Наблюдая - Блейк Пирс

Труди была очень горда собой, возвращаясь в общежитие из библиотеки. Было уже почти девять часов вечера; после той жуткой ночи, превратившей её последний семестр в колледже в бесконечную череду кошмаров, прошло всего шесть недель. Много мучительных дней ей не удавалось совершить это путешествие в одиночку. Даже сейчас, хотя вокруг было полно студентов, ей всё ещё было страшно находиться на улице в тёмное время суток.

С того момента как её психолог впервые предложил ей проделать это, чтобы побороть свои страхи, прошли недели. С тех самых пор она много раз заставляла себя совершить подобную вечернюю прогулку, но по-прежнему каждый раз чувствовала себя ужасно. Уйдёт ли её страх когда-нибудь?

Тут она поняла, что сегодня что-то отличается. Она не чувствовала страха.

«Неужели у меня наконец получилось?» – гадала она.

Она улыбнулась и радостно помахала другим студентам, которые тоже шли по освещённым дорожкам кампуса. Некоторые из них странно посмотрели на неё, но ей было плевать.

«Я вернулась, – подумала она. – Я снова стала прежней».

Но она шла дальше, и вокруг становилось всё меньше людей, пока она наконец не поняла, что вокруг вообще никого нет. Она знала, что они не исчезли волшебным образом, просто так получилось, что здесь и сейчас никого нет вокруг.

«Это вполне естественно», – старалась успокоить себя Труди.

Однако тут стало происходить нечто странное.

Она вдруг застыла на месте, не в силах сделать ни шагу.

«Что со мной?» – недоумевала она.

Но тут стало ещё хуже: её мышцы ослабели, а ноги стали подкашиваться.

Она всерьёз забеспокоилась, что вот-вот рухнет прямо на землю.

Это напомнило ей один из её кошмаров, где приближалась опасность, а она не могла пошевелиться, или закричать.

«Так вот оно что! – поняла она. – Я сплю! Всё, что мне надо, это проснуться, и…»

Но она никак не просыпалась.

Это был не сон.

Она стояла одна в ночном кампусе и дрожала всем телом, как маленький зверёк перед крупным хищником.

Поняв, насколько она беззащитна, она почувствовала настоящий ужас.

Что, если убийца действительно ходит где-то рядом во тьме, а она просто стоит здесь и ждёт, пока он её убьёт?

Я не могу просто стоять здесь. Я не могу упасть.

Труди отчаянно сосредоточилась на своей левой ноге. Наконец ей удалось заставить её сделать шаг. Тогда она заставила переступить правую ногу. Она сделала ещё один шаг, потом ещё и ещё…

И наконец побежала.

Остаток пути до общежития она проделала бегом, направившись прямиком в свою комнату и захлопнув за собой дверь.

Задыхаясь, она рухнула на кровать.

«Что случилось? – гадала она. – Что со мной?»

Тут она вспомнила, что как-то раз сказал профессор Хейман на паре по психологии. Его интересовало то, как человек реагирует на стрессовые ситуации – когда несчастье случается не с ним, а с другими людьми. Он рассказывал о том, каким образом сильная тревога может превратиться в физические симптомы, как то потеря памяти, необычные жесты, приступы и припадки, а также…

«Слабость и паралич!» – вспомнила она.

Профессор Хейман назвал это всё «конверсионными расстройствами».

Сомнений нет: именно конверсионное расстройство ей только что пришлось пережить.

Она вовсе не поборола свои страхи. Они просто приняли новую, более тяжёлую форму.

Труди овладело жуткое ощущение безнадёжности и бесполезности, которое вскоре уступило место растущему чувству стыда. Никто из её подруг не пострадал так сильно, как она. Да, они испытывали страх и скорбь, но им как-то удавалось с ними справляться.

Для большинства жителей кампуса жизнь продолжалась почти так же, как прежде, для всех, за исключением, кажется, только Труди.