Код каббалы - Натан Барридж

Ассистентка поднялась и извлекла «Поляроид». Она тут же его сфотографировала, напугав внезапной вспышкой.

— Ой! А это было зачем?

— Вы ведь приехали на пробы?

— Ну да.

— Теперь у нас в архиве будет ваше фото.

Она выдала ему анкету для заполнения; в ней нужно было указать его профессиональный опыт и контактную информацию. Джеймс дал адрес Элиз и Эшвина, потому что из его квартирки его выселили за неуплату аренды.

— Так мисс Тэйлор любит природу?

Глаза ассистентки сузились.

— Не злоупотребляйте благосклонностью фортуны. Я сделала для вас все возможное. Теперь вам пора.

— Вы правы. Я ухожу.

Он попрощался с ней взмахом руки и пошел в вестибюль к лифтам. Было бы неплохо получить побольше информации, но можно было начать и с местоположения. В конце концов, в Озерном крае не могло быть слишком много уединенных домов, достойных телепродюсера.

Безумие — пытаться ее выследить. Он это знал. Многое говорило о том, что мисс Тэйлор просто вышвырнет его, не дав ни единого шанса убедить ее отсмотреть его на роль. Особенно если ее ассистентка сказала правду о тех трюках, на которые шли другие потенциальные актеры. Но вариантов у него было мало. Жить ему было негде, заработка не было, и вся его наличность должна была пойти на уплату его доли штрафа, так что Лондон стал местом негостеприимным. Ему предстояло либо служить официантом за гроши, либо приторговывать, либо отбывать полугодовой срок в тюрьме. Или он мог предпринять еще один, последний и самый отчаянный рывок. Лили сказала, что Тэйлор захочет с ним встретиться. Джеймс ухватился за эту возможность, потому от всех остальных его с души воротило.

Вокзал был в десяти минутах ходьбы от офиса мисс Тэйлор. Когда он дошел до вокзала, план решительного штурма был готов.

Он встал в очередь за билетом.

— До какой станции мне ехать, чтобы оказаться в Озерном крае? — поинтересовался он, дойдя до окошка.

— До Уиндермера, это конечная станция, — сказал ему человек в окошке. — Она точно посередине Озерного края.

— Спасибо, тогда мне один билет до Уиндермера.

Стоимость отобразилась на цифровом дисплее, и он отсчитал нужную сумму из своего скудного запаса наличности. Через полчаса он уже устроился в кресле у окна в вагоне второго класса — поезд под перестук колес выезжал из Манчестера.

Он проспал большую часть путешествия, разбудил его только приступ кашля. Кроме него в поезд сели всего несколько пассажиров, поэтому Джеймсу удалось открыть окно, и прохладный воздух, которому он подставил лицо, помог ему отдышаться.

Шел дождь, когда поезд причалил к перрону в Уиндермере. Он накрапывал так незаметно, что казался просто туманом, сочащимся с неба, которое окрасилось сиреневым заревом ранних сумерек. Запах прелых листьев и отдаленные признаки приближающейся грозы насыщали воздух.

Джеймс вздохнул полной грудью, с удовольствием впитывая тонкие ароматы земли. Никто из контролеров не подошел к нему проверить билет, поэтому не у кого было спросить, куда идти. Он вскинул свой кожаный рюкзак на плечо зашагал с платформы по пандусу. Дождь струился по его лицу и стекал за поднятый воротник. Но он, как ни странно, не возражал. Здесь дождь был хотя бы чистым в отличие от лондонского.

Очертания Уиндермера медленно выступали из тумана. Большинство зданий было построено из серо-стального сланца, из-под закрытых ставен окон струился свет. Одна-единственная машина проехала по главной улице, и временами мимо пробегали местные жители, пряча головы под зонтами. Стояла благодатная тишина.

Он обратился к одному из бегущих, спросив, как пройти к ближайшей гостинице. Женщина живо разъяснила ему, как найти искомое, и поспешила дальше. «Вниз по улице, повернуть направо, идти по Холли-роуд. Вы не пройдете мимо». Джеймс поблагодарил ее жестом, но она была уже далеко, стараясь поскорее скрыться от дождя.

Станет ли телепродюсер искать убежища в таком тихом омуте, как этот? Ах да. Уединение. К этому она стремилась. Он тяжело пошел дальше, не позволяя себе думать о дерзости своей последней решительной попытки.

Холли-роуд была больше похожа на загородную грунтовую дорогу. Несколько гостиниц стояло по одну сторону усыпанной гравием улицы. По другую сторону было чистое поле; сейчас, в темноте, было трудно сказать, пасется ли там скот. В первых трех гостиницах свободных номеров не было, и он стал было настраиваться на бесприютный ночлег на холодной платформе, когда разглядел еще одну гостиничку в самом конце улицы. Маленькая белая вывеска с черными буквами объявляла, что в пансионе «Мэйсторн» свободные номера есть.

Несколько замечательных эркеров украшали фасад здания. Их белые оконные рамы блестели в пробивающемся между портьерами свете. Дверь находилась глубоко в стене, образуя нишу как раз на случай дождя.

Сад был безупречен, и зеленые плети вьюнков ползли вверх по узнаваемым сланцевым стенам, видимо характерным для этой области. Он на миг сосредоточился на здании, и эманации глухо отозвались в его теле. Джеймс не мог объяснить почему, но он почувствовал, что это надежный, заслуживающий доверия дом.

Он позвонил в звонок и стал ждать. Приглушенные голоса внутри заспорили, кому идти открывать. Еще через несколько секунд дверь открыла женщина. У нее были темно-каштановые волосы до плеч, открытое лицо и крупные зубы. Если бы надо было угадать, он сказал бы, что ей хорошо за тридцать, но ему никогда не удавалось толком определять такие вещи.

— Здравствуйте, — сказал он ей и тепло улыбнулся. — Я только что приехал в Уиндермер и ищу, где остановиться. На вывеске написано, что у вас есть свободные номера.

— В этих местах люди представляются своими именами, а не тем, что им надо.

Он не мог угадать по ее тону, шутит она или нет, поэтому сказал прямо:

— Правильно. Извините. Джеймс. Джеймс Стиплтон.

— Уже лучше. Меня зовут Дженни. Деньги у вас есть?

— Есть немного, — признался он.

— Ну, тогда вам лучше войти, чтобы больше не мокнуть.

Дженни отошла от двери и впустила его в прихожую. Он снял вымокшую джинсовую куртку и стряхнул воду с рюкзака, перед тем как войти.

— Извините. Зонтик я забыл.

— Да это ничего, хотя вы, вероятно, купите себе зонт еще до отъезда. Ох и напугали вы меня там, у дверей, да и лужа с вас натекла большущая. — Она нервно засмеялась. — Давайте-ка вас высушим. — Дженни закрыла за ним дверь. — Думаю, вы захотите принять горячую ванну и съесть горячий ужин.

— Звучит изумительно. От еды я уж точно не откажусь.

Дженни смерила его взглядом:

Да уж, не помешало бы нарастить мяска на ваши кости. Тушеное мясо пойдет?

— Более чем, — ухмыльнулся он и потер урчащий живот.

Она снова засмеялась, но уже более естественно, и повела его наверх, в маленькую комнату с небольшой кроватью. Комнатка была милая и старомодная, наподобие дома его бабушки и дедушки до их смерти. Обои были в маленький синий цветочек. На каждой стене висело по меньшей мере по два рисунка, в большинстве своем это были пейзажи. На постели лежало роскошное толстое пуховое одеяло, а кровать на вид была мягкая.