Девонширский Дьявол - Дмитрий Безуглый

— Это ужасно! — виконтесса Эддингтон грустно вздохнула. — Бедная девочка!

— Она могла утонуть в болотах, — предположил Кенрик.

— Могла, — сказал виконт. — Только какого дьявола ее туда занесло?

Майрон Фрипп, дворецкий «Эддингтон Холла», бесшумно и совершенно неприметно для других глаз возник за спиной хозяина и что-то прошептал тому на ухо. Будучи немного моложе Норберта, он все еще обладал поистине юношеской проворностью, был немногословен, учтив и обладал подвижным умом, способным схватывать все налету, понимать задачу с полуслова и тут же выполнять ее. Эти его качества высоко ценил Хамиш Фредерик Эддингтон, а затем и его старший сын — виконт Норберт Эддингтон.

— Алисдэйр, — обратился он к молодому виконту. — Тебе письмо.

— Неужели? Интересно, от кого?

— От какой-нибудь девицы из Лондона, — хихикнул вдруг Кенрик. — Уж точно!

— Кенрик! — Розелин с укором поглядела на младшего сына. — Как не стыдно?

Марисса краем глаза заметила, как напряглась Джиневра, а злобная зависть легкой тенью промелькнула по ее красивому лицу. Алисдэйр, не обращая внимания на эти глупости, принял конверт из рук Майрона Фриппа и тут же улыбнулся.

— Бог мой! — воскликнул он. — Это письмо от самого сэра Валентайна Аттвуда!

И молодой Эддингтон принялся слишком эмоционально, по мнению Норберта, вскрывать конверт и торопливо доставать из него плотный лист бумаги.

— Вот так сюрприз!

— Может, ты просветишь нас? Кто такой посланец сего письма? И что в нем, если это не секрет? — чуть недовольно произнес виконт.

— О нет, отец! Конечно же! — лицо Алисдэйра светилось радостью вперемешку с удивлением. — Помнишь, я когда-то говорил тебе о нем? Великий человек и ученый! Он мой преподаватель на курсе медицины.

Остальные заинтересованно слушали, уставившись на Алисдэйра, который вдруг преобразился, отбросив английскую выдержку и предавшись эмоциям.

— Припоминаю, — кивнул Норберт.

— Господа! — юный виконт обвел всех светящимся взглядом. — Он величайший ученый нашего времени. Его познания в психологии и хирургии поистине непревзойденные, как и открытия, которые от делает! А новое направление, которое сегодня называют «дактилоскопия», я уверен, получит в будущем широкое признание благодаря сегодняшним исследованиям доктора Аттвуда. Без преувеличения могу сказать, что сэр Валентайн — гений, господа! И он на пути к «Эддингтон Холлу»!

— Ты хочешь сказать, что нас посетит столь знаменитый гость? — поинтересовалась Розелин.

— Именно! Он пишет, что держит путь в Эксетер и с удовольствием воспользуется моим приглашением остановиться в «Эддингтон Холле».

— Великолепно!

— Почему ты заранее не предупредил? — спросил Норберт, нахмурившись.

— Разве мог я знать, что при последней встрече на лекции в университете, когда я из вежливости сделал приглашение посетить наш дом, он таки примет его? — удивился Алисдэйр. — Он очень занятой человек, член Лондонского королевского общества и обладатель Королевской медали, да и прочих регалий за ним не счесть.

— Какая прелесть, — сказала баронесса Уитни Милтон. — Надеюсь, мы сможем пообщаться с этим великим ученым.

Это прозвучало несколько наигранно. Марисса радовалась за брата, видя, как он светится от восторга. Джиневра облегченно вздохнула, когда поняла, что письмо вовсе не от поклонницы (вот глупышка!).

— Майрон!

Возле виконта Эддингтона тут же появился дворецкий.

— Распорядись подготовить комнату для нашего гостя из Лондона.

— Да, милорд.

— Когда он прибудет?

— Судя по всему — завтра.

— Хорошо, тогда…

Разговор за столом прервал звонок дверного колокольчика. Норберт удивленно взглянул на Майрона Фриппа, будто тому должно быть известно, кого принесла нелегкая в столь поздний уже час.

— Сию минуту, — дворецкий быстро удалился.

— Кто бы это мог быть? — вслух произнесла Розелин.

Горден Дин и Кенрик уже заметно скучали, желая перейти в гостиную и выпить виски. Через некоторое время вновь появился Майрон Фрипп.

— Милорд, — обратился он к Эддингтону. — Пожаловал сэр Валентайн Аттвуд!

— Где он? — воскликнул Алисдэйр, вскакивая со стула. — Зовите немедленно! Нет, я сам!

— Мальчик по-настоящему восхищен этим ученым, — заметила баронесса, когда юный Эддингтон пулей вылетел из столовой. — Не ошибусь, если он — его кумир.

— Мне уже и самому интересно познакомиться с ним, — вставил виконт, а барон Милтон лишь кивнул, продолжая поглощать пищу.

— Доктор Аттвуд не промах — поспел аккурат к ужину, — буркнул Кенрик, благодаря чему удостоился очередного укоряющего взора со стороны матери.

Буквально через минуту в столовую вернулся Алисдэйр в сопровождении очень высокого, не менее шести футов и пяти дюймов, широкоплечего мужчины-великана. Его стройная и мощная фигура внушала уверенность и непоколебимость. Широко расправленная грудь и прямая осанка свидетельствовали о благородном происхождении. Прямоугольное, с выпирающим вперед подбородком и правильными чертами лицо, аккуратная стрижка ярко-черных волос на голове соединялась с подведенной коротко стриженной бородой. Большие карие глаза источали свет ума, а цепкий взгляд, казалось, непрерывно изучал все вокруг. Одет доктор медицины был в дорогого покроя темный клетчатый костюм и белоснежную сорочку, воротник которой элегантно обвязывал шейный платок, заколотый большой галстучной булавкой. Одинакового покроя с костюмом жакет был застегнут на все пуговицы, поверх него аккуратно свисала серебряная цепочка, к которой крепились с одного конца брелок в виде змеи, пожирающей собственный хвост, а с другого — часы, находящиеся в кармане жакета. Поверх костюма был черный фрак в стиль цвету и густоте волос, воротник-стойка которого полностью покрывал массивную шею ученого. На ногах — до блеска начищенные туфли, словно их обладатель только что сошёл с плаката, а не трусился целый день в карете по ухабистым дорогам. В одной руке цилиндр, а в другой зажата трость с большим серебряным набалдашником. Он приветливо и непринужденно улыбался, окидывая взглядом всех присутствующих.

— Отец, мама, — торжественно начал Алисдэйр. — Господа! Позвольте представить вам моего учителя и наставника, доктора медицины, сэра Валентайна Аттвуда!

— Виконтесса, — мягкий, чуть хрипловатый голос ученого вибрировал столь необычно, что поневоле обращал внимание на его обладателя.

Доктор Аттвуд учтиво поцеловал протянутую руку Розелин Эддингтон.

— Милорд, рад возможности познакомиться, — он крепко пожал руку Норберта, вежливо вставшего из-за стола на правах хозяина дома.

— Господа, прошу прощения за столь поздний и неожиданный визит и за то, что своим появлением прервал ваш вечер.