Не плачь, моя леди - Мэри Хиггинс Кларк

– Алло, – едва слышно отозвалась она.

– Элизабет? – прогремел голос. – Как ты? Я тревожусь о тебе.

Минна фон Шрайбер! Неприятный сюрприз. На Элизабет мигом навалилась усталость. Первую работу – фотомоделью – Лейле дала Мин. Теперь она была замужем за австрийским бароном, ей принадлежал роскошный курорт Сайприс-Пойнт на Пеббл-Бич в Калифорнии. Старинный и преданный друг, но сегодня Элизабет не хотелось говорить с ней. Однако Мин не из тех, кого Элизабет может отшить.

– Прекрасно, Мин! – постаралась ответить она бодро. – Подустала. Я вошла минут десять назад.

– И не распаковывайся. Завтра утром приезжаешь к нам в Спа. В «Американ Эйрлайнс» у дежурного для тебя лежит билет. На обычный твой рейс. А в Сан-Франциско в аэропорту тебя встретит Джейсон.

– Но, Мин, я не могу…

– Приглашаю. Гостьей.

Элизабет едва сдержала смех. Как всегда говорила Лейла, это были самые трудные для Мин слова.

– Мин, но понимаешь…

– Никаких «но». В Венеции, когда мы встретились, ты была такой худышкой. Да еще эта нервотрепка – суд. Тебе просто необходим отдых, уход.

Элизабет представила себе Мин: черные как вороново крыло волосы, собранные в узел на затылке. Властная, не терпящая возражений и препон своим желаниям.

Еще несколько тщетных протестов – Элизабет перечисляла причины, мешающие ей приехать, но скоро услышала себя: она соглашалась на приглашение Мин.

– Значит, до завтра. Приятно будет повидаться с тобой, Мин. – Элизабет улыбалась, когда клала трубку.

За три тысячи миль от нее Минна фон Шрайбер, подождав, пока их разъединят, тут же принялась набирать новый номер.

– Ты был прав, – прошептала она в трубку. – Удалось легко. Она согласилась. Не забудь сыграть удивление, когда ее увидишь.

Тут в комнату вошел ее муж. Подождав, пока она положит трубку, он взорвался:

– Ты все-таки пригласила ее?

– Да! – вызывающе взглянула на него Мин.

Хельмут фон Шрайбер нахмурился, фарфорово-голубые глаза потемнели.

– Невзирая на все мои предупреждения? Минна, Элизабет рассыплет весь твой карточный домик. К концу недели ты сама горько пожалеешь о приглашении.

Элизабет решила, не откладывая, позвонить окружному прокурору. Уильям Мэрфи явно обрадовался, услышав ее.

– Мисс Ланж, я уже забеспокоился, куда вы запропастились.

– Я же сказала, что вернусь сегодня. Не ожидала застать вас в субботу.

– Работы много. Дата процесса уже назначена. Восьмое сентября.

– Я читала.

– Необходимо просмотреть ваши свидетельские показания, освежить их в вашей памяти.

– Я их ни на минуту не забывала.

– Понимаю. Но нужно еще обсудить вопросы, какие может задать защита. Сумеете зайти в понедельник на пару часов? Посидим подольше, а потом встретимся еще раз на выходных. Вы будете в городе?

– Я завтра утром уезжаю. Может, на выходных все и обговорим?

– Я бы предпочел предварительно увидеться с вами. Сейчас всего три часа. На такси доберетесь до меня за пятнадцать минут.

Нехотя Элизабет уступила. Взглянула на письмо Сэмми – ладно, подождет до завтра. Будет хотя бы что предвкушать. Наскоро приняв душ, Элизабет зачесала волосы назад, натянула синий хлопковый свитер, надела сандалии.

Через полчаса она уже сидела напротив помощника окружного прокурора в его кабинете. Из мебели тут был только письменный стол, три стула и ряд серо-стальных шкафов с папками. Папками завалено все: они громоздились на столе, на полу и даже на шкафах. Уильяму Мэрфи беспорядок, казалось, ничуть не мешал – или, подумала Элизабет, он смирился с тем, что невозможно переменить.

Лысеющий, пухлощекий, лет под сорок, с сильным нью-йоркским акцентом, Мэрфи производил впечатление человека проницательного и безудержно энергичного. После слушания он сообщил, что ее показания послужили главной причиной для предъявления обвинения Теду. Как она поняла, в его устах это наивысшая похвала.

Сейчас Мэрфи распахнул толстую папку – «Штат Нью-Йорк против Эндрю Эдварда Винтерса Третьего».

– Я понимаю, как это тяжело для вас, – начал он. – Оживлять воспоминания о гибели сестры, заново переживать всю боль. И вдобавок давать свидетельские показания против человека, который вам нравился, которому вы доверяли.

– Тед убил Лейлу. Человека, которого я себе воображала, не существует.

– На процессе не должно возникнуть случайностей. Он отнял жизнь у вашей сестры, и мой долг – с вашей помощью – позаботиться, чтобы его лишили свободы. Суд, конечно же, тяжкое испытание, но, уверяю вас, как только процесс закончится, вам полегчает, горе ваше утихнет. Итак, когда вас приведут к присяге, вас попросят представиться. Я знаю, Ланж – это ваш сценический псевдоним. Пожалуйста, назовите присяжным настоящее имя – Ла Салле. Вас непременно также спросят, жили вы вместе с сестрой или нет.

– Нет. Сразу после окончания колледжа я переехала в собственную квартиру.

– Ваши родители живы?

– Нет. Мать умерла через три года после нашего с Лейлой отъезда в Нью-Йорк, а отца я не знала вовсе.

– Теперь давайте пробежимся по вашим показаниям, начиная со дня накануне убийства.

– Меня не было в городе три месяца, я уезжала на гастроли… Вернулась в пятницу вечером, двадцать восьмого марта, как раз успела на предпоказ спектакля Лейлы.

– В каком настроении пребывала ваша сестра? Как вам показалось?

– Она была подавлена. Забывала реплики. Спектакль провалился. В антракте я зашла к ней в гримерку. Она, хотя обычно почти совсем не пила, глотала неразбавленный виски. Я отобрала у нее бутылку и вылила в раковину.

– Как прореагировала Лейла?

– Пришла в бешенство. Она очень переменилась. Никогда не увлекалась выпивкой, а тут пьет и пьет… В гримерку заглянул Тед. Она закричала, чтоб мы выметались. Оба.

– Вас удивило ее поведение?

– Скорее поразило.

– Вы обсуждали это с Винтерсом?

– Он тоже недоумевал. И рассердился. Он тоже только что вернулся в Нью-Йорк после долгого отсутствия.

– Уезжал по делам?

– Наверное…

– Спектакль, значит, шел плохо?

– Хуже не бывает. Лейла даже отказалась выйти на заключительный поклон. После спектакля мы все отправились в «Элайну».

– Все – это кто?

– Лейла, Тед, Крейг… Я… Сид с Черил… Барон и баронесса фон Шрайберы. Мы все близкие друзья. Одна компания.

– Вас попросят объяснить присяжным, кто есть кто.

– Сид Мелник был агентом Лейлы. Черил Мэннинг – довольно известная актриса. А барон и баронесса фон Шрайберы – владельцы Сайприс-Пейнт, это Спа в Калифорнии. Когда-то у Мин – у баронессы фон Шрайбер – было агентство фотомоделей в Нью-Йорке. Это она дала Лейле первую работу. Тед Винтерс… Кто он, известно всем. Он был женихом Лейлы. Крейг Бэбскок – помощник Теда, вице-президент компании «Винтерс Энтерпрайз».