Клуб адского огня - Том Нокс

Но кто на самом деле во всем этом виноват? Роб спрашивал себя, какова его доля вины в случившемся. Да, у жены бывали романы… но ведь он почти все время отсутствовал. Что же, такая у него работа! Он зарубежный корреспондент; он в Лондоне десять лет этого добивался. Журналистика приносила ему деньги на жизнь. И в свои тридцать пять он немало помотался по Ближнему Востоку — и сюжетов накопил гораздо больше, чем сумел использовать.

Роб подумал, не вернуться ли в «Бик-Бик», не выпить ли еще пива. Он посмотрел налево. Отель «Дан панорама» отчетливо вырисовывался на фоне синего неба — бетонная громада с вульгарным остекленным атриумом. За гостиницей располагалась стоянка, несколько акров отведенного под автомобили пустого пространства диковато смотрелись в центре густонаселенного города. Он вспомнил историю возникновения этой стоянки: когда в 1948 году началась первая арабо-израильская война, здесь, между еврейским Тель-Авивом и арабской Яффой, проходил передний край уличных боев. Одержав победу, Израиль снес остатки располагавшихся на этом месте трущоб, превратив его в просторную автостоянку.

Он принял решение. Если уж никак нельзя видеться с Лиззи, он может, по крайней мере, зарабатывать деньги, чтобы она была сыта и ни в чем не нуждалась. Пока же он решил вернуться в свою квартирку в Яффе и кое-чем заняться. Прояснить для себя некоторые аспекты ливанской истории. Или отыскать мальчишек из ХАМАСа, которые прятались в той церкви.

Роб направился туда, где берег плавно поворачивал, открывая вид на древние строения порта старой Яффы. В мозгу бурлили идеи.

Зазвонил мобильник. Роб с надеждой взглянул на экран. Номер оказался британским, но звонила не Салли, не Лиззи и не кто-либо из его друзей.

Звонил его лондонский редактор.

Латрелл почувствовал прилив адреналина. Вот оно! Именно это он больше всего любил в своей работе: неожиданные звонки редактора. Отправляйся в Багдад, отправляйся в Каир, отправляйся в Газу, отправляйся рисковать жизнью. Роб обожал такие мгновения. Вечную неизвестность грядущих дел. Тревожное ощущение сценической импровизации: как будто он существует в «живой» телевизионной передаче. Неудивительно, что он не смог сохранить семью. Он нажал на кнопку телефона.

— Робби!

— Стив?

— Здорово!

Ярко выраженный акцент кокни, звучавший в речи редактора, как всегда покоробил Роба. В нем еще были живы представления среднего американца, согласно которым редактор «Таймс» должен вещать на безупречном оксфордском английском. Но редактор иностранного отдела говорил точь-в-точь как докер из Тильбюри — а ругался еще похлеще. Иногда Роб подозревал, что Стив специально так делает, чтобы выделяться среди своих оксфордских и кембриджских сотоварищей. В журналистике дух соперничества очень силен.

— Робби, дружище, чем ты сейчас занят?

— Стою на пляже, разговариваю с тобой.

— Мать твою!.. Мне бы такую работенку!

— Она была у тебя. Но ты пошел на повышение.

— Ну, как же, как же. — Стив рассмеялся. — Так я ж не о том. Дальше-то что будешь делать? В смысле, задание у тебя есть?

— Нет.

— Верно, верно. Оклемался уже после приключений с бомбежкой?

— Я в полном порядке.

— Да уж, Багдад… Та еще была заваруха.

О бомбежках Робу совершенно не хотелось вспоминать.

— Так что у тебя? Куда?

— В Курдистан.

— Что?!

Его охватило возбуждение. Стало даже чуть страшновато. Иракский Курдистан. Мосул! Там он никогда еще не бывал, и можно не сомневаться — сюжетов хватит выше крыши. Иракский Курдистан!

Но потом Стив сказал:

— Эй, не разгоняйся слишком…

Возбуждение Роба пошло на убыль. Что-то такое послышалось ему в голосе Стива… Похоже, дело не касалось войны.

— Стив?..

— Роб, дружище, что ты знаешь об археологии?

Роб перевел взгляд на море. Над волнами парил дельтаплан.

— Об археологии? Ничего. А что?

— Там, понимаешь… раскопки… на юго-востоке Турции. В Турецком Курдистане.

— Раскопки?

— Угу. Чертовски интересно. Немецкие археологи нашли…

— Пещерная живопись? Старые кости? Мать твою!..

Роб даже не пытался скрыть разочарования.

Стив хохотнул.

— Успокойся. Перестань!

— Что?

— Хватит тебе торчать в Газе. Я и не хочу, чтобы ты лез в опасные места. По крайней мере, сейчас, — он говорил заботливым тоном, почти как… старший брат. Что было совсем на него не похоже. — Ты у меня один из лучших репортеров. В Багдаде пришлось нахлебаться дерьма, ну и хватит, передохни маленько. Или не согласен?

Роб промолчал. Он знал, что Стив еще не закончил.

И естественно, оказался прав.

— Так что обращаюсь к тебе с нижайшей просьбой: поезжай в Турцию и взгляни на эти гребаные раскопки. Ну что, лады?

Не распознать иронии было невозможно. Роб засмеялся.

— Хорошо, Стив, лады. Ведь ты же босс! Я поеду и взгляну на эти каменюки. Когда выезжать?

— Завтра. Инструкции пришлю по имейлу.

Завтра? Времени в обрез. Роб сразу задумался о сборах и авиабилетах.

— Что ж, Стив, берусь за это дело. Спасибо.

Редактор немного помолчал, но не отключился.

— Только, Роб…

— Что?

— Насчет этого задания… Я говорю очень серьезно. Это не просто… никчемные пыльные каменюки.

— Прости, не понял.

— Об этом уже сообщали в новостях. Ты, наверно, пропустил.

— Я не читаю археологическую прессу.

— Зато я читаю. Это очень модно.

— Так что ты хотел сказать?

С моря веял теплый ветерок.

— То, что сказал. Это место в Турции… которое отыскали немцы…

Роб терпеливо ждал, пока Стив подберет нужные слова.

Редактор долго молчал. Потом наконец выпалил:

— Так вот, Робби, это не просто кости и всякая прочая дрянь. Там есть еще что-то реально странное.