Падение сквозь облака - Анна Чилверс

Вскоре проводник объявил, что мы прибываем в Плимут. Старая леди проснулась и поглядела вокруг. Она посмотрела на пустое место напротив себя и затем на Гевина, сидевшего за моим столом. Ее взгляд выразил понимание. Она удовлетворенно улыбнулась.

Вы не правы, хотелось ей сказать. Посмотрите на нас. Мы проговорили минут десять, а он даже не смотрит в мою сторону. Мы столь же далеки друг от друга, как разные концы поезда.

Она упаковала свои вещи в сумку, я поместила свой багаж на колени. Гевин, видимо, не располагал другим багажом, кроме банок пива.

Поезд втянулся на станцию, и мы небольшой процессией двинулись по вагону к выходу. Сначала старая леди, затем я, за мной Гевин. В сетке для багажа в конце вагона лежал ее большой чемодан, и я вызвалась помочь ей вынести его на платформу.

Когда я тащила чемодан, его ручка застряла в сетке.

— Помоги!

Гевин наклонился, чтобы помочь, и наши лица неожиданно сблизились. Он улыбнулся, взгляд его глаз потеплел. Мое лицо горело от жара.

На платформе Гевин нашел тележку для багажа леди, и мы покинули станцию втроем. Она направилась к стоянке такси, и, пока водитель загружал ее вещи в багажник, старушка поблагодарила нас и пожелала удачи. Ни один из нас не поинтересовался у нее: удачи в чем?

Затем она забралась в автомобиль, и такси тронулось. Мы остались вдвоем у вокзала.

— Мне туда, — сказала я, указывая направо.

— Мне тоже.

Мы молча пошли вместе. Он держал руки в карманах куртки. На меня не смотрел. Если бы он улыбнулся снова. Если бы я знала, что сказать.

Когда мы вышли на главную улицу, я собралась с духом:

— Мне нужно подождать здесь автобус. До дома моей подруги длинный путь.

Я остановилась, Гевин тоже. Стоя ко мне вполоборота, он переминался с ноги на ногу.

— О'кей. Я сбегаю выпить. Вон там.

Он кивком указал через дорогу. Я посмотрела в ту сторону. Там находился паб, неказистый и зажатый между двумя магазинами, без вывески и украшений.

— О'кей.

Он задержался еще на мгновение. К остановке подъезжал автобус.

— Тогда пока.

— Пока.

На его лице промелькнула улыбка, и он бросился через дорогу. Когда подъехал автобус, двери бара закрылись за спиной Гевина.

Кирстен была дома, но занималась укладкой вещей. На следующий день она со своим парнем отбывала в Индию. Я даже не знала, что у нее есть парень.

— Понимаешь, Мэтт. Я встретилась с ним прошлым летом, когда мы заплетали косы.

Прошлым летом мы с Кирстен путешествовали по курортам Девона и Корнуолла, занимаясь тем, что заплетали косы туристкам. Это были маленькие девочки, которых родители брали с собой для семейного отдыха, но иногда интерес к этому проявляли и девочки-подростки, а порой приходили из кабака парни и просили заплести им волосы для хохмы. Большинство из них были кретинами, и мы их отшивали, но попалось несколько клевых ребят, которые уходили с шелковыми лентами и бисером в волосах. Нескольких мы даже приглашали в палатку. Одним из них был Мэтт.

— Ага, помню. Не знала, что ты встречалась с ним снова.

— Он позвонил мне вскоре после того, как я вернулась домой. С тех пор мы проводим время вместе.

Она складывала тенниски и убирала их в рюкзак.

— Как ты думаешь, пары джинсов хватит?

— Не знаю.

Она скатала джинсы и сунула их рядом с теннисками, затем взяла в руки несколько шортов и бикини.

— У меня нет никакой одежды.

Она пронзила меня взглядом, затем бросила шорты и села рядом со мной на своей кровати.

— А что ты собираешься делать?

Я пожала плечами.

— Не верю, что ты способна на это. Что подумает Маркус?

Я снова пожала плечами: мне было до фени.

— Хотелось бы мне увидеть его лицо, когда он понял, что ты исчезла.

— Лицо напыщенного ублюдка!

Кирстен рассмеялась, и, еще не сознавая этого, начала смеяться и я. Затем мы катались по кровати, смеясь до слез, когда вспоминали все, что Маркус говорил и делал в последние два года. Смеялись добрых пятнадцать минут, затем соскочили с постели, обессиленные и с трудом переводя дух.

— Можешь воспользоваться моей одеждой. Я еду налегке. Пользуйся. — Кирстен махнула рукой в сторону гардероба.

— Благодарю.

— Если хочешь, можешь воспользоваться и моим пикапом. Срок оплаты налога за него уже истек, но техосмотр пройден.

— Великолепно. Кирстен, ты — чудо!

— Жаль, что я уезжаю и бросаю тебя. Тебе будет непривычно жить одной.

— Мне нравится быть одной.

— Понимаю, но старайся подружиться. Жить вдвоем веселее.

Мы сели и уставились в пол. Он был усеян вещами, которые Кирстен брала с собой в Индию. Путеводители, пара романов, солнцезащитный крем, полотенце, блокноты, ручки, походные ботинки.

— Ой, забыла. Мы забираем с собой мою палатку. Прости.

— Ничего. Я найду другую.

Цифровая фотокамера, светозащитные очки, таблетки от головной боли, противозачаточные таблетки, сарафан.

— Расскажи мне о том парне с поезда.

— Н-нет… Сейчас не хочу…

— Понимаю, ты не могла вынести Маркуса еще две недели. Но о чем тогда речь? Только не говори мне, что этот мистический незнакомец имел какое-то отношение к этому. Где он сейчас?

— В кабаке, недалеко от вокзала. По крайней мере, я его там бросила. Но…

— Не хочешь ли ты увидеть его снова?

— Не знаю, он был таким мрачным и угрюмым…

— Однако ты запала на него.

Меня немного передернуло, затем я увидела, что Кирстен на меня смотрит.

— Почему бы тебе не пойти и не посмотреть, там ли он еще? Чтобы потом не жалеть. Может, это любовь всей твоей жизни.

— Кирстен!

— Даже если это не так, ты могла бы хорошо оттянуться. Если же это его не интересует, вернешься сюда. Ты ничего не теряешь.

— Перестань издеваться. Его там нет. Он зашел лишь сделать глоток пива.

Кирстен ничего не ответила. Через несколько мгновений я взглянула на нее и увидела, что она выжидающе на меня смотрит.

Он все еще был там. Я хотела взять с собой Кирстен, но она была слишком занята приготовлениями к поездке. Она довезла меня до паба и высадила.

В пабе было немноголюдно. За стойкой болтала пара постоянных посетителей. За столиком — группа людей, все мужчины, за одним исключением — женщины в возрасте за сорок, с ярким макияжем, беспрерывно курящей. Далее одиночные посетители, не глядящие ни влево, ни вправо.