Фляжку». Деннис, друг Кэрол, как-то сказал, что там уютно и есть диско и, заплатив за вход два фунта, можно разгуляться вовсю и даже получить горячее с баснословной скидкой.